— Дин, выйди, пожалуйста, — Саблин обернулся на старшего лейтенанта. Максимова, стоявшая в расслабленной позе, выпрямилась, удивившись такой просьбе, но ничего не сказала. Вышла из номера.

— Устраняете свидетелей, майор? — весело прокомментировала Фатима.

— Есть вещи, которые лучше обсуждать наедине.

— О-о-о! Вы меня заинтриговали. Но, предупреждаю, на свидания я не ходила лет пятнадцать.

— Не волнуйтесь, я не буду нарушать ваше воздержание.

Фатима рассмеялась.

— Так о чём тогда пойдет речь?

— Я знаю, что вы член Ордена Янтарной Бездны, — быстро произнес следователь. Любимый приём — сразу говорить о подозрениях, не ходя вокруг и около — частенько срабатывал, помогая следователю выяснить правду. Такой ход всегда приводил собеседника в замешательство, не давая придумать спасительные оправдания, а по реакции майор видел: попал ли он в точку.

Но Фатима, казалось, то ли не расслышала Саблина (это вряд ли), то ли сделала вид, причём очень искусно. Выражение её лица не изменилось, даже намёка на удивление или беспокойство не скользнуло.

— Ах, вот в чём дело, — произнесла она, — считаете меня сектанткой какой-то? Ну не ожидала от вас такого, майор! Напомню, я — учёный, а не шарлатан.

— Одно другому не мешает, — парировал следователь, — Мне доподлинно известно, что Константин Журавлёв состоял в упомянутой мною организации. Кстати, вы же, наверное, в курсе, что он мёртв? Да? Нет? Ну не важно. Так вот. Если вам интересно, то на его теле мы обнаружили татуировку из двух букв: «АА», которые, как вы, наверное, знаете, являются символом принадлежности к Ордену. Журавлёв работал на ваш университет, и поначалу я решил, что с вами связи быть не может. Ну мало ли у него было проектов, и где его завербовал Орден — одному богу известно. Но затем, когда я сложил факт вашего знакомства с Журавлёвым и его женой в Даурии, у меня наметились кое-какие подозрения. Да, да, — сказал Саблин с улыбкой, глядя на промелькнувшее удивление на лице Фатимы, — я был в Даурии вместе со Смирновым. И там случайно увидел фотографию, где вы засняты вместе с Софьей Журавлёвой. Интересное совпадение, не так ли? Софья нашла ценный перстень в Даурии, а по возвращении в Москву погибла при странных обстоятельствах, а затем и её муж, Журавлёв. Не говорю уже о Борисе Осипове, коллеге Софьи. Но и тут мои подозрения не выглядели ещё убедительными. В жизни встречается немало диких совпадений. Но я припомнил нашу с вами первую встречу в Питере. Тогда вы удивительным образом возникли в аудитории и снабдили Смирнова столь нужной ему информацией про Ноев ковчег, после чего наш общий знакомый отправился на поиски реликвии в Армению[6]. Там же, как ни странно, затем появились люди из Ордена. Опять совпадение? Не думаю. Ну и, наконец, у нас есть данные, что в этом районе, недалеко от гостиницы, где я имею честь с вами беседовать, недавно был замечен ещё один член Ордена, — Саблин сделал удивлённое лицо. — Ещё один общий знаменатель во всей истории? Как думаете?

Фатима слушала следователя теперь без улыбки, но старательно продолжая не выдавать своих эмоций. Она вздохнула, когда майор замолчал.

— Потрясающе логичное повествование. Ваш ход мыслей вызывает восхищение.

— Благодарю, — следователь получал наслаждение от общения с профессором: словесная игра, в которую они втянулись, затягивала. Но придётся напрячься, выводя Идрисову на признание. Хотя Саблин до сих пор не был уверен на сто процентов, что прав и Фатима — член Ордена.

— То есть правильно ли я вас поняла: вы считаете, я убила всех названных вами людей?

