Что означает призыв? Призыв – или изгнание – означает привязывание призрака или проклятья к драгоценности с помощью реликвий для их обезвреживания. Похожий метод используется синтоистами при привязывании к драгоценности лордов-демонов.
Наши шаги гулко разносились по Академии, которая была настолько огромной, что я уже потерялась. Двери, коридоры, проходы, гобелены, полотна, аудитории и лестницы сменяли друг друга.
Молодая директриса то и дело рассказывала мне о старом здании, о занятиях, знаменитых экзорцистах, которые здесь преподавали, но сосредоточиться было просто невозможно. Голод настиг меня так внезапно, что я не могла думать ни о чем другом. Крэйн и Зэро свалили уже через десять минут под каким-то дурацким предлогом, чтобы заняться бог знает чем, и хотя мне все было по-настоящему интересно, я бы с радостью сбежала вместе с ними.
Фалько подошел ко мне так близко, что достаточно было протянуть пальцы, и я бы его коснулась. Мой нос улавливал теплый, древесный запах, и на краю моего сознания метался туда-сюда демон. Кровь шумела в ушах, пока я следила за каждым движением Фалько, каждым его вздохом. Мне хотелось схватить его, прижать к ближайшей стене, вцепиться в шелковистые волосы и потянуть назад, пока его пульс не окажется у моих губ. Я хотела прижаться к этому месту губами и высасывать энергию до тех пор, пока в нем не останется ни капли. Я хотела услышать, как он сквозь стоны протягивает мое имя, почувствовать прикосновения его горячих рук, обнаженной кожи, видеть его передо мной на коленях, пока он не начнет умолять меня простить его за то, что он оставил меня одну. Я хотела сожрать его, его кожу, его волосы прямо на глазах у всех экзорцистов, чтобы все знали, кому он принадлежит. Особенно эта сучка Темпест.
Мой!
Наш.
Мой!
Наш.
В глазах потемнело настолько, что я не видела, куда иду, а демон внутри начал вырываться из-под кожи.
– Лиф?
Голос донесся до меня издалека, и я растерянно моргнула. Темнота пропала, и я посмотрела на раздраженные лица экзорцистов.
– Мисс Янг, все в порядке? – поинтересовалась директриса. Фалько нахмурился и посмотрел на меня.
– Да, просто джетлаг[5], – ответила я, вызвав у нее тонкую улыбку.
– Да, конечно. Не беспокойтесь, мы уже подошли к окончанию нашей небольшой экскурсии. Это ваша комната. Можете передохнуть здесь перед началом Игр.
Она указала на дверь в обычную комнату, которая располагалась в длинном коридоре с десятком одинаковых дверей. Понятия не имею, как я собираюсь запомнить нужную дверь. Главная задача сейчас – сбежать ото всех, пока я не высосала Фалько, как сок из бутылки.
– Спасибо, – вежливо сказала я, и директриса открыла передо мной дверь.
Интерьер был простым и спартанским, напоминал гостиничный номер с тремя односпальными кроватями и видом на идеально подстриженный английский сад.
– Багаж уже в комнате.
Взгляд упал на мой чемодан у самой последней кровати, и я кивнула.
– Спасибо.
Директриса кивнула и удалилась. Мягкий щелчок замка заставил меня вздохнуть с облегчением. По крайней мере, до тех пор, пока я не услышала голос Фалько позади себя.
– Как ты могла быть такой беспечной и ввязаться в драку с двумя гримами в первую же минуту пребывания в Англии? У меня чуть сердце не остановилось, – он был так близко, что дыхание его касалось моей шеи.
Я надула губы и повернулась к экзорцисту. Я могла зарыться в копну его волос и притянуть к себе. Веселый блеск в его глазах бесил меня.
– Мы не виделись месяц, и первое, что ты делаешь, – отчитываешь меня?
Искры в его глазах засверкали ярче, и на щеке появилась ямочка.
– Первое, что я сделал, – спас твою задницу, – поправил меня экзорцист.
– Надо было засосать тебя прямо в коридоре, чтобы не выпендривался, – проворчала я недовольно.
Его бровь приподнялась, и он набросился на меня, как голодный хищник. От удивления я попятилась назад, нащупав икрами кровать, потеряла равновесие и упала на спину. Фалько склонился надо мной, закрывая телом весь свет.
– Я тоже по тебе соскучился.
Ответная реплика застряла у меня во рту. Мои зрачки расширились так резко, и я почувствовала тьму в уголках зрения. Я не просто скучала по нему, без него внутри меня образовалась пустота, словно экзорцист забрал все с собой. Одна мысль о том, что он был со своей невестой, сводила меня с ума. Без него я умирала от голода и даже пропустила утреннюю пробежку, потому что хотела, чтобы он был рядом со мной. Со мной. Во мне. Все это.
