Ю'унг

Ю'унг прошла по следам, которые Криина нашла на краю лагеря, до холмов в отдалении от стоянки, но там они обрывались. Они, должно быть, принадлежали тем, кто украл мясо Народа, но больше Ю'унг ничего не могла сделать, чтобы раскрыть эту тайну, поэтому она поспешила обратно на стоянку, надеясь присоединиться к охоте на Гигантского Вепря. Криина, с палкой-копалкой в руке, наблюдала за ее приближением.

— Они ушли. — Охотники.

Ю'унг досадливо фыркнула.

— Следы тех-кто-следил-за-нами-с-Б'о исчезли. Кому понадобилось обращать на нас внимание…

— …и почему? — прервала Криина.

Ю'унг нахмурилась, ее взгляд метнулся к группе, собравшейся для сбора припасов, одна из женщин несла на груди младенца.

— Ты идешь с ними?

— Я должна. Б'о нужно другое снадобье, не то, что я обычно применяю. Там, куда идут собиратели, есть одно растение. Я соберу то, что мне нужно, и принесу Б'о.

— Тебе не следует идти одной.

Криина ощетинилась и взмахнула копьем.

— Как и ты, я не беззащитна. Не веди себя так, будто это не так.

Ю'унг сникла.

— Может, я погорячилась. С тобой идут охотники?

— Да.

Ю'унг оглядела племя, гадая, кого она могла иметь в виду. Единственным мужчиной поблизости был подросток Лаак, и он как раз направлялся к Криине, шагая широко и уверенно, с копьем в руке и сумой через плечо.

Ю'унг напряглась.

— Твоя защита — Лаак? Он не охотник. Он едва умеет пользоваться копьем. Или дубинкой — он даже дубинку не взял!

— Он не для меня. Для тех, кто собирает припасы.

Ю'унг выдохнула. Спорить было бесполезно. Пройдет еще много времени, прежде чем племя оправится от обвала, в котором погиб их последний Альфа Дхар и столько мужчин, а теперь еще и Б'о ранен. Им повезло, что у них есть Лаак, старый духом, несмотря на свою юность.

— Скажи тем-кто-собирает, что я видела свежие ростки и новые плоды за первой долиной.

Криина убежала трусцой, Лаак — с ней, а Ю'унг пошла проверить Б'о. Эсе сидела рядом с ним на корточках, протирая его лицо и грудь влажным куском меха.

Судя по словам Криины, Ю'унг не ожидала, что ему стало лучше, и не ошиблась.

Бодрым голосом она спросила:

— Как ты себя чувствуешь, Б'о?

— Лучше, чем раньше, — его слова были невнятными, лицо пылало.

Эсе покачала головой, ее лицо было бледным от усталости. Она отодвинулась, чтобы Ю'унг могла снять пропитанные кровью мшистые припарки с плеча Б'о. В воздух ударил такой смрад, что Ю'унг отпрянула, хоть и была к нему готова. Эсе скрыла свой ужас за чихом, потом еще одним, и в конце потерла нос.

Она сильнее, чем я думала.

Б'о держал глаза закрытыми и не видел их реакции.

Ю'унг прошептала Эсе:

— Запомни эту вонь. Иногда она бывает даже без открытой раны.

Раны были опухшими и воспаленными, в одной виднелся гной, но красных пальцев не было ни на одной. Это означало, что у них еще есть время. Если красные пальцы начнутся и их не остановить, он может лишиться руки.

Эсе провела тыльной стороной ладони по глазам.

— Пока Криина не принесет новые растения, я должна использовать вот это, — и она указала на стебель, распластанный на огне.

Она вся сжалась, пока говорила, но ее взгляд цеплялся за Ю'унг в отчаянной надежде.

Ю'унг заставила себя улыбнуться.

— Это не дает яду распространяться. Я видела, как это действует много раз, Эсе. Не отчаивайся. — Она опустилась на колени. — Делай то, что я делаю, так часто, как нужно, пока Криина не скажет иначе.