— Нет, ну что вы! Не вы, конечно. Вот только ваше участие очевидно. Думаю, вы поставляли информацию в Орден о находке Журавлёвой, о планах Смирнова, ну и так далее. Как профессионал в истории и археологии, вы смогли разглядеть в перстне из Даурии ценную реликвию и догадались, что снимки с Арарата подлинные. Сообщив об этом в Орден, вы тем самым дали ему возможность поучаствовать во всех историях. Ну а цель, само собой, получить уникальные знания и артефакты.

— И зачем мне всё это? Думаете, мне не хватает острых ощущений в жизни или таинственных историй? Ха, — Фатима покачала головой, — вы даже не представляете, сколько за всю свою жизнь я слышала и видела такого, что вам и в кошмарном бреду не привидится! Археология — наука о скрытом, занесённом песками и временем. Откапывая древние города и артефакты, мы открываем завесу прошлого, и зачастую оно оказывается настолько таинственным, что наука отступает, боясь вытаскивать на поверхность то, чему нет объяснения.

— Согласен с вами, — кивнул майор. — Между тем именно такие области и профессионалы, как вы, интересны Ордену. Он вербует учёных, привлекая в свои ряды, чтобы вытаскивать на поверхность тайны прошлого, — повторил он фразу профессора. — Признайтесь, Фатима. Вы член этой организации.

— Я бы с радостью, но ваши аргументы — лишь домыслы. Да, Константина Журавлёва я помню. Ну работал он на наш университет, тут нет ничего сногсшибательного! И мало ли откуда у него татуировка?! Мы их не делаем между лекциями! С Софьей я познакомилась случайно, а перстень она увезла в Москву, и больше мы не виделись. Какая вообще связь? — Фатима говорила размеренно и спокойно, в такт двигая рукой, на которой позвякивали браслеты. — А вспоминая нашу с вами встречу в прошлом году, то тут тоже нет ничего необычного. Вы искали, насколько я помню, Тульского. Он заболел, я подменяла его на семинарах, а вы появились в тот момент, когда я шла с одного из них. Ну и, наконец, эта гостиница. Слушайте. Тут даже смешно. Неглинная улица — одна из самых популярных в Москве. То, что вы видели тут кого-то из вашего Ордена, не удивительно! Здесь кого только не встретишь!

— Значит, вы отрицаете свою принадлежность к Ордену Янтарной Бездны?

— Я не могу отрицать, так как это полный бред!

— Тогда вы не откажетесь показать мне ваши татуировки на руках? — попросил Саблин.

— Чего? — смутилась профессор. — Очень неприличная просьба, знаете ли.

— Ничего неприличного. Я же не платье прошу вас снять.

Фатима колебалась, прищурившись, глядя на следователя, однако в её глазах мелькало подобие усмешки.

— А такое законно, майор? Мы же с вами не в отделении. Я могу отказаться.

— Можете, конечно. Но сие будет для меня означать вашу причастность. Если вам нечего скрывать, вы покажете руки.

Женщина продолжала сидеть. Затем взяла сигарету и закурила.

— Не хотите показывать, да?

Фатима пожала плечами.

— Знаете, на самом деле, почему я попросил мою коллегу выйти?

— Теряюсь в догадках.

— Я не хочу, чтобы она знала о вашей причастности к делам Ордена.

— Интересно, и почему же? Не доверяете ей?

— Дело не в этом. Вы расскажете мне правду, а я сохраню всё между нами.

— То есть?

— Такие как вы, мне не интересны в рамках расследования. Мне нужен Мастер Бездны. Я готов заключить с вами сделку. Вы даёте мне Орден, я вас отпускаю, но вы продолжите передавать мне информацию.

— Вербуете меня? — заулыбалась Фатима.

— Можно и так сказать. Я обещаю вам: если нам удастся найти членов Ордена и Мастера Бездны, вас не привлекут к ответственности.