В половине седьмого Рой Грейс, Гленн Брэнсон и вся следственная бригада, включая «новенького» сержанта Нормана Поттинга, собрались за большим прямоугольным столом в комнате для совещаний, расположенной напротив первого отдела по расследованию тяжких преступлений – штаба операции «Соловей».

От Нормана Поттинга несло трубочным табаком. Бессменный ветеран полиции был одет в коричневый костюм, купленный лет эдак двадцать назад, белую, выглаженную явно в пьяном угаре рубашку, зеленый, сплошь покрытый пятнами галстук и черные говнодавы. Самоуверенный, весьма наглый сержант с тремя браками за плечами обладал отталкивающей внешностью: узкое, подвижное лицо с паутиной лопнувших сосудов, выпяченные губы, желтые от никотина зубы и редеющая шевелюра.

Избегая смотреть на коллег, Грейс представил им Поттинга.

– Спасибо, что взяли в команду, – низким голосом, с сильным девонским акцентом пророкотал Поттинг. – Особенно приятно поработать с такими красотками.

Он подмигнул Белле и Эмме-Джейн.

Грейс вздрогнул, но быстро взял себя в руки – время поджимало. В семь ему нужно уехать буквально на пару часов. Он бегло просмотрел материалы планерки, подготовленные Беллой и Эленор.

– Сейчас шесть тридцать, пятница, третье июня, – зачитывал Грейс. – Это наше второе совещание по операции «Соловей». Расследуется убийство ранее неизвестной женщины, ныне опознанной Джейн, Джейни, Сьюзан Аманды Стреттон. Личность убитой была установлена на второй день после обнаружения тела. Вкратце пройдемся по фактам.

Грейс пересказал события, предшествующие жуткой находке, потом озвучил результаты вскрытия, выявившего в заднем проходе жертвы жука-скарабея.

– Рой, – перебил Норман Поттинг, – помнишь, пару лет назад газеты писали, что у голливудских звезд появилась новая фишка – засовывать себе в задницу мелких грызунов?

– Спасибо, Норман. Не думаю, что это как-то относится к нашему расследованию.

– На секундочку, актеры в основной своей массе педики, хотя, глядя на них, в жизни не подумаешь.

– Спасибо, Норман, – процедил Грейс в попытке поставить наглеца на место.

Он уже вознамерился поведать о тайной жизни Джейни Стреттон, но тут Брэнсон поднял руку:

– Рой, в машине ты рассказывал о символическом смысле скарабея. Думаю, мы должны поделиться этой информацией с коллегами.

– Да, я как раз собирался. Если коротко, в мифологии Древнего Египта скарабея чтили под именем Хепри – дословно это переводится как «тот, кто появился на свет» или «порождение земли». Египтяне рьяно поклонялись солнцу. Скарабей, толкающий перед собой шарик навоза, олицетворяет Хепри, катящего солнечный диск по небосводу с востока на запад. Иначе говоря, Хепри – это ипостась бога Ра, а скарабей – символ сотворения, возрождения и вечной жизни в религиозной мифологии Древнего Египта.

– Хитрожопый народ эти египтяне, – вставил Поттинг. – Спрашивается, как они умудрились построить пирамиды? На секундочку, доверия они у меня не вызывают, за этими черномазыми нужен глаз да глаз.

Вздрогнув, Грейс покосился на Брэнсона, а после свирепо уставился на Поттинга. Непонятно, почему его до сих пор не вышибли пинком под зад и не засудили за сексуальные домогательства пополам с расизмом.

– Норман, подобные выражения совершенно неприемлемы, и я не потерплю их на оперативных совещаниях.

Поттинг открыл было рот, чтобы ответить, но, подумав, решил воздержаться и затравленно уткнулся в свои бумажки.

– Рой, удалось установить связь между символикой жука и убийством? – подал голос Ник Николл.

– Пока нет. Вся надежда на вас, гениев, – улыбнулся ему Грейс.

Он поделился с присутствующими подробностями тайной жизни Джейни Стреттон и озвучил имя предполагаемого убийцы. Антон.

Как выяснилось, номер Антона, оставленный им Клэр, был «одноразовым» и отследить его невозможно.

Грейс прервался, выпил воды.

– Значит, так. Ресурсы. Управление Ист-Даунса охотно согласилось выделить людей нам в помощь. Мы прочесали участок, где были обнаружены обезглавленные останки, а за последние сорок восемь часов существенно расширили зону поиска. Дополнительно я привлек подводников из спецподразделения суссекской полиции, сейчас они исследуют близлежащие реки, озера и водохранилища. Также я запросил вертолетный патруль.

Далее суперинтендант перечислял основные пункты. Оперативки – ежедневно в половину девятого утра и шесть тридцать вечера. Компьютерщики со среды прочесывают базы ХОЛМС[7]. Грейс зачитал список стратегий расследования, куда входило привлечение общественности и СМИ, подчеркнув, что сведения о жуке необходимо держать в тайне от прессы. Кроме того, планировалось осветить материалы дела в следующем выпуске «Криминальной хроники».

Эмма-Джейн подняла руку:

– Мы станем раскрывать подробности тайной жизни Джейни Стреттон?

Грейс тоже ломал голову над этим вопросом. Дерек Стреттон и так хлебнул горя, его жизнь без преувеличения рухнула. Как он отреагирует, узнав, чем зарабатывала его дочь? И вообще, стоит ли овчинка выделки? Ринутся ли клиенты Джейни в полицию, чтобы сообщить ценную информацию? Маловероятно, но все же. Да, дилемма. Разумеется, журналисты набросятся на такой лакомый кусок. С другой стороны, широкая огласка повысит шансы отыскать свидетелей. Вдруг какой-нибудь бармен или официант видел Джейни и Антона вместе?

– С Дереком Стреттоном работают два офицера по взаимодействию с семьями, констебли Кэмпбелл и Ритчи. Я обсужу с ними данный вопрос, хотя, по-моему, обнародовать информацию нужно, – ответил он Эмме-Джейн. – Но если констебли сочтут, что для мистера Стреттона это станет слишком большим ударом, придется держать рот на замке.

Следующим пунктом были результаты криминалистической экспертизы. Если не считать жука в заднем проходе, вскрытие не выявило ничего особенного, за исключением одного любопытного факта – у жертвы отсутствовали следы сексуального насилия. Перед Грейсом лежал отчет доктора Фрейзера Теобальда, однако он не стал зачитывать испещренные медицинскими терминами страницы. Джейни умерла от множественных ножевых ранений, нанесенных длинным, тонким лезвием.

«В придачу ее обезглавили, что не оставляло бедняжке ни малейших шансов выжить», – добавил про себя Грейс.

– В данный момент меня больше всего заботит скарабей, – заключил он. – Кому-нибудь удалось выявить другие преступления, где фигурировал бы жук?

– В апреле на территории парка Уимблдон-Коммон обнаружили обезглавленный труп женщины двадцати шести лет. На убитой был серебряный браслет с подвесками, который не опознал никто из членов семьи. Я попросил выслать фото браслета. Вот распечатка. – Ник Николл протянул Грейсу листок. – У жертвы так же отсутствовали следы сексуального насилия. Убийство до сих пор не раскрыто.

Грейс присмотрелся к крошечному серебряному жуку-подвеске и безошибочно узнал в нем скарабея.

– Отличная работа, – похвалил он. – Больше совпадений нет?

– Пока откликнулась только столичная полиция, – пожал плечами Николл.

Грейс внимательно разглядывал фотографию.

– Уверен, будут и другие. Есть возможность достать материалы дела?

Ник глянул в свои записи:

– Расследование возглавляет инспектор Дикинсон. Он не прочь встретиться либо со мной, либо с кем-нибудь из группы.

– Наш столичный коллега на редкость любезен, – цинично произнес Грейс.

Столичные копы всегда держались особняком – высокомерные, они смотрели на остальных сверху вниз и брезговали сотрудничать с провинциальными правоохранителями.

– Можешь встретиться с ним завтра в обед?