— А когда нужно?

— Когда рана будет выглядеть хуже.

Ю'унг положила смолу в огонь, чтобы она размякла, а затем промыла обе раны дочиста от крови и гноя. На одну она бросила горсть белых слизней, другую смазала вялым стеблем с огня и липкой смолой. Затем она обмотала обе раны шкурами.

— Как только покалывание прекратится, Б'о, скажи Эсе.

— Мне нужно заточить орудия и… — но он отключился, не закончив список дел.

— Он быстро поправится, если Криина найдет растение. Когда он очнется, внуши ему это.

Ю'унг ушла, довольная, что к Эсе вернулся здоровый цвет лица. Теперь ей нужно было найти еду для племени. Поскольку Б'о был не в форме, а чужаки по какой-то причине шпионили за лагерем, немногие охотники Народа не хотели уходить далеко от стоянки. У Ю'унг была идея, где найти еду без угрозы когтей или челюстей. Это было далеко, но не настолько, чтобы она не смогла обернуться за один день.

Она проверила свою наплечную суму: дорожная еда, веревки, целебные снадобья и воды больше обычного на случай, если придется прятаться от чужаков. Затем она направилась в противоположную от Криины сторону. Она обогнула россыпь огромных валунов, прошла через знакомую долину, а затем пересекла обширное, сухое поле, которое племя избегало из-за отсутствия тени и воды.

Голубое небо было безоблачным и жарким. На лице выступил пот, пока она растирала по открытой коже толченую красную охру, чтобы не обгореть. Обычно земля была усеяна пометом слонов, мамонтов и оленей — животных, что кормили Народ, давали кости для орудий и шкуры для одежды, — но сегодня она видела его мало, что говорило о начавшейся миграции в более прохладные края. Народ был к этому готов. Они будут есть фрукты, ягоды, корни, стебли и мелких тварей, что рыли свои норы под землей, спасаясь от жары Солнца. Когда эти ресурсы начнут иссякать, Народ двинется дальше, давая растениям достаточно времени восстановиться до возвращения племен.

В воздухе стоял смрад гниющей туши. Она, может, и остановилась бы поживиться, но хор карканья подсказал ей, что стервятники ее опередили. Огромные хищные птицы с раскинутыми крыльями и крючковатыми клювами спускались, выпустив когти, чтобы вцепиться в сочную падаль, скрытую в кивающей траве. Другие падальщики, привлеченные запахом, ждали своей очереди, но свежее мясо живого Прямоходящего непременно привлекло бы их внимание, поэтому Ю'унг сжала копье и обошла это столпотворение.

Рычание заставило ее вздрогнуть.

Надо было взять оба копья. Но угроза сменилась болезненным, испуганным визгом, а затем послышался топот удаляющихся лап.

Кто отогнал моего преследователя? Но она поспешила дальше, не тратя времени на раздумья.

Она остановилась на пригорке с поваленным деревом на вершине — в точке, равноудаленной от стоянки и ее цели. Присев в траве и оглядев окрестности, она порылась на дне своей наплечной сумы, где хранила воду, чтобы та оставалась прохладной, предвкушая освежающий глоток, который наполнит ее пересохший рот, но одно движение подсказало ей, что бурдюк пуст. Она пошарила в нем, надеясь на чудо, но все было так плохо, как и казалось.

Что-то проделало дыру в дне. Она сунула его обратно в походную суму.

Она запомнила свое местоположение, расположение холмов, несколько выносливых деревьев и заросли кустарника странной формы.

Я близко.

Собрав волосы в пучок, она сунула в рот камешек и ускорила шаг, надеясь добраться до новой цели, прежде чем иссякнут силы. Солнце неторопливо двигалось по небу. Ю'унг слизала кровь, сочившуюся из ее потрескавшихся сухих губ.

Тяжелое дыхание. Она зачерпнула песчаную землю и слизала с кожи соленые дорожки пота, уверенная, что найдет воду прежде, чем соль усилит жажду.