Я долго не могла вымолвить ни слова, а затем приподнялась на локтях и спросила:
– Ты багет привез?
Уголки его рта приподнялись от удовольствия.
– Да, и он твердый.
– Фалько Чепеш, если бы я не знала вас, то наверняка решила, что вы пытаетесь тут грязно пошутить, – я рассмеялась.
– Вообще-то это правда, но посчитаем это шуткой, – ответил Фалько, протягивая руку и пропуская пальцы в пряди моих волос.
У меня перехватило дыхание от желания и голода.
– Фалько, если ты пришел обсудить что-то важное, то лучше быстро слезь с меня… – выдавила я, чувствуя, как нарастает напряжение и капли пота стекают по моей спине.
– Ты голодна, – сказал он, опуская руку.
– Голодна – не то слово, – прошептала я, прижав его к себе и зарываясь пальцами в простыни, пока не услышала, как рвется ткань.
Фалько нагнулся надо мной, касаясь губами моих, и прошептал:
– Возьми все, что тебе нужно.
Ради всего святого!
У меня чуть не закатились глаза, когда я пыталась сохранить последние капли самообладания.
– Неужели прямо тут… – начала я, но он схватил меня за шею и прижался ко мне губами. Из меня вырвался глубокий стон, и я схватила Фалько за волосы, притягивая как можно ближе. Экзорцист стонал в моих руках, а я, как дикий зверь, ела его душу. Как и каждый раз, я словно оказалась в раю. Все внутри стало мягким и теплым, наполняясь светом и вытесняя тьму. Через секунду я наслаждалась абсолютным блаженством, прежде чем заставила себя оторваться от губ Фалько и зарыться лицом в его шею. Пульс его зашкаливал.
– Ты в порядке? – прошептала я, а Фалько лишь что-то невнятно простонал.
Он закрыл глаза, а его лицо выражало что-то среднее между болью и экстазом. С легкой дрожью он прижал меня к себе, пока оба наших сердца не успокоились и мы не смогли снова смотреть друг другу в глаза. Наше дыхание смешалось, и я нежно провела пальцем по его резко очерченной челюсти. Экзорцист вздрогнул.
– Спасибо, – сказала я и была награждена такой редкой нежной улыбкой.
– Пожалуйста, – ответил он и поцеловал костяшки моих пальцев, а я прислонилась щекой к его широкому плечу.
– Фалько… – попыталась я задать первый из сотни вопросов, которые собиралась. О том, чем он занимался за границей, что произойдет сегодня, как только мы покинем комнату, но раздался громкий стук в дверь, напугавший нас обоих.
– Синтоист Чепеш, вы здесь? – позвал незнакомый голос.
Фалько нахмурился и отодвинулся от меня.
– Что? – грубо спросил Фалько.
– Прошу прощения за беспокойство, но меня послала ваша невеста.
Мы оба напряглись.
– Передайте ей, что мы встретимся на Играх, как и договаривались.
– Боюсь, это невозможно. Ваша невеста ждет вас внизу вместе с Интендантом. Она хочет, чтобы вы пришли.
– Сейчас? – недоверчиво спросил Фалько.
– Сейчас.
Экзорцист вздохнул и прислонился лбом к моему.
– Прости, я думал у нас будет больше времени.
– Ничего страшного, – солгала я и отодвинулась. – Ты иди. Увидимся на Играх?
Подбородок экзорциста дернулся.
– Насчет Игр…
– Синтоист Чепеш, вам следует немедленно спуститься вниз.
– Еще минуту, – рявкнул на дверь Фалько, взял мое лицо в руки и поцеловал в лоб. – Прими душ и отдохни. Я увижу тебя вечером. Приходи вовремя, и все будет хорошо.
– Так точно, синтоист Чепеш, – насмешливо сказала я.
Он выглядел так, словно хотел снова меня поцеловать, если бы не дурацкий стук в дверь. Фалько выругался, поднялся с кровати, недовольно подошел к двери и рывком распахнул ее.
– Здесь я, здесь, – прорычал он на бедного студента, который тут же отшатнулся.
– Простите, сэр, у меня были строгие…
– Не сомневаюсь, – прервал его Фалько и повернулся в мою сторону. – Не связывайся больше с гримами и надень что-нибудь красивое на вечер.
После данного мне совета он вышел и прикрыл дверь.
Некоторое время я смотрела на дверной проем в ожидании, что дверь вновь откроется, но этого не произошло. Разочарованно плюхнувшись на кровать, я облизала губы. Его вкус все еще был на мне. Его Арканум гудел в моих венах. Мне не было так хорошо уже несколько недель.
Прошло немало времени, прежде чем я смогла взять себя в руки, встать и направиться к ванной.