Сжимаю серебряную вилку так крепко, что костяшки пальцев побелели, смотрела на обручальное кольцо на безымянном пальце. Утренний свет пробивался сквозь тяжелые портьеры в столовой, окрашивая мраморный пол золотистыми бликами, но атмосфера за столом была холоднее стамбульской зимы.

Массивное золотое кольцо с россыпью бриллиантов по окружности сверкало, отражая свет люстры. Красиво. Дорого. Властно. Как и все, что окружало Амира Демира.

Кольцо сидит плотно, словно оковы, напоминая о новом статусе – я больше не Элиф София Кая из полукровка из Москвы, мечтающая о карьере врача. Теперь я госпожа Демир, жена человека, чье имя заставляет дрожать весь Стамбула.

Провела пальцем по гладкой металлической поверхности, вспоминая прошлую ночь. Тот момент, когда я застыла, охваченная ужасом, а Амир… остановился. Отступил. Разбил бокал и порезал руку, чтобы создать иллюзию того, чего не было.

Почему?

Этот вопрос крутился у меня в голове всю ночь, пока я лежала рядом с ним, вслушиваясь в его дыхание. Размышляя о противоречивой натуре мужчины, который мог хладнокровно и расчетливо убить друга, но не смог взять жену против ее воли.

Керем откашлялся, прерывая мои размышления, и его нахальная ухмылка была видна даже боковым зрением. Он поднял чашку с кофе, неторопливо отхлебнул и протянул с издевкой:

– Как спалось, молодожены? Надеюсь, Амир тебя не слишком утомил, Элиф? Хотя, судя по тому, что я увидел сегодня утром на простынях…

Желудок сжался от отвращения. Конечно, он видел. Все видели. Такова традиция – демонстрировать доказательства невинности невесты. Пятно крови Амира стало символом моей «чистоты» в глазах этой семьи.

Пальцы еще сильнее сжали вилку. Мне хотелось швырнуть ее прямо в самодовольное лицо Керема, но я заставила себя продолжать резать омлет на тарелке, не поднимая глаз.

– Керем, – голос Амира прозвучал резко и предупреждающе, как удар хлыста. – Заткнись.

Его брат рассмеялся, но в смехе прозвучала нотка осторожности. Даже Керем понимал, когда не стоит заходить слишком далеко.

– Ладно, ладно, – он поднял руки в знак капитуляции. – Просто интересуюсь здоровьем невестки. Она выглядит… бледной. Может, стоит вызвать врача?

Наконец она подняла глаза и посмотрела на него с холодным презрением.

– Со мной все в порядке, Керем. Но ты можешь проверить свое здоровье – кажется, твой язык не слушается тебя.

Хадидже-ханым кашлянула, привлекая к себе внимание. Она сидела во главе стола, как всегда безукоризненно одетая. Шелковый платок был уложен с математической точностью. Но в ее темных глазах читалось что-то новое – не презрение, которое я привыкла видеть, а… примирение? Или просто усталость от борьбы?

Женщина молчала, методично намазывая лепешку маслом, но я чувствовала на себе ее взгляд. Она тоже видела простыни с пятнами крови. Для женщины ее поколения это означало, что традиции соблюдены, а честь семьи не запятнана. Ей больше нечего было сказать.

Но меня это не успокаивало. Наоборот, чувство вины терзало изнутри. Все эти люди верили в ложь, придуманную Амиром, а я была соучастницей этого обмана.

Мое внимание привлек пустой стул Юсуфа. Младший брат Амира снова отсутствовал, и это начинало меня беспокоить. С тех пор как Хадидже увезла его неизвестно куда, он не появлялся дома. Что-то было не так.

– Где Юсуф? – спросила, не обращаясь ни к кому конкретно.

Хадидже на мгновение замерла, а Керем хмыкнул.

– Младший братик решил продлить отпуск. Морской воздух, видишь ли, полезен для… деликатного здоровья.

В его тоне звучала насмешка, но я уловила что-то еще. Тайну, которую они не хотели раскрывать.

Амир смотрел на меня поверх чашки с кофе. Его взгляд был тяжелым, изучающим, словно он пытался прочитать мои мысли. Тот же взгляд, что сводил меня с ума все эти недели – темный, властный, но сегодня в нем было что-то другое. Мягкость? Или я просто выдавала желаемое за действительное?

От его внимания кожа покрывалась мурашками. Проклятое тело снова предавало меня, откликаясь на его присутствие против воли разума. Я ненавидела эту реакцию, но не могла ее контролировать.

– Мне нужно в город, – сказала внезапно, сама удивившись словам, которые сорвались с губ. – В магазин. Хочу купить… вещи.

Тишина, опустившаяся на столовую, была оглушительной. Вилка Керема замерла на полпути ко рту, Хадидже прищурилась, а Амир… Амир продолжал смотреть на меня тем же изучающим взглядом.

– Вещи? – переспросил он, голос спокойный, но я слышала в нем сталь. – Какие именно?

Импульс толкал меня вперед. Может быть, это было желание вырваться из этого дома, хотя бы на несколько часов почувствовать себя свободной. А может, проверить, насколько изменилось его отношение после прошлой ночи.

