Да! Я приняла!

Потому что я оказалась трусихой, которая готова сбежать от своих же чувств куда подальше. Мне страшно от того, что рядом с Дариусом Ворном голова перестает работать, а тело начинает вести себя неестественно. Меня тянет к нему и отрицать этот факт — будет глупо ошибкой.

Тянет сильно, я безумно боюсь обжечься. Я боюсь стать зависимой от своих чувств и от самого каоммандера. Это сильно повлияет на мою работу, на миссию, на ситуацию в целом. Это чревато полным провалом.

Так нельзя. Я должна что-то выбрать, что будет менее губительно для всех. И в том числе для меня.

— Сэр, — голос выходит глухим. Я прокашливаюсь, прочищая горло. Вновь поднимаю глаза к потолку, рассматривая его, словно пытаюсь что-то там найти. Хоть какую-то помощь.

Тяну время словно специально, подбирая в голове правильные формулировки, чтобы выразить все, что чувствую, но не показать как явно. Дариус Ворн — опасный человек. Он опасный мужчина.

Потому что он точно знает, что хочет от жизни. Он точно знает, куда идет и что делает, а также понимает свою конечную цель. То, что он выводит меня на откровенный разговор — сбивает с толку. То, что он мне помогает — обезоруживает.

Я не понимаю, чего именно он добивается, но понимаю, что мне стоит держаться от него подальше. Может правильным решением было бы исчезнуть, покинуть отряд. Но с такими рекомендациями, что у меня сейчас есть — куда-то еще меня попросту не возьмут.

Идти работать в местную межгалактическую забегаловку официанткой?

Ну нет… Это точно не для меня. Я была рождена с редким даром точно не для того, чтобы разносить кислородное пиво и жареную рыбу с капустой.

— Мисс Соларис, вы планируете молчать? Как долго?

Собираюсь с духом. Набираю в легкие как можно больше воздуха. Вместе с кислородом в ноздри попадает аромат коммандера. Терпкий, вязкий… Кружит голову.

Я уже подсела на него. Я уже вляпалась по самые…

— Я приняла помощь вашего брата, сэр. Я решила, что мы с ним изначально не сильно поладили, что дестабилизировало общее состояние. Поэтому поработать вместе, притереться — показалось мне правильным решением.

— Что ж, — Дариус Ворн делает паузу, пытаясь поймать мой взгляд своими глазами, но я намеренно отвожу свой в сторону, — В таком случае, мисс Соларис, если вы провалите миссию, — голос становится все ниже и кажется даже злее, — Вы вылетите как пробка из отряда без возможности даже объясниться. У вас не будет шанса на какое-либо оправдание и последующую работу в каком-либо другом отряде. Будьте уверены в том, что вы провалитесь. И можете не обижаться потом, я лишь говорю с высоты своего опыта. Мой брат — профессионал своего дела. Но он плохой коммандер. Это факт. Знаете почему? Потому что ему неинтересно то, каким даром вы обладаете и на что способны. Ему интересно то, что находится у вас между ног. Всего хорошего, мисс.

Я даже приоткрываю рот после всего услышанного. Это не просто обидно… Это жутко неприятно и даже больно.

— Знаете, сэр, может ваш брат и плохой коммандер. Но он хотя бы не распускает свои руки, не лезет в мои трусы, как это сделали вы. И даже не пытается меня поцеловать. Поэтому… Я бы с вами поспорила.

Резко выхожу за пределы его отсека, желая сбежать как можно быстрее и куда подальше. Меня всю трясет от злости и негодования.

Желание доказать, что он ошибается вырастает в стократ. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки.

Я делаю шаг, второй, сжимая челюсти так сильно, что начинает болеть ее нижняя часть, а зубы сводит.

Я докажу! Докажу!

Горячая ладонь смыкается на моем локте, рывок, и я вновь оказываюсь внутри отсека Дариуса Ворна. Прижатая плотно его телом к стене.

Он возвышается надо мной скалой, пыша гневом.

Бьет кулаком по панели, она пеликает, но двери остаются открытыми. Он ударяет вновь, еще сильнее, они наконец закрываются, оставляя нас вновь наедине.