Хотя с момента его появления прошло всего около пяти минут, и этого было недостаточно, чтобы Сио и Форс добрались до ближайшей церкви Вечной Ночи, Одри всё равно отчаянно хотела, чтобы Хвин Рамбис ушёл как можно скорее — находиться рядом с полубогом Пути Зрителя было невыносимо тяжело.

Ещё будет шанс. Пока я сохраняю собственное сознание, шанс есть. Одри, не унывай, не торопись... — мысленно успокоила себя Одри, наблюдая, как Хвин Рамбис поворачивается и направляется в сторону зала.

Она не расслаблялась, не выдыхала, стараясь сохранять нормальное состояние.

Внезапно Хвин Рамбис остановился, обернулся и, прищурив свои светло-голубые глаза, посмотрел на Одри:

— Почему ты так испугалась, когда увидела меня в первый раз?

...Я... я тогда была так удивлена, что не смогла скрыть некоторые эмоции? — Одри почувствовала, как под её золотистыми волосами зашевелились волосы на затылке. Мысли заметались. Внешне она с полным недоумением переспросила:

— Правда? Разве это не нормально? Внезапно рядом появляется человек, кратковременный испуг неизбежен.

Хвин Рамбис кивнул, казалось, согласившись с этим объяснением. Он оглядел Одри с ног до головы и вдруг снова спросил:

— Ты раньше всегда носила с собой мистический предмет в виде украшения, который мог менять форму. Почему сегодня его нет?

Для Зрителя это была несколько необычная деталь.

Плохо... Я ведь почти всегда прятала Ложь под одеждой, как он мог заметить, что именно сегодня её нет... Он тайно читал некоторые мои воспоминания, те, что я не защищала, чтобы вести себя естественно... — от вопроса Хвин Рамбиса мысли Одри, казалось, застыли.

Причина, по которой она не надела Ложь, была проста: она боялась, что этот предмет усилит её эмоции, и она не сможет полностью скрыть свои истинные мысли перед полубогом Пути Зрителя.

А это означало, что она сегодня предвидела встречу с Хвин Рамбисом, что в обычной ситуации было бы невозможно!

В мгновение ока Одри ухватилась за догадку и с растерянной улыбкой ответила:

— Он усиливает мои эмоции и снижает вероятность успешного гипноза. Чтобы не было неожиданностей, я заранее его сняла.

Хвин Рамбис слегка кивнул:

— Вот как...

Как только Одри немного расслабилась, этот полубог Пути Зрителя вдруг прищурился:

— Если бы дело было только в этом, то сомневаться было бы не в чем. Но в сочетании с твоим чрезмерным испугом при нашей встрече, всё выглядит не так уж просто...

Говоря это, светло-голубые глаза Хвин Рамбиса стали вертикальными и быстро окрасились в золотой цвет.

В этих двух золотых вертикальных зрачках отчётливо отразился образ Одри в жокейке.

Гул! — мысли Одри стали вязкими и туманными. Лишь то «она», что парило под духовным небом, с трудом сохраняло остатки ясности.

На поверхности моря разума вокруг её острова сознания взметнулись волны, готовые обрушиться на него.

В то же время, тот зловещий иллюзорный Хвин Рамбис вернулся, снова ступив на остров. Та его часть, что оставалась под водой, заставила серо-белые драконьи чешуйки проникнуть в основание острова, в обширную область человеческого подсознания.

Одри почувствовала, что её мысли искажаются, ей захотелось выболтать всё, раскрыть все свои секреты.

Благодаря ясности сознания той «её», что парила под духовным небом, она с трудом сдержалась, не выдав ни одной тайны. Она понимала, что если так пойдёт и дальше, всё кончится плохо. Собрав остатки мыслей, она, благодаря благословению ангела и разделённому сознанию, не дала Хвин Рамбису ничего заметить.

Этих мыслей хватило на то, чтобы сунуть руку в левый карман.

В этот момент Хвин Рамбис, вторгшийся в её ментальный мир, стал ещё более зловещим и холодно хмыкнул:

— Так и знал, что что-то не так!

Если бы всё было в порядке, Одри сейчас начала бы с самого важного и выдала бы все свои секреты и тайны один за другим, а не молчала бы!

Точно так же, из-за стремительности этого контроля, у Одри просто не было времени, чтобы привести в порядок все свои секреты. Даже если бы она захотела что-то скрыть, это стало бы очевидно с первого же слова, показав, сохранила ли она ясность сознания.

Убедившись в неладном, Хвин Рамбис больше не колебался. Его взгляд стал ледяным, а кожу покрыла серо-белая чешуя.

Буря на море разума усилилась, и Одри под духовным небом пошатнулась.

Последняя защита её сознания под этими непрекращающимися ударами быстро слабела, готовая вот-вот рухнуть.

— Хмф! — Хвин Рамбис снова усилил Ментальный Шторм, с удовлетворением чувствуя, как весь остров сознания Одри затрясся.

