В это время Колиан Илиад, совладав с эмоциями, продолжил:

— Ангел Ветра, Леодеро… Белый Ангел, Осекус… Тёмный Ангел, Сасрир… Богиня Вечной Ночи, Аманисис… Бог Войны, Бадхайр… Мать-Земля, Омебелла… Бог Нежити, Салингер… Бог Духовных Существ, Тольцнер…

…Клейн, хотя и был к этому отчасти готов, всё же был несколько ошеломлён:

Бывшая Роза Искупления была просто ужасающе сильна!

Из нынешних семи богов шестеро были её членами, а также Бог Смерти, Бог Духовных Существ и три великих Короля Ангелов.

Это заставило Клейна вспомнить слова, некогда сказанные злым духом Красного Ангела:

«Роза Искупления тесно связана с рождением Истинного Творца. Вы даже представить себе не можете, какие личности некогда были членами Розы Искупления, но позже покинули эту организацию…»

Глава 1118: Страх Клейна

Бывшую Розу Искупления вполне можно было бы назвать союзом богов… Но даже такая организация под гнётом Древнего Бога Солнца могла развиваться лишь в тайне, скрываясь и строя заговоры во дворце сумерек… Насколько же силён был Древний Бог Солнца… — Клейн невольно выдохнул, ощущая в душе сильное волнение.

Он посмотрел на свой Клуб Таро и обнаружил, что по сравнению с Розой Искупления это просто детская игра. Даже если учесть внештатных членов — Уилла Аусептина, Паллеза Зороаста, Азика Эггерса и Ренетт Тинекерр, — ему было не сравниться с Розой Искупления в её расцвете.

Нет, даже с нынешней, урезанной версией Розы Искупления, Клубу Таро ещё далеко. Что поделаешь, его глава и основатель — всего лишь святой Последовательности 4… — с трезвой самоиронией подумал Клейн и перевёл внимание на одиннадцать фигур:

«Судя по образам, титулам и настоящим именам, уже можно с уверенностью сказать, что Ангел Ветра, Ангел Мудрости и Белый Ангел — это нынешние Повелитель Бурь, Бог Знаний и Мудрости и Вечное Палящее Солнце. Они действительно предали Древнего Бога Солнца, Создателя Города Серебра, и даже разделили плоть своего бога… Бог Войны и Мать-Земля, как и ожидалось, — выжившие из Двора Короля Великанов: старший сын Короля Великанов и его королева, то есть мать и сын. В таком случае, то, что Фейнепоттер не объявил войну Лоэну напрямую, чтобы помочь Империи Фейсак, выглядит несколько странно и заслуживает внимания… И ещё, Богиня действительно была бывшим богом-слугой Пожирающего Волка, Богиней Несчастья Аманисис. После падения того древнего бога, она не только овладела властью, связанной с Вечной Ночью, и успешно взошла на престол Последовательности 0, но и собственноручно уничтожила всех потомков Флегреи, заточила ангела семьи Антигон в Стране Ночи и использовала тело Небесной Матери как сосуд для своего пришествия… Какая жестокость…»

Будучи избранником Богини Вечной Ночи, Клейн, подумав об этом, инстинктивно поднял голову и огляделся, опасаясь, что его сокровенные мысли могут просочиться наружу.

Войдя в туманный городок и узнав, что Антигон и Небесная Мать — потомки древнего бога Флегреи, Клейн уже тогда начал строить догадки об истинной сущности Богини Вечной Ночи. Ведь в исторических записях Города Серебра ясно говорилось, что Пожирающий Волк владел властью, связанной с Вечной Ночью, и обладал множеством странных и зловещих способностей.

Учитывая, что семья Антигон владела Путём Провидца, а Небесная Мать в Стране Ночи явно принадлежала к Вечной Ночи, Клейн подозревал, что Пожирающий Волк Флегрея был древним богом, смешавшим Потусторонние черты двух несмежных Путей, и поэтому был чрезвычайно безумен, почти лишён разума, и его целью было разрушение и осквернение всего сущего.

Таким образом, он предположил, что Богиня Вечной Ночи могла быть связана с этим древним богом Флегреей. Узнав из Путешествий Гроселя, что после падения Короля-Волков один из двух его богов-слуг исчез, а другой перешёл на сторону прародительницы Фениксов, и что его настоящее имя соответствует имени отца господина Азика, бога смерти Четвёртой Эпохи, он смутно связал Богиню Несчастья Аманисис с Богиней Вечной Ночи.

Но из-за своего временного статуса избранника Богини Вечной Ночи и инстинктивного страха Клейн не решался много об этом думать, сосредоточившись на другом.