– Одежду. Книги. Женские… принадлежности. – Старалась говорить уверенно, хотя сердце колотилось. – Или ты собираешься контролировать каждый мой вздох?

Керем рассмеялся.

– О, это будет интересно. Элиф хочет на прогулку? Может, стоит дать ей немного свободы, брат? Посмотрим, как далеко она сможет убежать.

Амир медленно поставил чашку, не сводя с меня глаз. В воздухе повисло почти осязаемое напряжение.

– Хорошо. Керем поедет с тобой.

– Что? – Керем чуть не подавился кофе. – Амир, я тебе не нянька для…

– Ты поедешь с ней, – голос старшего брата не терпел возражений. – И проследишь, чтобы она вернулась домой. В целости и сохранности.

– Да ну его к черту! – Керем швырнул салфетку на стол. – У меня есть дела поважнее, чем таскаться по магазинам с…

– У тебя есть только те дела, которые я тебе поручаю, – Амир встал, возвышаясь над столом. – И сегодня я поручаю тебе сопровождать мою жену.

Последние два слова он произнес с особой интонацией, словно впервые произнес их вслух. Мою жену. От этих слов что-то дрогнуло в груди – не страх, не гнев, а что-то более сложное. Что-то, чему я не хотела давать название.

Керем открыл рот, чтобы возразить, но взгляд Амира заставил его замолчать. Младший брат сжал кулаки, но кивнул, хотя и с явной неохотой.

– Отлично, – пробормотал. – Значит, теперь я охранник.

– Именно, – Амир подошел ко мне и положил руку на спинку моего стула. – И помни, Керем: если с ней что-то случится, если она хотя бы поцарапается, ты ответишь головой.

Тепло его руки, почти касавшейся моего плеча, обжигало. Я всем телом ощущала его присутствие – запах кедровых духов, едва уловимый аромат кожи, исходящий от него жар. Сердце забилось быстрее, и я возненавидела себя за эту реакцию.

Что со мной происходит? Это тот самый человек, который убил Мехмета. Который держит меня в плену. Почему от его близости я дрожу не от страха, а от… чего-то еще?

– Мне не нужна охрана, – сказала, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – Я не собираюсь убегать.

– Нет? – в голосе Амира прозвучала легкая насмешка. – Ты уже пыталась. Надо признать, довольно изобретательно.

Воспоминание о той ночи, о Мехмете обожгло меня, как удар хлыста. Боль и чувство вины снова нахлынули на меня. Его смерть стала ценой моей попытки бегства. И Амир напоминал об этом как о наказании за непокорность.

– Это было… давно, – прошептала, не в силах поднять глаза.

– Не так уж и давно, – голос моего мужа стал мягче, но в нем все еще слышалось предостережение. – Но я верю, что ты стала мудрее. Правда?

Кивнула, хотя внутри все сжалось от злости. На него, на себя, на эту ситуацию, которая превратила меня в пленницу в золотой клетке.

Амир убрал руку, и я почувствовала холод там, где только что ощущалось тепло от его присутствия. Он обошел стол, остановился рядом с Керемом и положил руку ему на плечо – жест, который выглядел дружеским, но я видела, как побелели костяшки его пальцев.

– Будь дома часа в три, – сказал он. – И постарайся вести себя как джентльмен, брат. Элиф – моя жена, а не твоя кукла.

Керем поморщился, но кивнул. Амир отпустил его плечо и направился к выходу, но у дверей остановился и обернулся.

– Элиф.

– Да? – голос прозвучал тише, чем мне хотелось бы.

– Если захочешь чего-то особенного, не отказывай себе. Счета оплачу я.

И вышел, оставив после себя тишину и аромат кедра.

Керем потянулся, зевнул и посмотрел на меня с кривой ухмылкой.

– Ну что, принцесса, собирайся. Твой верный пес готов к прогулке.

Хадидже встала, не сказав ни слова, и направилась к выходу. У двери она остановилась и бросила через плечо:

– Не заставляй нас ждать слишком долго, Элиф. В этом доме есть расписание.

Когда я осталась наедине с Керемом, атмосфера в столовой стала еще более напряженной. Он смотрел на меня с плохо скрываемым раздражением.

– Слушай, давай сразу договоримся, – сказал он, откидываясь на спинку стула. – Я не хочу таскаться с тобой по магазинам, а ты не хочешь, чтобы я за тобой следил. Может, просто посидим где-нибудь в кафе, а потом вернемся? Скажем Амиру, что ты купила все, что хотела.

Посмотрела на него и впервые за все время увидела в его глазах что-то похожее на усталость. Керем тоже был пленником этой семьи, этих традиций, этой системы, где воля Амира была законом.

– Нет. Мне действительно нужны вещи. И я хочу выбрать их сама.

Он вздохнул и провел рукой по волосам.

– Как скажешь, принцесса. Но помни: я буду рядом каждую секунду. Так что даже не думай о глупостях.

Встала из-за стола, ощущая тяжесть обручального кольца на пальце. Может быть, прогулка по городу поможет мне разобраться в хаосе мыслей и чувств, которые бушевали в моей голове после прошлой ночи.

Потому что что-то изменилось.

Не знаю, что именно, но тонкая грань между ненавистью и… чем-то еще начала стираться. И это пугало больше, чем все угрозы Амира вместе взятые.