Это означало, что он вот-вот получит над ней полный контроль!

В этот самый момент в его ушах раздалось древнее, труднопроизносимое слово:

— Судьба!

Хвин Рамбис в реальном мире изумлённо поднял голову и увидел, что изумрудные глаза Одри окрасились в самый яркий и чарующий золотой цвет.

Глава 1050: Мастер гипноза

Под эхо слова на древнем гермесском языке, место, где находились Одри и Хвин Рамбис, на мгновение потемнело.

Словно кто-то прошёл мимо, заслонив ближайшее окно, и тут же удалился.

Когда свет восстановился, в иллюзорном мире остров сознания, объятый ужасающим ментальным штормом, сменился с Одри на Хвин Рамбиса, а тот, кто вторгся в разум противника, — с Хвин Рамбиса на Одри.

Амулет Сифон Судьбы!

Этот амулет, созданный из Личинок Времени Амона и подкреплённый силой Шута, мог похитить судьбу цели на короткий промежуток времени и обменять её на будущее пользователя!

Это была плата за лечение, которую Одри получила от Германа Спэрроу за помощь Хейзел. С помощью этого амулета она перенесла своё будущее, в котором её ментальный барьер вот-вот должен был рухнуть, а разум — оказаться под контролем, на Хвин Рамбиса. От него же она похитила судьбу, в которой он должен был овладеть Ментальным Штормом, открыть врата разума цели и напрямую изменить или внедрить нужные мысли.

За одно мгновение ситуация полностью перевернулась. Одри, находясь на грани краха, получила абсолютное преимущество.

Конечно, это преимущество могло длиться лишь очень короткое время.

Честно говоря, если бы в предыдущие два дня она не продумывала, как бороться и спасаться в отчаянных ситуациях, она бы вряд ли догадалась использовать амулет Сифон Судьбы. Вернее, когда бы догадалась, было бы уже поздно. Точно так же, сейчас, словно многократно прорепетировав это в уме, она подавила удивление от эффекта амулета, быстро оценила ситуацию и, пользуясь преимуществом, обрушила Ментальный Шторм, смешанный с эффектом Гипноза, на Хвин Рамбиса, мгновенно открыв врата его разума.

Хвин Рамбис застыл на месте, как обычный человек, который попал под гипноз, сосредоточив всё своё внимание на золотых глазах Одри.

Да, в этот момент он, полубог Пути Зрителя, оказался под контролем разума Одри, Потусторонней всего лишь 6-й Последовательности.

Таким образом, даже когда эффект Сифона Судьбы закончится, это уже свершившийся факт!

Однако Одри знала, что она лишь с помощью чудесного амулета и способностей самого Хвин Рамбиса открыла врата его разума и установила первичный контроль. Любые дальнейшие действия неизбежно встретят сопротивление, а с её уровнем Последовательности ей не справиться с сильным отторжением.

И она отчётливо чувствовала, что подсознание Хвин Рамбиса сопротивляется текущему состоянию. На его лице в реальном мире начали появляться редкие серо-белые чешуйки.

Пройдёт совсем немного времени, и он сможет силой вырваться из-под моего первичного контроля над его разумом... — это осознание мгновенно вспыхнуло в голове Одри.

Она перевела взгляд на голову Хвин Рамбиса, немного сожалея, что у неё с собой нет мощного пистолета. Иначе, пользуясь моментом, можно было бы сделать несколько выстрелов и попытаться убить его.

Но она тут же вспомнила о своей Драконьей Чешуе и поняла, что у Хвин Рамбиса она определённо есть, и куда более прочная. Обычной атакой её не пробить, даже большинству мистических предметов низких и средних Последовательностей это не под силу!

А если не удастся убить с одного удара, Хвин Рамбис наверняка очнётся и вырвется из-под контроля.

Не колеблясь, Одри, лишённая достаточных средств для атаки, быстро приняла решение:

«Загипнотизировать его!»

Он мастер гипноза, и у него сильное сопротивление к нему, так что он вряд ли носит с собой предметы для защиты от такого воздействия... Нельзя заставлять его делать что-то, что сильно противоречит его воле. С нашей разницей в уровне я точно не справлюсь с подсознательным сопротивлением... — мысли проносились в голове Одри. Она почувствовала, как пересохли губы, и осторожно заговорила.

Она старалась не выдать своего волнения, смотрела в глаза Хвин Рамбису и очень мягким голосом сказала:

— Найди в резиденции Глинта место и жди. Через пятнадцать минут встретимся в саду...

Внедрение этой подсознательной установки не вызвало сильного отторжения, и Одри довольно легко завершила манипуляцию. Для Хвин Рамбиса сегодняшний визит к Одри был запланирован, и местом встречи должна была стать резиденция виконта Глинта. Гипноз Одри лишь изменил время и конкретное место встречи, причём в небольших пределах, так что это соответствовало намерениям Хвин Рамбиса и не потребовало больших усилий и не вызвало сильного сопротивления.