Сейчас же, увидев это настоящее имя, он не был слишком потрясён. Скорее, это было облегчение, словно всё встало на свои места. Кроме того, его страх перед Богиней Вечной Ночи стал ещё сильнее:

«Чтобы не допустить воскрешения древнего бога Флегреи, Богиня и контролировала всё, что связано с Путём Провидца, не позволяя Потусторонним, не получившим её разрешения, двигаться дальше? Кстати, призрак священнослужителя в Городе Полудня, упоминая того, кто соблазнил Тёмного Ангела Сасрира, эту левую руку Бога, вице-регента Небес, не смог произнести его имя, словно оно было стёрто. Разве это не проявление Сокрытия? Кроме как в таком месте, как Двор Короля Великанов, слова, связывающие Богиню Вечной Ночи и Аманисис, просто невозможно произнести. Даже если произнести, другие не услышат… У Розы Искупления было два основателя: Тёмный Ангел Сасрир и Богиня… Вокруг места тайной встречи витала сила Сокрытия… То есть, Богиня собственноручно срежиссировала падение Древнего Бога Солнца, положив начало Катаклизму и конец Третьей Эпохе… По сравнению с ней, и Адам, и Амон ещё далеко позади… Такая истинная богиня так просто попалась в ловушку, расставленную Адамом, и не может вмешаться в дела реального мира? Хотя это был не заговор, а использование самого сокровенного желания Богини, чтобы она сама, по доброй воле, вошла в ловушку, но Богиня, владычица сокрытия, спланировавшая падение Создателя Города Серебра, неужели у неё не было никаких дополнительных приготовлений? И ещё, что значит „это и Его мысль тоже“? Кто этот „Он“? Хм, узнав столько тайной истории, не переварятся ли у меня зелье Древнего Учёного сразу после того, как я его выпью…»

Подумав об этом, Клейн поднял правую руку, потёр висок и заставил себя переключиться на другое:

«Призрак священнослужителя, упоминая четвёртого Короля Ангелов, самоуничтожился. Потому что остальные трое позже стали истинными богами? Но жители Города Серебра время от времени произносят на языке гигантов имена Бадхайр и Гераберген. Почему ничего не происходит? В чём же разница? Самый сильный из Королей Ангелов, левая рука Бога, Сасрир, почему он позже исчез, растворился в реке истории? Хм, может, он и есть сейчас какой-нибудь злой бог: Истинный Творец, Тёмная Сторона Вселенной или Материнское Древо Желаний? За пределами зала тайных совещаний осталась падшая божественность. Не он ли её оставил? Хм, рождение Истинного Творца связано с Розой Искупления. Увидев фреску в этом зале, как он отреагирует?»

Подумав об этом, Клейн перевёл взгляд на старейшину-Пастыря Ловию.

Эта женщина выглядела несколько растерянной. Она, казалось, не очень хорошо знала эти титулы и имена, но некоторые из них, например, Ангела Судьбы Уробороса, узнала.

Она стала последовательницей Истинного Творца в руинах храма с фресками, оставленными Уроборосом.

Деррик тоже украдкой взглянул на старейшину Ловию, но не заметил у неё каких-либо явных изменений в эмоциях.

Будучи Солнцем Клуба Таро, Деррик был самым осведомлённым о внешнем мире из всех присутствующих. Он давно знал, кто такие Короли Ангелов, и подозревал, что трое из них позже стали богами. Сейчас он был не столько сбит с толку или растерян, сколько потрясён уровнем Розы Искупления.

Это было гораздо грандиознее, чем он себе представлял!

Неудивительно, что Владыка пал… — сначала с пониманием подумал Деррик, а затем его охватила тяжесть.

В этот самый момент он, бросив взгляд в сторону, увидел, что лицо Главы стало как никогда бледным и искажённым, и он тихо бормотал несколько слов:

— Это невозможно, невозможно…

…С тех пор, как я его помню, Глава никогда не был так выведен из себя… Он, думая о членах Розы Искупления, подумал о падении Владыки? Не может смириться с тем, что Он больше не вернётся? Но ведь он давно знал об этом от меня… — едва у Деррика возникло сомнение, как он увидел, что выражение лица Главы вернулось к норме, только губы остались плотно сжаты.

А в головах остальных членов исследовательского отряда возникло то пророчество, о котором они узнали в Городе Полудня:

«Всемогущий Владыка, я каюсь… соблазнил Сасриля, и короли часто собирались во дворце, принадлежащем сумеркам… …Я обнаружил всё это, но было уже слишком поздно. Падение, кровь, тьма, гниль, убийства, скверна и тень уже затопили эту землю. Огромная катастрофа начнётся отсюда!»

Хаим, державший Незатенённое Распятие, некоторое время приходил в себя, а затем низким, хриплым голосом спросил:

— Это и есть дворец сумерек, а это — Короли Ангелов и боги-слуги Второй Эпохи? Они всё это спланировали, что привело к огромной катастрофе, и Владыка покинул эту землю?

Колиан Илиад вытащил два меча, стоявших перед ним, полуобернулся и спокойно ответил:

— Весьма вероятно.

— Если мы выясним, что именно тогда произошло, сможем ли мы угодить Владыке и заставить его снова обратить свой взор на эту землю? — услышав ответ Главы, с тревогой спросила Антирна.

В этот момент Деррик, казалось, увидел в глазах Главы тень сострадания и печали. Он услышал, как тот кивнул:

— Может быть.

— Тогда давайте продолжим исследование! — с горящими глазами попросили остальные члены отряда.

За две-три тысячи лет страданий Город Серебра впервые был так близок к надежде. Никто из них не хотел упускать этот шанс, даже если для этого придётся отдать свою жизнь.

Колиан Илиад медленно огляделся и сказал:

— Не забывайте правила исследования. Никогда не действуйте опрометчиво. Убедившись, что это место связано со спасением, мы можем прийти сюда и во второй, и в третий раз, и даже больше. Не нужно так спешить.

После его слов остальные члены отряда немного успокоились и один за другим ответили:

— Да, господин Глава.

По распоряжению Охотника на Демонов Колина, оставшиеся члены отряда разделились на группы и тщательно обыскали этот зал, но, кроме фресок, не нашли ничего ценного.

Конечно, это было не совсем так. Это всё-таки было божественное царство древнего бога. Казалось бы, обычные стол, стулья, каменные колонны-факелы, если бы их можно было вынести наружу, обладали бы некоторыми необычными свойствами и сохраняли бы их долгое время. Но для исследовательского отряда Города Серебра это были громоздкие и непрактичные вещи.

Что касается других фресок, то все они были изображениями главной фрески с разных ракурсов. Вместе они создавали объёмную сцену.

Завершив обыск, Деррик и остальные снова собрались и последовали за Главой к выходу в задней части этого зала.

Там была серо-голубая, не двустворчатая дверь.

Колиан Илиад некоторое время внимательно наблюдал за высокой, более десяти метров, дверью, а затем наконец сказал:

— За дверью сильные стражи.

Глава 1119: Слаженная работа

Услышав слова Главы, Пастырь Ловия тут же задала свой вопрос:

— Как и те два Серебряных Рыцаря у главных ворот, они не будут атаковать цели за пределами своего радиуса?

Колиан Илиад слегка кивнул:

— По крайней мере, на данный момент это так.

Они уже подошли к выходу, а стражи за дверью никак не реагировали.

Это означало, что у них не было настоящего разума и духовности, и, скорее всего, это были просто оживлённые предметы.

Не дожидаясь, пока заговорят другие члены отряда, Охотник на Демонов Колин продолжил:

— Огромный, тяжёлый…

Получив соответствующую информацию, жители Города Серебра слаженно разделились на группы. Одна группа отошла от выхода, но осталась напротив ворот, под защитой старейшины-Пастыря Ловии, в качестве приманки для стража. Другая группа, взяв у Главы освящённое масло, нанесла его на пол у выхода. Хаим с Незатенённым Распятием и Охотник на Демонов Колин заняли позиции по обе стороны от ворот, спрятавшись за каменными колоннами.

Затем Колиан Илиад убрал один из своих мечей за спину, достал металлический флакон и залпом выпил его содержимое.

Его аура тут же ослабела, стала едва заметной. Если не присматриваться, его было невозможно обнаружить.

Это была ещё одна уловка: Хаим был на виду, а Охотник на Демонов — в тени.

Подождав ещё десять с лишним секунд, Пастырь Ловия вытянула вперёд правую руку и сделала хватательное движение в воздухе.

В этот момент её серебристо-серые волосы окрасились в тёмно-синий цвет.

У-у-у! — завыл ветер, и серо-голубые ворота с грохотом распахнулись внутрь.

Тут же раздались тяжёлые шаги, от которых затрясся весь зал.

В зал ворвался «гигант» в железных доспехах, с алебардой в руках.

На его открытых частях тела не было и намёка на плоть, казалось, он был выкован из металла, а за чёрной маской горел шар тёмно-красного света.

Если бы он стоял неподвижно, его было бы не отличить от статуи.

Топ! Топ! Топ!

Зал затрясся ещё сильнее. Гигантская статуя резко метнула свою алебарду, которая, подняв ураган, устремилась к Деррику и остальным, стоявшим напротив выхода.

Бум!

Алебарда ударилась о невидимый барьер, и по нему пошла рябь.

Перед Пастырем Ловией неизвестно когда появилась призрачная фигура в серебряных доспехах, вонзившая свой гигантский меч в щели пола.

Топ! Топ! Топ!

Гигантская статуя без остановки ворвалась в зал.

В этот момент под её ногами раздался скрежет, и огромное тело резко откинулось назад.

Она наступила на место, смазанное освящённым маслом.

В момент падения тёмно-красный свет в глазах гигантской статуи вспыхнул ещё ярче, и невидимая сила подхватила её.

Внезапно из Незатенённого Распятия вырвался ослепительно-белый, раскалённый луч света, который точно попал в единственный глаз гигантской статуи.

Тёмно-красный цвет тут же померк.