– Завтра я играю в товарищеском футбольном матче за департамент уголовного розыска, но думаю, смогу.

– Сейчас июнь, сезон крикета, а никак не футбола, – попрекнул его Грейс. – Я сегодня сообщил безутешному отцу, что его дочь зверски убита. Как думаешь, он обрадуется, узнав, что расследование отложили из-за идиотского матча?

– Нет, сэр… Рой. – Констебль залился краской.

Разобрав все пункты оперативки, Грейс подвел итог:

– Мы установили место, где убили Джейни Стреттон. Белла и Ник начали опрашивать соседей жертвы, но это не быстрый процесс. Пока у меня есть две версии. Первая – это единичное убийство, совершенное законченным психопатом. Вторая – здесь поработал серийный убийца, оставляющий свой фирменный знак. Ждем сведений от столичной полиции относительно преступлений, где фигурирует жук. Вполне вероятно, наш маньяк убивал как минимум дважды, в обоих случаях – молодых женщин, а значит, может убить снова. У кого-нибудь есть что добавить?

Поттинг доложил, что полдня провел в юридической фирме, где стажировалась Джейни, и допросил ее начальника – некоего Мартина Брума (Грейс однажды сталкивался с ним в суде по делу о нанесении тяжких телесных повреждений в рамках очень некрасивого бракоразводного процесса), а также нескольких коллег. Все они отзывались о Джейни как о приятной, трудолюбивой и сознательной девушке.

«Интересно, у каждого из нас есть темная сторона?» – промелькнуло у Грейса.

– Я попросил выделить нам в группу дополнительного сотрудника. И пусть специалист из отдела киберпреступлений досконально проверит ее ноутбук. Под лупой проверит. – Грейс повернулся к констеблю Бутвуд. – Эмма-Джейн, прости, что сваливаю это на тебя, но необходимо просмотреть все записи с камер наблюдения в Брайтоне за вторник. Возьми себе кого-нибудь в помощники. Ищем вот эту девушку.

Грейс постучал пальцем по снимку Джейни, растиражированному в прессе.

– В тот вечер у нее было четвертое свидание с неким Антоном, если это его настоящее имя. Их наверняка кто-то видел. Ник, – обратился он к констеблю Николлу, – собери команду спецов и общественников, пусть обойдут с фотографией все бары, рестораны и пабы в Брайтон-энд-Хове. Вдруг удастся найти свидетелей.

Верзила кивнул.

– Белла, отец Джейни Стреттон сказал, что его дочь ранее состояла в отношениях с Джастином Ремингтоном, застройщиком из Лондона. Разыщи его и опроси.

Белла кивнула.

– Эмма-Джейн, как продвигаются дела с поставщиками экзотических насекомых?

– В Великобритании их в общей сложности шестнадцать. Кто-то торгует исключительно через интернет, но мне удалось отыскать семерых. Один, из Бромли на юге Лондона, весьма многообещающий тип. Дней десять назад ему заказали жука-скарабея. Заказывал мужчина с восточноевропейским акцентом.

– Прекрасно! – потер руки Грейс. – И?

– Мы договорились встретиться завтра днем.

– Я пойду с тобой. – Грейс глянул в свои записи. – Норман, мы изъяли автоответчик жертвы. Отдел техподдержки забрал его на проверку. Как только от них поступят сведения – любые сведения! – ты должен их досконально проверить.

– Намечаются какие-нибудь милые цыпочки?

– Если таковые найдутся, выделим тебе помощника.

– А хорошее агентство, раз у них водятся цыпочки калибра Джейни Стреттон.

Грейс не удостоил его ответом. Много чести.

– Жду всех на оперативке в половине девятого. Простите, что испортил выходные.

На последней фразе он старательно избегал смотреть на Брэнсона. Жене Гленна надоело терпеть постоянные отлучки мужа. Впрочем, он знал, на что шел. Когда поступаешь в полицию ее величества, ты как солдат – вечно на посту и посвящаешь работе всю жизнь.

Да, это не прописано в контракте, но такова реальность. Хочешь жить по-человечески, выбирай другую профессию.