— Хорошо... — ответил Хвин Рамбис на слова Одри.

Одри, не успев вздохнуть с облегчением, собралась с духом и, продолжая смотреть ему в глаза, мягко произнесла:

— Ты придёшь ко мне через четверть часа, так что сегодня мы ещё не виделись. А раз мы не виделись, то ничего, что произошло сейчас, не было. Всё будет забыто.

Поскольку Хвин Рамбис уже поддался предыдущему гипнозу, дальнейшее внушение, следовавшее той же логике, хоть и вызвало инстинктивное сопротивление, но не сильное. Вскоре оно бесследно растворилось в этих золотистых, ярких, глубоких и чарующих глазах.

— Да, я ещё не видел вас, ничего не произошло... — с несколько растерянным видом повторил Хвин Рамбис. Серо-белых чешуек на его коже стало больше.

Сделав этот ключевой шаг, Одри сдержала порыв прижать руку к груди и, подумав секунду, сказала:

— Услышав моё пение, ты успокоишься.

Она хотела было использовать очарование в сочетании с гипнозом, но поняла, что не умеет принимать соблазнительные позы и делать соответствующее выражение лица. Пришлось лишь поправить рукой спадающие золотистые локоны, слегка наклонить голову, и её взгляд стал игривым, а улыбка — лучезарной.

Затем она напела носом мелодию Поместья под Луной.

Хвин Рамбис смотрел на девушку, прекрасную, как солнце, цветы и драгоценные камни, слушал её неземной, отрешённый голос, и его разум постепенно успокаивался, сопротивление уходило.

Видя, что он вот-вот вырвется из-под первичного контроля, Одри, не мешкая, указала на другой конец коридора:

— Иди туда. Когда увидишь витражное стекло, придёшь в себя и снимешь чешую.

Она прекрасно знала, что в другом конце коридора, по направлению к главному входу, было несколько изящных витражных окон с белым основанием.

Это указание не несло в себе никакой опасности и не сильно противоречило воле самого Хвин Рамбиса. Он тут же двинулся по коридору, быстро зашагал вперёд и свернул направо.

Лишь когда его спина скрылась из виду, Одри медленно выдохнула, позволяя запоздалому страху, ужасу и напряжению захлестнуть её.

Её тело мелко дрожало, рот приоткрылся, и она непроизвольно начала делать короткие вдохи и выдохи.

Через десять секунд Одри применила на себе Успокоение и пришла в себя.

Затем она взглянула на настенные часы, и, стоя на том же месте, подняла руки, сложив их у рта и носа, и тихо произнесла имя мистера Шута.

Она попросила ещё одного благословения ангела и попросила это великое существо передать Миру Герману Спэрроу, что она теперь знает, когда придёт Хвин Рамбис, и вызовет его за две минуты до этого. Пусть он рассчитает время и прибудет на место, не слишком торопясь и не подходя слишком близко, чтобы Хвин Рамбис не заподозрил засаду.

При этом Одри лишь вкратце упомянула о случившемся, не вдаваясь в подробности, чтобы не терять времени.

Затем она подняла руки, коснулась щёк, полностью восстановила нормальное выражение лица и начала гипнотизировать себя, чтобы, увидев Хвин Рамбиса, начать напевать ту самую мелодию.

Сделав всё это, Одри направилась в зал, нашла золотистого ретривера Сьюзи и забрала у неё ожерелье Ложь и бриллиантовую брошь Враг Алкоголя. Последнюю, защищающую от ментальных воздействий, можно было носить не более получаса, иначе повреждения печени и мозга стали бы необратимыми. Поэтому Одри планировала надеть её уже после ухода из резиденции Глинта, на случай, если Хвин Рамбис решит встретить её по пути.

Сьюзи не заметила в Одри ничего странного, наблюдая, как та прикалывает брошь и надевает ожерелье.

Через несколько минут Одри, сложив одну тонкую чёрную перчатку, убрала её в карман жокейки и, под предлогом посещения уборной, окольным путём вышла в сад виконта Глинта.

Затем, глядя на большие часы на примыкающей к дому башне, она, с некоторым напряжением, начала запоминать время.

Ей было страшно и от того, что Хвин Рамбис не придёт, и от того, что он придёт раньше или опоздает.

Время шло, и Одри дважды применила на себе Успокоение, чтобы унять волнение.

Когда до назначенного времени осталось две минуты пятнадцать секунд, она сняла с шляпки брошь с пером и щёлкнула пальцами.

Алое пламя вспыхнуло, поджигая белое перо.

Это была способность Управление Пламенем, присущая Ложь.

Пламя, погорев, стало бледным и всего за две-три секунды превратило перо, побочный продукт проекта Искусственная Смерть, в пепел.

Вокруг ничего не изменилось.

Снова взглянув на часы, Одри достала амулет из белого олова и произнесла на древнем гермесском языке одно слово: