Джунгли Амазонки.
Джунгли Амазонки всегда славились своей непроходимостью и невероятной опасностью. По сей день они не до конца изучены, но сейчас через древний лес, наполненный всевозможными хищниками и опасностями, пробивалась небольшая группа людей.
Они были одеты в отличную дышащую камуфляжную одежду, которая защищала тело от порезов, укусов насекомых, змей и даже неудачного взмаха мачете. А если приглядеться, можно было заметить едва видимое сияние магических кругов на одежде.
С каждым пройденным километром люди убеждались, что идут в правильном направлении, ведь джунгли же были полны жизни. Флора и фауна здесь была особенно сильна. И порой в прямом смысле сильная… Но у людей были ружья и кое-какие магические хитрости.
И вот…
— Да факин ты шит! — выругался блондин с мачете, пробиваясь через пышный кустарник. У парня уже руки отваливались махать острым предметом. Но он всё же отрубил несколько ветвей и прорвался через мощный куст, попадая на цветущую поляну средь древних деревьев.
— Ассистент! — крикнул парень.
Сияющий герой, Джеймс Сияющий, ассистент слушает вас.
— Какой… уровень… маны? — задыхаясь от усталости, выкрикнул тот.
Концентрация маны: 0.049а
— Ха! Ха-ха-ха-ха! Как я и думал! Я ведь говорил вам! — Джеймс обернулся и посмотрел на шестерых измученных человек. Три девушки с шикарными телами и трое парней от двадцати до тридцати лет.
— Почти вдвое выше, чем в обычном лесу и вчетверо больше, чем в городе, — подметил пухлый японец.
— Да, Акира, и здесь мы можем стать сильнее! Я… нет, всё человечество теперь рассчитывает на тебя!
Ферма Ивана.
Мастерская.
Три дня спустя.
— Я — шоколадный заяц, я — ласковый мерзавец… — напевал я песенку, услышанную в далёком детстве.
Да! Мне ещё немного памяти вернулось. Но не уверен, оно тянет на шестой уровень или нет?.. Ну, пусть будет шестой, что уж. Просто пока не понял, что я вспомнил. Но что-то да вспомнил…
— Отлично! — я довольно улыбнулся вспыхнувшим рунам, которые украшали кожаную куртку.
Я наконец-то сделал это. Теперь у нас четверых есть чёрные кожаные куртки без карманов, но с капюшонами. Они выдержат удар ножом и выстрел из пистолета. Разве что я не стал делать меховую подкладку, всё же лето на дворе. Мех можно и зимой пришить.
Осталось штаны сделать… Но, видимо, не судьба.
— Вань, приехали, — ко мне зашла Любава, и я отложил готовое изделие. Поспешив на улицу, увидел автобус, который сейчас загоняли в гараж. Ну и тридцать человек, вышедших из транспорта. В основном молодёжь, включая уже знакомую мне девушку… Ирина, вроде.
Темноволосая девушка была одета в джинсы и футболку и рядом с ней, с интересом оглядывались, подтянутая блондинка с короткими волосами, а также пышногрудая девушка в микрошортах и откровенном топе. Глаза горят. Щёки румяны. В руках телефоны.
Там же стояла и моя мать, которая объясняет людям, что делать, куда что ставить и как вообще работать на ферме. А также суетятся несколько тёток.
— Всем привет, — подошёл я к людям.
— Привет, Вань, — улыбнулась мне мать. — В деревню немало молодёжи на лето приехало.
— И это хорошо. Платим мы выше, чем предлагают другие фермы, а ещё клубнику можно есть, но не объедайтесь, ведь будет сытный обед. Оплата в конце дня, считается по сданным килограммам. Если будут вопросы, обращайтесь ко мне или к матери. Если нужно зарядить телефоны, я протяну удлинитель. И очень прошу, не ходить по ферме, не дай бог, вы мне затопчите растения, которые я выращиваю. Но также за вами будут приглядывать мои малыши. Не бойтесь их.
Я свистнул и примчались Лай и Вай, а народ заохал.
— Они добрые и не кусаются, — погладил я «медведей». — Но вот лапой могут дать, если полезете куда не нужно. Вопросы?
— А туалет здесь есть или в кустики? — хихикала большегрудая девушка рядом с Ириной.
— Туалет в доме, мать покажет. И прошу не снимать ферму. По крайней мере изнутри. А то сюда уже пытались проникнуть «воришки». Нечего им показывать, где тут что.
— Воры? — ахнула мать.
— Да. Лезут тут всякие. Думают, идиоты, что у меня в саду под открытым небом растут ценнейшие растения, способные вылечить рак.
— Лечить рак? — ещё больше опешила она.
— Неважно. В общем, дураков хватает.
Затем мы отвели людей в поля.
— Клубнику собирайте лишь ту, которая легко отсоединится от веточки, — я показал и без усилий снял спелую ягоду. Да, магия всё это. — Эта клубника самая спелая и вкусная. Ну и аромат, — я откусил, и прям очень вкусно.
— Можете приступать.
Люди тут же налетели, но первые минут пять клубника в основном поступала в животы, а не в корзинки… И стоит уточнить, что кусты клубники уже были приличного размера, а ягод — тьма. Но многие пока ещё зелёные.
Текущая концентрация маны: 5.0з
Маны здесь хватает, и это несмотря на то, что нет ограды и немало маны уходит в лес. Да и просто сдувается ветром.
