Основываясь на этой информации и содержании Карты Красного Жреца, в голове Клейна всплыли и другие ключевые моменты:

«Рыцарь Железной Крови может превратить женщину в мужчину, обладает отвагой, подобной стали. Они не только могут управлять различными видами пламени, будучи мастерами в этой области, но и способны сами превращаться в огонь или сталь…»

Империя Фейсак, флот в Море Соня, флагманский корабль Нипос.

Егор Эйнхорн, могучий мужчина ростом более двух метров с густыми усами, сидел за столом с картами, попивая сунийское кровавое вино и обдумывая дальнейшие действия:

«С рассветом эскадрилья дирижаблей Лоэна наверняка нанесёт удар, а их броненосец Притц и соответствующая эскадра уже на подходе. Оставаться здесь — значит оказаться в очень невыгодном положении.

Хотя я и Рыцарь Железной Крови и могу сосредоточить силу всего флота на себе, распределяя урон, командир той эскадры броненосцев, скорее всего, полубог Пути Арбитра или владеет соответствующим Запечатанным Артефактом класса 1, с ним будет не так-то просто справиться… Стоит ошибиться, и они воспользуются своим преимуществом в скорости и корабельных орудиях…

Отступление — лучший выбор. Затем, пока флот Лоэна ослаблен и временно не хватает кораблей, можно будет продолжать атаковать прибрежные порты…

Хе-хе, такая война — действительно хорошая возможность для усвоения зелья.

Жаль, что я не успел стать Епископом Войны до этого. Иначе, возможно, после войны у меня был бы шанс достичь ангельского ранга. Эх, только Епископ Войны может по-настоящему использовать преимущество целой армии, а не так, как я сейчас, лишь концентрируя силу на себе…»

Егор Эйнхорн, погружённый в размышления, уже собирался через скрытую связь со своими солдатами вызвать помощника и отдать приказ об отступлении под покровом ночи.

Внезапно он поднял голову и посмотрел на дверь.

Тук!

Оттуда раздался стук, который мгновенно эхом разнёсся по тихой комнате.

Предупреждение об атаке… — мелькнула мысль в голове Егора, и всё его существо мгновенно напряглось до предела.

В битвах полубогов подготовка окружения, внезапная атака и эффект неожиданности — всё это хорошие способы захватить инициативу, неотъемлемые составляющие для эффективной победы и даже убийства врага того же уровня. В противном случае добиться успеха очень сложно. Поэтому такое предупреждение перед атакой означало либо просто угрозу без продолжения, либо то, что уровень, ранг и сила нападающего значительно превосходят цель.

Будучи опытным Рыцарем Железной Крови, Егор инстинктивно приготовился к худшему и немедленно активировал связь, установленную с каждым матросом и солдатом на Нипосе.

В этот момент звук раздался снова:

Бум!

На этот раз стук в дверь прозвучал как грохот гигантской пушки, и у Егора возникло ощущение, будто рядом с ухом взорвалась бомба огромной мощности.

В его состоянии предельной концентрации, когда он внимательно прислушивался к каждому шороху, это было не слабее рёва Жреца Бедствий!

На мгновение в ушах Егора зазвенело, а в голове помутилось.

Он поспешно распределил урон, так что каждый член экипажа Нипоса ощутил лишь лёгкий звон в ушах.

Затем Егор схватил со стола перьевую ручку и бросил её в дверь.

Тёмно-красная ручка оставила за собой остаточный образ, словно выпущенный снаряд.

Для Рыцаря Железной Крови даже самый обычный предмет под воздействием его способностей мог превратиться в ужасающее орудие убийства!

Бах!

Дверь, в которую попала ручка, разлетелась на куски, открывая вид на стоявшего в коридоре стучавшего.

Это был мужчина в чёрном плаще, с телом тонким, как лист бумаги, и без черт лица.

К этому моменту сама ручка уже взорвалась, и мелкие осколки, словно шторм от пулемётной очереди, обрушились на стучавшего, разрывая его на кровавые куски мяса.

Егор не расслабился, а наоборот, резко встал и настороженно огляделся по сторонам.

Он прекрасно понимал, что настоящий стучавший ещё не «появился»!

В этот момент его помощник, живший в каюте наискосок, выбежал из своей двери и, увидев на полу куски плоти, ошеломлённо спросил:

— Адмирал, что случилось?

— Проникновение… — не успел договорить Егор, как его взгляд застыл на помощнике.

Помощник отвёл взгляд от кровавого месива на полу и медленно поднял голову.

На его лице не было ни бровей, ни глаз, ни носа, ни рта — оно было таким же пустым, как и у стучавшего.

Сердце Егора дрогнуло, и он мгновенно вспыхнул, превратившись в мириады огненных искр, разлетевшихся во все стороны.

Эти красно-жёлтые огни, разлетевшись, тут же снова собрались впереди, окружив помощника.

Пламя быстро погасло, открывая вид на полностью обугленное тело помощника.

Порыв ветра, вызванный конвекцией, пронёсся по коридору, и помощник рассыпался в прах.

Огни не остановились, а вылетели из каюты и в воздухе снова собрались в могучую фигуру Егора.

В этот момент он увидел, что со всех сторон к нему летят морские птицы, и у каждой из них была человеческая голова — лысая, без единой черты лица!

Егор мрачно хмыкнул, и вокруг него разошёлся круг палящего пламени, который устремился к странным птицам.

В этот момент он услышал скрежет металла и, используя зрение своих солдат, посмотрел в ту сторону.

От увиденного его тело похолодело, а сердце наполнилось ужасом и страхом.

На другом парусном линкоре флота в Море Соня все орудия, казалось, ожили, обретя собственную жизнь!

Они самостоятельно развернулись и нацелились в небо.

А снаряды сами собой, один за другим, устремились в жерла пушек.

Грохот! Грохот! Грохот!

Едва снаряды были выпущены, как в них, описывая разные дуги, врезались огненные шары, подрывая их в воздухе.

Воспользовавшись этой возможностью, Егор быстро произнёс почётное имя «верховного главнокомандующего» военного округа Моря Соня, Колдуна Погоды из императорской семьи:

— Владыка тумана войны, символ перемен погоды, тотем бури и молний, великий Ахматова Эйнхорн…

Именно поэтому так сложно убить полубога того же уровня, предупредив его заранее — у него всегда найдётся возможность позвать на помощь.

Конечно, главной целью нападавшего Клейна было создание жуткой сцены, чтобы напугать полубога и помочь себе усвоить зелье, а не обязательная охота на него.

Увидев это, Клейн, скрывавшийся под водой, чья цель была в основном достигнута, немедленно заставил марионеток Конаса и Энуни поменяться с ним местами, а затем, забрав их, использовал Телепортацию, чтобы уйти.

Егор не расслаблял бдительности, его дух оставался в высшей степени напряжённым, готовый к возможной атаке.

Только когда он получил ответ от того ангела, он по-настоящему вздохнул с облегчением.

После этого Егор больше не задерживал флот. Бросив тот парусный линкор, который стал теперь частью жуткой легенды, он покинул эти воды.

Спустя некоторое время, на палубу затихшего парусного линкора прилетела морская птица и села на мачту.

У этой птицы были заметные чёрные круги под глазами. Она посмотрела по сторонам и произнесла человеческим голосом:

— Я чую запах полубога Пути Провидца…

Глава 1091: Самовопрошение

Баклунд, Восточный Район, тесная съёмная квартира.

Клейн, одетый в плотную куртку, стоял за письменным столом и, глядя в окно, внимательно прислушивался к скорости усвоения зелья Причудливого Колдуна.

Как же быстро. Больше, чем за все предыдущие три месяца вместе взятые… Впрочем, ничего не поделаешь. До получения Посоха Жизни я не мог обеспечить достаточное исцеление и должен был беспокоиться, выдержит ли сердце напуганных, так что о создании городских легенд в больницах не могло быть и речи…

Точно так же, если бы не началась война, найти других полубогов было бы крайне сложно. А те, чьё местонахождение известно, в основном находятся на своей территории. Чтобы незаметно проникнуть и создать жуткую и пугающую атмосферу, пришлось бы превращать невинных в марионеток. Даже если бы не было другого выбора, я бы на это не пошёл… — Клейн отвлёкся от себя и беззвучно вздохнул.

Он мысленно повторил одно слово:

«Война…»

Вдалеке ещё виднелся свет уличных фонарей, но Восточный Район уже погрузился во тьму, лишь изредка можно было заметить проходящий патруль полицейских с масляными лампами.

В обычное время эти полицейские не были бы так активны, но теперь, из-за войны, они должны были обеспечивать соблюдение соответствующих запретов и поддерживать порядок.

«Война…» — тихо повторил Клейн это слово, и ему на мгновение показалось, что он видит часть будущего:

Король Лоэна Георг III наконец-то сбросил оковы, больше не опасаясь, что кто-то из семи богов станет ему серьёзно мешать, и может официально приступить к различным ритуалам Чёрного Императора. Дальнейшее зависит в основном от него самого, вернее, от Него. Если Он сможет выдержать воздействие зелья, если сможет сохранить необходимый рассудок, то взойдёт на божественный престол, достигнув Последовательности 0.

Семья Эйнхорн из Фейсака, используя эту войну мирового масштаба, позволит своим ключевым членам значительно усвоить зелья и без особых трудностей подготовиться к соответствующим ритуалам, подняв свою общую мощь на новый уровень.

А брат Амона в этом неумолимом потоке времени, приняв зелье, преобразится и станет Фантазёром, добавив этому миру ещё одного истинного бога…

Пока эти мысли проносились в его голове, в сознании Клейна внезапно вспыхнул вопрос:

«Такой исход — ты его принимаешь?»

Такой исход — ты его принимаешь… — Клейн открыл рот, но тут же медленно закрыл его. Всё, что он видел перед собой, казалось, пронзило время и расстояние, возвращаясь в прошлое, в другие места:

Это был Великий смог Баклунда — густой, желтоватый с оттенком железной черноты, слегка едкий и удушливый, холодный и влажный;

Это был бродяга, медленно умиравший от болезней, голода, боли и холода, но отчаянно цеплявшийся за жизнь. Ради куска еды, ради небольшой платы он до предела выжимал из себя все силы, не смея лениться. Наконец, он увидел проблеск надежды, купил ветчину, о которой так долго мечтал, но в этой туманной мгле рухнул на землю и больше не поднялся;

Это была трудолюбивая вдова. Чтобы выжить, чтобы прокормить двоих детей, она отбросила всякое достоинство, стала грубой, с помощью брани, с помощью ежедневной сырости, пропитавшей её до костей, и боли в суставах она поддерживала крышу над головой, защищавшую от ветра и дождя. Но во время того Великого смога эта крыша рухнула, и один из детей, которого она так отчаянно пыталась защитить, умер у неё на руках;

Это была девушка, жаждавшая знаний, мечтавшая о прекрасном будущем, любившая свою мать и сестру. Она трудилась в наполненной паром комнате, всегда храня в сердце маленькую надежду. Однако после Великого смога она больше никогда не увидела желанного будущего;

Это была девочка, которая под защитой матери и сестры усердно училась. Она пережила много трудностей, шаг за шагом выбираясь из нищеты, с надеждой стать лучше, с надеждой, что её мать и сестра перестанут так тяжело трудиться, с надеждой, что их маленькая семья из трёх человек заживёт той жизнью, о которой они мечтали. Но всё это в итоге рассыпалось в прах. В том ужасном смоге эта девочка осталась совсем одна. Сколько бы ни было у неё боли, сколько бы ни было радости, она больше не могла поделиться ими с матерью и сестрой. Та воображаемая семейная жизнь так и не наступила и уже никогда не наступит;

Это были живые существа, падающие, словно скошенная трава; это были семьи, одна за другой; это были люди, один за другим; это была боль, навеки впечатанная в кости, которую невозможно стереть;

Это был студент, у которого было прекрасное будущее, но от которого осталась лишь половина тела, с вывалившимися на землю кишками;

Это был ребёнок, который, возвращаясь из школы, внезапно обнаружил, что потерял обоих родителей и стал сиротой;

Это был обычный человек, который, корчась от боли, с трудом полз, пытаясь дотянуться до будущего, но так и не смог сделать последний вздох;

Это были люди на кладбище, молчавшие до боли в сердце, рыдавшие до обморока;

Это была земля, пропитанная кровью;

Это было небо, затянутое пороховым дымом;

Это были безжалостные и хладнокровные снаряды.

И закулисный кукловод, главный виновник, создавший всё это, по ступеням, сложенным из гор трупов, шаг за шагом взойдёт на божественный трон, чтобы принимать овации и избежать старости.

Такое развитие событий — ты его принимаешь?

Такой расклад — ты его принимаешь?

Такой исход — ты его принимаешь?

— Нет, не принимаю, — после долгого молчания внезапно произнёс Клейн низким голосом.

Этот голос эхом разнёсся по комнате, многократно отражаясь и резонируя:

— Нет, не принимаю!

Пока в ушах ещё звучало эхо, уголки губ Клейна медленно поползли вверх, и он усмехнулся самому себе:

— Семь богов молчаливо согласились, какой смысл в том, что ты не принимаешь?

Клейн снова замолчал. Спустя долгое время он выдохнул и с ровным выражением лица произнёс:

— Даже если нет смысла, некоторые вещи всё равно нужно делать.

Разве в этом мире так много дел, которые обязательно увенчаются успехом, обязательно будут иметь ценность и пользу?

Клейн слегка улыбнулся, отвёл взгляд, повернулся и вошёл во внутреннюю комнату съёмной квартиры.

Хотя он и принял решение, но действовать безрассудно не собирался. На его нынешнем уровне и с его рангом, как бы он ни старался, он вряд ли сможет как-то повлиять на дела Георга III. Кроме как отдать свою жизнь, он ничего не добьётся.

Более того, если из-за этого в ключевой момент войны в Лоэне начнётся хаос, и армия Фейсака успешно вторгнется, то число невинных жертв будет в десять, а то и в сто раз больше, чем во время Великого смога Баклунда.