Тяжелое дыхание.

В прошлый раз было так же далеко?

Конечно, было. Никто не переносил… деревья.

Вот! Она повернулась к плоскому пригорку. У его подножия — дерево, но не то, которое она искала, с гигантскими, узловатыми корнями толщиной с ее грудь.

Куда оно делось…

И тут она поняла.

Я пришла не с той стороны, потому что не думала, что мне нужно здесь останавливаться, поэтому и вижу не то дерево…

Не то дерево скрывало то, что нужно, с лианой, указывающей, где зарыто яйцо. Когда она подошла ближе, из-за первого показался другой ствол.

Это то самое дерево, но где лиана?

Старейший вымачивал ее в прогорклой жиже, чтобы отпугнуть птиц, но, возможно, это не сработало. Без лианы, указывающей, где копать, ей пришлось бы обыскивать круг вокруг ствола дерева. Это заняло бы больше времени, чем было у ее уже ослабевшего тела. По мозгу пронесся страх. Она не выживет без воды. Она шарила в сухих ветках, так отчаянно, что почти пропустила ее, заросшую листьями со времени ее последнего визита.

Она застонала от облегчения, рухнула на колени и принялась рубить сухую землю под лианой. Вскоре показался гладкий белый купол. Ю'унг замедлилась. Пробить толстую скорлупу будет трудно, но трещина ослабит ее. Еще немного осторожных раскопок, и она просунула пальцы под изогнутые бока и потянула, пока оно не выскочило.

Запах воды заставил ее пошатнуться. Она вынула пробку из яйца и наслаждалась прохладной жидкостью, омывавшей ее распухший язык и скользившей по пересохшему горлу. Утолив жажду, Ю'унг запечатала дыру в своем бурдюке смолой, наполнила его из яйца и снова зарыла. Разровняв землю, как и прежде, она снова сделала его невидимым для случайного глаза.

Затем она пригнулась. Она так сосредоточилась на яйце, что не огляделась. Под деревом были следы, длинные и узкие, с промежутком между верхней и нижней частью.

Высокие, и они свежие.

Присев, она подняла голову ровно настолько, чтобы проследить тропу следов до сланцевой осыпи у подножия холма, где даже ее предельное зрение их потеряло.

Почему они не пытаются скрыться?

Большинство Прямоходящих избегали Народа, но по какой-то причине Высоким было все равно, обнаружат их или нет.

Несмотря на угрозу, Ю'унг должна была закончить то, за чем пришла. Она приподнялась и, пригнувшись, поспешила вперед. Не успело Солнце сдвинуться и на палец, как она достигла своей цели, огляделась и принялась рубить сухую землю. Она дала этому корню расти до тех пор, пока стада не станут малочисленны и племени не понадобится еда. Б'о был ранен, другие охотники племени неопытны, а в общей куче не было мяса — этот день настал. Этого хватит, чтобы прокормить группу больше дня, достаточно долго, чтобы найти еще мяса.

Яма была глубиной с палец, потом с ладонь. Веревка, стягивавшая ее волосы, развязалась, и ослепительно-рыжие пряди упали ей на плечи. Она засунула их под шкуру и продолжила рубить, разрываясь между раскапыванием корня и высматриванием угрозы, которую она чувствовала, а в голове у нее горели вопросы.

Если это то племя, что забрало наше мясо, откуда они могли знать, что я здесь?

Что-то на краю сознания беспокоило ее, но она не могла ухватить эту мысль.

Первый кусок корня показался одновременно с тем, как волосы на ее затылке встали дыбом. Она копала быстрее, высматривая угрозу. Это было несложно. Высокие стояли, их силуэты вырисовывались на горизонте. Самый высокий, должно быть, Альфа, наблюдал за ней. Все в нем говорило о том, что он многое видел и еще больше пережил.

Это те же самые, что и вчера.

Делая вид, что не замечает их присутствия, Ю'унг понемногу отодвигалась, пока не скрылась за россыпью валунов, и стала ждать, гадая, подойдут ли они. Они не подошли, и она выглянула, оглядев местность. Их не было.

Почему?

Она поспешила обратно к почти откопанному корню. Одним глазом следя за горизонтом, другим — за раздувшимся клубнем, она закончила раскопки и разрубила его на переносные куски.

Когда она собралась уходить, сердце ее заколотилось в груди.

Как я могла совершить такую ошибку…

В горле пересохло, во рту стало сухо. Она легко нашла их следы и поспешила за ними, не чтобы посмотреть, куда они пошли, а чтобы подтвердить свой страх. Несмотря на тяжелую ношу, она быстро их догнала.

Я должна их остановить, но я одна против многих.

Ее осенило.

Она скопировала их походку, размахивала руками, как они, ставила ноги так близко, что они почти касались друг друга при ходьбе, выпячивала грудь вперед, а не голову, и разворачивала плечи при каждом шаге, сжимая копье по-своему, по-Высокому. Чтобы завершить образ, она опустила уголки рта, делая вид, что разделяет холодный гнев, никогда не сходивший с их лиц.

Сначала было неловко, но потом стало легче, пока она не уверилась, что они примут ее за свою. Сделав это, она обошла группу, игнорируя их, словно не замечая. Они взглянули на нее, должно быть, поняли, что она задумала, и продолжили свой путь вперед, не меняя темпа. Она поддерживала иллюзию, пока не скрылась из виду, а затем бросилась бежать.

Они почувствуют, что я бегу, и не удивятся, не встретив меня впереди на своем пути.

Ее целью была хорошо замаскированная короткая тропа недалеко от основной. О ней знали только местные жители…

Но они здесь уже давно.

Обойти ли ей короткий путь, увести их от Народа? Или пойти им и предупредить свое племя?

В лагере Народа ее встретил аромат свежих ягод и чей-то болезни, но Высоких не было. Она разнесла весть, что племя должно быть готово к незваным гостям — Высоким, которые могут как желать Народу зла, так и не желать. Криина вернулась вместе с Лааком, а значит, копий стало больше.

Сделав это, она добавила куски корня в дневную трапезу и присоединилась к Эсе, ухаживавшей за Б'о.

— Как он?

Эсе улыбнулась.

— Трава Криины помогла. — При виде осунувшегося лица Ю'унг улыбка Эсе померкла. — Что не так?

Ю'унг понизила голос.

— Мне нужен Старейший.

Эсе указала на место, где оббивали камни. Там сидел Старейший, положив руки на бедра и глядя за пределы лагеря, словно зная, что там таится опасность.

— Его не было, и вот только что он снова появился. Странно.

Ю'унг усмехнулась, чтобы скрыть свою тревогу.

— Наверное, ничего страшного, Эсе. Я вернусь позже, — и она рысцой направилась к Старейшему, рядом с которым теперь была Криина.

Он глубоко втянул носом воздух и, не глядя на нее, спросил:

— Что тебя тревожит, дитя?

— Чужаки на нашей территории.

Старейший взглянул на Криину и отвернулся.

— Ты однажды спросила Криину, почему Дхар не проявлял к тебе интереса.

— Мне это больше не важно, Старейший. Это было давно.

Криина взяла слово.

— Но это объясняет то, что происходит сегодня.

Как это возможно?

— Может, нам сперва поговорить с чужаками?

Старейший смотрел за пределы лагеря.

— Разве ты не чувствовала, как их гулкие шаги прошли мимо? Они ушли. Пока что. У Криины есть время.

Ю'унг откинулась на пятки, сложила руки на коленях и ждала, пока Криина теребила свою рубаху.

Ее взгляд остекленел, и она начала:

— Это долгая история, которую тебе уже пора услышать, и ты должна. Мир меняется. Чтобы исполнить роль, которая, кажется, тебе предначертана, ты должна понять ту часть, которую уже сыграла.