Фатима вновь откинулась на спинку сиденья, поставив локти на плетёные ручки стула и крутя кольцо на пальце.

— Для начала скажите мне, зачем вы это пытаетесь выяснить? Любопытство? Или как-то связано с вашей матерью?

— И то, и другое, — честно ответил Филипп. — Я случайно узнал о её поездке в Даурию, и решил выяснить, что она искала. А когда выяснил и нашёл ключ, понял: надо продолжать. Должен же ключ что-то открывать.

— Прям сказка о золотом ключике, — пошутила профессор.

— Да уж. Почти.

— Ну, тогда скажу следующее. Соня не сразу мне доверилась, но я сама догадалась, что её статья и предмет исследований связаны с чем-то… хм… сенсационным, скажем так. Уж больно они с коллегой скрытничали, уехали на мыс Рытый, хотя все отговаривали их от этого путешествия. Ну якобы древние бурятские духи, шаманские запреты, какие-то холодящие кровь легенды — всё такое. Тем не менее они поехали, а по возвращении Соня показала кольцо.

— Мама показывала кольцо?

— Да, мы сдружились.

— Она говорила о нём подробнее?

— О нём — не много. Твоя мама была очень взволнована. Повторяла, что хочет скорее написать статью и поделиться с миром своими исследованиями… — Фатима замолчала. — Но, послушайте, не проще ли узнать всё от неё самой?

— Не проще… — с грустью сказал Филипп.

— Что такое? — профессор заметила тоску во взгляде писателя.

— Мама погибла почти сразу, вернувшись из Даурии. Автомобильная авария. Вы не знали?

Лицо Фатимы стало серьёзным.

— Нет, я не знала.

— Когда мы приехали в Бурятию, многие болтали о мысе Рытый, как о плохом месте. Все, кто там был, вскоре умирали. Древнее проклятье.

— Ну вы же в это не верите? — профессор вскинула брови.

— Я — нет, но… Борис Осипов тоже умер после Даурии.

— Бог ты мой, — Фатима покачала головой, — какое трагичное совпадение.

— Да уж. Но, получается, мама ничего вам не рассказывала о самой поездке на мыс и о кольце?

— Нет. Ничего. Через пару дней, после возвращения с мыса, она уехала в Москву. И больше я её не видела.

— А Мирона вы знали?

— Мирона? — переспросила женщина. — А, тот краевед. Очень бегло. Кажется, пересекались пару раз. Мы тогда были молоды ещё. Один раз Соня позвала меня на шашлыки. Как раз в дом того Мирона. Отлично провели вечер! — Фатима улыбнулась с ностальгией во взгляде. — Пили вино, болтали. Это случилось ещё до поездки твоей матери на мыс.

— А вы случайно не слышали такое имя — Джигари?

— Джигари? Нет. Никогда. Кто он?

— Вроде местный шаман. Ну да не важно.

Официант поставил на столик заказ и напитки, но Филипп совсем потерял аппетит. Есть не хотелось. Он судорожно думал, о чём ещё спросить профессора, ведь разгадка найденного ключа и странных строений на мысе может быть где-то в истории древнего мира, а Фатима была экспертом этой области.

— А что вы думаете про тот перстень? Вы же его видели. Мог он принадлежать монголам?

Женщина закивала, жуя салат.

— Вполне, — сказала она, проглотив пищу. — Если бы я нашла его в Даурии, я бы однозначно начала писать научную статью. Кольцо очень древнее, и стиль выполнения подходит под тринадцатый век, расцвет Монгольской империи.

— Вы видели надпись на перстне?

— Надпись? Нет. У меня не было времени его рассмотреть. И что там написано?

— Надпись оказалась на тангутском и гласила «Повелитель мира».

— Повелитель мира? — с интересом повторила Фатима. — На тангутском?

— Да.

— Всё интереснее, — Фатима отпила кофе из большой белой кружки. — М-да… Надпись «Повелитель мира» в контексте поиска связи с Чингисханом говорит о правильном пути, однако… тангуты… хм, — профессор вновь закурила, — вы же знаете, кто они такие?

— Да. Жители царства Западное Ся, которое завоевал Чингисхан.

— Верно. Но великий монгол не сразу смог их покорить. Они отчаянно сопротивлялись. И всё не так просто. Давайте начнём с самого начала, когда никто в целом мире ещё и не знал про тангутов.