К семи я уже была готова, мне сделали красивую и стильную причёску, открыли шею под моё платье. В уши золотые серьги, длинные, без камней, на шею золотое колье ободком с маленьким бриллиантом, смотрится очень красиво и так походит под наряд. На запястье, два тонких золотых браслета схожих с колье, только без бриллиантов. Босоножки на шпильке и небольшой клатч золотого оттенка. Немного парфюма помню, что Алан не особо любит. Посмотрела на себя в зеркало у меня сегодня мэйк золотой, всё очень легко, хотя вечером можно было и по ярче. У меня лёгкие мазки для акцента. У меня большие глаза, они выразительные поэтому надо быть очень аккуратной при нанесении макияжа. Мне нравится, что мэйк лёгкий. Оценила себя и пошла встречать своего мужа…

19 глава Алан/Юля

Алан

— Привет, — улыбнувшись ответила мне Юля, как только я показался на пороге.

— Приве — ет… прекрасно выглядишь… впрочем, как и всегда, — скользя по ней взглядом, констатировал я.

— Спасибо, — скромно ответила она, и мы направились друг к другу. Приобняв Юлю, коснувшись носом, и проведя кончиком по её нежной шее вверх к скуле.

— Ты вкусно пахнешь… — хрипло сказал я. — Но всё равно, твой запах лучше, выпрямившись глянул на своё запястье, посмотрел который час. — Нет Аня, ужинать не успеваем, подожди меня минут пятнадцать, я быстро, всполоснусь после рабочего дня, оденусь и едем.

— Конечно подожду, я прогуляюсь по саду.

— Договорились.

Через пятнадцать минут я уже вышагивал в костюме по саду, высматривая своего лебедя. Нашёл её прогуливающейся по алле сада.

— Вот, ты где. А я уже с ног сбился, — она плавно повернулась ко мне с улыбкой на лице. И я ловлю себя на мысли, что хочу… страсть, как хочу видеть её, только улыбающейся, а не грустной. Быстро отогнал мысли. — Ты готова?

— Да.

— Ну тогда идём, — и протянул ей свою ладонь, куда незамедлительно нырнули её тонкие пальчики. Пока мы шли до нашего транспорта, она тайком поглядывала на меня.

— Что? — не выдержал я.

— Ничего… просто, тебе очень идёт костюм, и я смотрю, ты очень мужественный… — я остановился приблизил своё лицо к её лицу, дотронулся пальцами до подбородка поглаживая его, сказал:

— Девочка моя… я не люблю комплименты и не воспринимаю их, я не женщина, — прищурив глаза всматриваясь в её лицо говорю: — Но от тебя слышать, мне приятно. И давай в нашей семье по части комплиментов, буду я. Ты не против? — кратко поцеловал её, чуть коснувшись губ, не выпуская её ладони из своей, мы продолжили путь к ожидающему нас внедорожнику. Разумеется, она должна была парировать. Что называется, дай только женщине волю, так она и на голову сядет, даже самая скромная. Просто, скромно усядется на голову и свесит свои красивые ножки перед моим лицом.

— Я не против, но думаю, что иногда, можно говорить комплименты, тем — более что это идёт от души.

— Ну — у… если от души… то, пожалуй, и я не против, — ответил ей.

— А вот от посторонних женщин, не воспринимай, здесь я тебя даже поддерживаю.

— Интересно это мы заговорили, а ещё совсем недавно, ты предлагала мне завести любовницу.

— Алан…

— Что?

— Эм… я была не права, — прикусив щёчку изнутри и опустив свои бирюзовые глаза, стыдливо признала свою неправоту.

— Ладно, не будем ворошить прошлое. Оно у нас и так, не особо приятное. Я признаю, что тоже во многом был не прав… такой уж я человек. Но твоя рука в моей, я держу её крепко и никогда не отпущу, вот что ты должна всегда знать, и никогда не забывать…

Передо мной открыли пассажирскую дверь, я пропустил Юлю, а потом и сам сел напротив неё.

До места, доехали относительно быстро, объезжая пробки. Вошли в зал где проводился благотворительный вечер. Юлина ладонь покоилась на моём предплечье. Проходя, здоровался с приглашёнными персонами, многие мои знакомые, с некоторыми пересекаемся по бизнесу. На таких мероприятиях, чаще всего, все друг друга знают.

— Ёб…

— Что — то не так? — встрепенулась моя лебедь.

— Нет… малышка, просто увидел человека, который не особо мне приятен. Не сдержался, извини, — подняв голову и удивлённо посмотрела на меня. — Что такое? Извиняться я умею, и не такой монстр, каким ты меня в своём воображении нарисовала. Уже говорил и повторюсь хоть и не к месту.

— Не надо, Алан, — мягко сжав меня своей ладонью. — Я помню, растянув улыбку одним уголком губ, погладил её скулу костяшками своих пальцев, сказал.

— Хорошо. Будешь шампанское? — чувствую нежную шелковистость её кожи, не могу оторваться от скулы, которую поглаживаю, глядя ей в глаза.

— А если напьюсь, что будешь делать? — улыбаясь, тихо спросила она.

— Хм, — усмехнувшись, ответил. — Не переживай с одной пьяной женщиной я справлюсь.

— Добрый вечер… — нашу идиллию разорвали, не кто иной как… Пронин! Твою мать! Он всё — таки подошёл. Мне его и на работе хватает.

— Добрый, — жёстко отреагировал я.

— Здравствуй, Юлия.

— Здравствуйте, Андрей Алексеевич, — поздоровалась Юля.

— Здравствуй детка, отсалютовав бокалом, в знак приветствия, жена Пронина.

— Здравствуйте, Таисия Леонидовна, — жена Пронина, свысока посмотрела на мою жену, попивая вино из бокала и вывалив на всеобщее обозрение свою грудь, бесконечного размера. Висит у мужа на локте, а Пронин поглаживает её запястье, словно ручную собачку. А я, пока держу себя в руках.

— Не знал, что ты настолько любишь детей, — сказал я с хмурым видом, глядя на него. — Чем обязан, Андрей Алексеевич? Ты мне на работе надоел, ещё и здесь тебя терпеть, я не намерен. Говори, что надо и иди выполни предназначение, ради которого тебя сюда пригласили.

— Ты мне тоже не особо нравишься, мы подошли, чтобы поздороваться с Юлией. Я могу поговорить с ней, отдельно от тебя?

— Обойдёшься. Ты забываешься, речь идёт о моей жене! И для тебя она не Юлия, а Юлия Вадимовна.

— Ну что — ж нет, так нет, — весь запыхтел, покраснев.

— Дорогой…

— Тая! Не сейчас! — повысил голос он на свою жену, после взял себя в руки, повернулся к моей жене и с важным видом обратился:

— Юлия Вадимовна, если Вам, — сделал он акцент, на последнем слове и продолжил. — Нужна помощь, то Вы только скажите, и если Вас держат силой и принудили, к чему бы то ни было, скажите сейчас, я Вас смогу защитить… — перебил его, устал слушать весь бред, который он нёс.

— Сейчас тебе помощь понадобится, — угрожающе тихо, произнёс я. — Ты что выпил такого, что страх потерял, и ересь несёшь ммм? Я у тебя спрашиваю? — начал закипать я. Почувствовал нежную руку моего лебедя, у себя на запястье. Повернул к ней лицо.

— Не надо, прошу тебя. Позволь мне? — даже растерялся от того, как она меня одним своим взглядом и жестом, успокоила.

— Андрей Алексеевич и Таисия Леонидовна, спасибо, что переживаете за меня, но не стоит. У меня всё хорошо, я замужем, и мой муж в силах меня защитить при необходимости. Ещё раз спасибо, за Вашу заботу.

— Арсоев, тебя запугал?

— Ты что думаешь, что меня может сдержать тот факт, что мы в обществе? Ты допросишься, и я тебя вышвырну отсюда, как вышвырнул из своего кабинета!

— Извините нас, — взволнованно сказала, Юля. — Мы пойдём, — и взяла меня под руку, мне ничего не оставалось, как уступить ей. Отошли на значительное расстояние от парочки, название которой «плоский мозг» И как он только бизнес ведёт с таким мышлением, видимо для меня это так и останется загадкой…

— Я очень вспыльчив, а ты меня успокоила, у тебя талант, — остановившись, улыбаясь, сказал я.

— Никакого таланта, просто ты прислушиваешься к своему близкому человеку, который в этот момент находится рядом с тобой.

Приобнял её за талию заглядывая в её красивые глаза, цвет которых с недавнего времени, стал моим любимым.

— Ещё и скромница. — с прищуром улыбнулся ей. — Пойдём, поможем детям, — мы пошли через холл, где организаторы для дополнительного пожертвования расположили столы с подносами, на которых лежали белые пустые конверты. Каждый желающий может вложить чек с суммой, которую он готов пожертвовать, этот чек вкладывают в конверт, запечатывают и опускают в опечатанный ящик, в котором только прорезь для конверта. Кроме этого, специально отведённый человек, контролирует весь процесс, вносит твоё имя, учётной записью, то есть всё официально. Но это всё по желанию, приглашённые уже жертвуют, перешагнув порог, этого здания. Вход на этот вечер, стоит круглую сумму денег, блюда которые подаются шведским столом, стоят в разы дороже, чем обычно и также выпивка. Всё это, предусмотрено организаторами заранее. Приглашённые на вечер, уже об этом знают, собственно, в этом и заключается благотворительность. Все сборы идут нуждающимся детям, ради которых все и собрались в этот вечер…

Юля

Алан периодически общался с приглашёнными, и чаще всего по работе. Но не выпускал меня из виду. Рядом с ним я чувствовала себя защищённой я говорю в общем, а не только потому, что я стою рядом.

Меня насторожило то, что к нам подошла чета Прониных, отец особо их никогда не жаловал. О жене Андрея Алексеевича и вовсе отзывался вульгарно. Поэтому, меня его доброта не впечатлила, явно он преследует какой — то свой интерес. Помню отец очень ругался после того, как к нам в гости пришли Пронины вместе с сыном. Говорил: — Он, что о себе думает?! Чтобы я, свою дочь за этого холёного хлыща отдам?! Ни — ког — да! Всё никак не уймётся, со своими двадцатью пятью процентами. Завистливая сволочь!

Я тогда не понимала о каких процентах идёт речь, но теперь понимаю, что к чему. Чёрт возьми! До меня, только начало доходить… он что метит на моё наследство? Так и есть, он что — то задумал…

— Алан — Алан… — он как раз освободился и повернулся ко мне.

— Что? Ты чего такая взволнованная? — и я начала тараторить.

— Алан, тебе надо опасаться, Андрея Алексеевича… он хочет отобрать у нас моё наследство, а может и не только моё. Возможно, он даже сможет признать наш брак не действительным! Он уже хотел женить своего сына на мне… и…

— Цыц! — я замолчала и уставилась на него с выпученными глазами. Хорошо, что зал полон людей и нас среди этого шума не слышно, а то со стороны показалось бы, что мы ссоримся. Ал, посмотрел на меня серьёзным видом и сказал.

— Никогда не веди себя так, а тем — более в обществе. Ты что истеричка? — мои глаза стали ещё шире, и я только мотнула головой в отрицательном жесте.

— Тогда, почему моя жена себя так ведёт словно мы горим и выходы заблокированы? Мм?

— Прости… — выдавила я. Я хотела сказать, что Андрей Ал… — снова не позволив мне договорить, перебил.

— Юля… Андрей Алексеевич, не может даже приструнить свою жену за её внешний вид, о каком наследстве ты говоришь? Спи спокойно, твоё наследство останется в семье и перейдёт по праву наследования, нашим детям. Можешь не беспокоиться, и позволь мне самому решать вопросы, касаемые нашей семьи, по той простой причине, что мужчина в этом доме я. — я посмотрела на него, а в животе у меня бабочек рой, некое восхищение своим мужчиной… да — да именно своим, в нём чувствуется внутренняя сила. Так всё чётко разложил… и мне как женщине польстило, что он смотрит в будущее.

— Я поняла, больше не буду так, себя вести, честно, я испугалась… — он выдохнул, меняя выражение лица с жёсткого на мягкий.

— Не бойся, тебе нечего бояться. Хочешь поедем домой? Мы свою миссию выполнили. Можем ехать, если хочешь?

— Да, только домой не хочется… — хитро сощурив глаза и улыбаясь, сказала я.

Нет? А куда — же хочется? — отзеркалил моё выражение лица, Алан.

— А поехали, просто погуляем? — притянул меня к своему телу и спросил:

— Ты любишь быструю езду?

— Эм… пока не попробую не узнаю. — он запрокинул голову и громко засмеялся, успокоившись, сказал:

— Поехали тогда пробовать…

Приехав домой и переодевшись, в спортивные костюмы. Алан обсмотрел меня.

— Чёрт Юль, ты в этом, выглядишь слишком сексуально.

— Обычные спортивные легинсы… и сейчас темно, кто на меня смотреть то будет… — сделав щенячьи глазки, глядя на него.

— Женщина… ты меня доведёшь, что уволю всю охрану, — я улыбнулась, поняв, что победила в этом поединке.

— Тебе, так идёт ты, как аполлон…

— Это, что сейчас такое… ты мне зубы решила заговорить? — спускаясь по ступенькам лестницы, спросил Алан.

— Нет…

— Хм… нет… Жди меня здесь, лебедь моя хитрая, — спустившись и выйдя во двор, сказал, Ал… и пошёл в сторону паркинга…

20 глава Юля/Алан

Юля

— Боже… я так и знала! — эмоционально воскликнула я.

Алан медленно выруливает, на своём спортивном автомобиле. Чёрный глянец переливается своей дороговизной, хочется подойти и провести пальцем по гладкой поверхности. Я ещё не успела в неё сесть, а уже чувствую адреналин по телу, ещё подстёгивает рокот автомобиля, что разносится по двору. Алан смотрит на меня через лобовое стекло, и считывает моё настроение, улыбаясь краешком губ одной стороны. Опускает стекло и говорит:

— Садись малышка, прокачу, — нажал на свою панель, и дверь с пассажирской стороны отъехала вверх. От чего у меня рот приоткрылся в неконтролируемой улыбке, а глаза, уверенна, блестят так, что свет, который освещал двор, думаю был лишним.

— Кру — уто — о… — только и сказала в восхищении.

Алану явно по душе, моя реакция.

— Садись давай, почувствуешь, как эта красавица хороша в езде.

Нырнула в салон, дверь за мной закрылась, салон также красив, чёрный кожаный салон, приятно поскрипывает под весом собственного тела. Ал, мне рассказывал по пути, сколько она выжимает, сколько в ней цилиндров. Боже…. Ал, не отличается от всех парней, вне зависимости от возраста. Мы мчали по пустынной трассе, куда — то далеко. Но мысли улетучились, как только он переключил скорость, и вдавил тапку в пол. Я заверещала… ну что сказать, адреналин… и это так по девичьи… мои эмоции. А Алан смеялся от моего визга, который тоже перешёл в неудержимый смех. От того, что мне было классно… по настоящему хорошо, и уверенна, что у Алана те же мысли, что и у меня. Нам вместе хорошо и вместе нам, тоже хорошо… Какая — то тавтология получилась, главное, что смысл от этого не теряется и не меняется…