— Какой вид, да? — ухмылялась Любава, смотря на согнувшихся девушек. Две трети работников — это работницы.
— Вот поэтому ты меня истязала все эти ночи? — приподнял я бровь. — Чтобы у меня была нулевая реакция на «это»?
— Совершенно точно нет, — хитро улыбалась рыжая лиса.
— Сделаю вид, что поверю, — покачав головой, направился на ферму. Точнее, обратно в мастерскую. Там меня дожидался «он». Недособранный улей…
Пришлось доделывать, и не успел опомниться, как пролетел час. Я вышел с досками и наткнулся на трёх девушек, выходящих из туалета.
— Вам помочь, господин-фермер? — спросила та блондинка и захихикала.
— Нет, спасибо, оно тяжёлое, — возразил я и пошёл с девушками. А тут уже коробки стояли с клубникой. Нужно бы позвонить… А нет, вон уже едет.
Отложив детали улья, встретил приближающийся фургон, из которого вышли двое мужчин. Быков Лев Иванович и, судя по всему, его сын лет восемнадцати. Парень поспешил к картонным ящикам с клубникой, а мужчина ко мне.
— Вижу, дело хорошо идёт.
— Похоже, да, — кивнул ему и пожал руку. — Урожай хороший и ягода вкусная.
— Да, аромат божественный. У меня уже готовы точки, люди и машины. Сперва в Новосибирск повезём. Приезжать буду за товаром каждые пару часов. Но могу привлечь вторую машину, так что проблем не будет.
Он быстро объяснил, как будет действовать, и возразить мне было нечего. Думаю, он знает, что делает.
Так что, не теряя время, Быков уехал, забрав клубнику. Ну и расписался в бланке о приёме товара. Столько-то ящиков по столько-то килограмм. Но этим уже мама занималась.
Я же вскоре собрал улей. Потом второй. Здесь уже стояли два новых улья. Все они выглядели одинаково, разве что внутри одних есть пчёлы и мёд, а в других — нет. Хотя и медвежьего мха в новых ульях также не было.
Но я взял немного и начал его распространять по новым ульям. Этот мох создаёт ману, его могут есть пчёлы и лечиться от всяких болезней.
Всё, вечером пчёлы будут переселяться. Они уже давно готовились к переселению. Слишком уж много их наплодилось.
Закончив с этим, нашёл Ли. Китаец занимался обработкой раствором скамеек, которые я ранее сделал.
Не стал ему мешать и пришёл в мастерскую. Там лежали новые брёвна, которые я тут же принялся пилить. Но тут как обычно. Ассистент размягчал отмеренные мною участки бревна, и я едва ли не вытаскивал из него ровные доски.
Потом их плотно соединил друг с другом, как детали лего, и шустро собрал довольно большой стол. Без ножек, правда.
Вытащил стол наружу и потом прицепил ножки. Ну а гастарбайтер потом всё обработает смесью из смолы. Любава же подсушит… А где она, кстати.
Обошёл всю ферму и не нашёл… А она в полях со своими девчатами. Тоже собирает клубнику и болтает. Ну всё, это надолго…
В общем, продолжил я делать столы. Мне ещё тридцать человек кормить… Но только я закончил с очередным столом и собрал его снаружи, как приехал отец.
— Вижу, всё хорошо идёт, — кивнул он на ящики, полные клубники.
— Есть такое. Осталось продать всё это.
— Я чего приехал. Ко мне Звёздова пришла, очень-преочень сильно просит лекарство, которое ты давал мне.
— Так быстро слухи разлетелись? — искренне удивился я.
— Эффект оказался, можно сказать, мгновенным. Галя, ну, продавщица моя, страдала от тромбоза, из-за чего ей ходить было больно. А через час она уже помогала принимать товар в магазине и едва ли не прыгала и сияла от счастья.
— Понятно, — покривился я от осознания, что набегут «просители». — Один бутылёк дам, и если прям сильно-пресильно нужно, дам второй. Всё же оно делалось для богатеев и стоит как золото.
— Спасибо. Сейчас на меня давят «всякие», кто наживался на воровстве вместе с Петрухиным. Кляузы регулярно пишут и воду мутят. Устал уже отбиваться.
— Понял. Следующая партия лекарства, из которой я немного поделюсь с тобой, будет, вероятно, где-то в середине лета.
— Хорошо. Спасибо.
Вскоре я дал отцу глиняную бутылочку на пятьдесят миллилитров.
— Неплохо. Сразу видно, что дорого-богато.
— Поэтому сразу говори, что лекарство для богатеев. Стоит о-го-го, и ты по большому блату раздобыл.
— Понял.
Он взял лекарство и вскоре уехал. А я занялся, чем занимался. Мебелью… Нужно много мебели. Зато пока работал, наблюдал, как таскается клубника. Есть несколько мужичков, которые таскают ящики и работают по фиксированной ставке. Они обходят поля и, если ящик полный, забирают, отдавая взамен пустой.
Вскоре вернулся Быков и начал забирать товар.
— Пока что разбирают неплохо. У нас точки ходовые, и там много фермерского продаётся, — объяснял он. — Глядишь, обойдёмся и без супермаркетов. Но надо подождать вечера. Там самая торговля начнётся, и тогда будет ясно.
Быков не стал задерживаться и сразу повёз ягоду в Малосибирск. А там и Любава объявилась. Она принялась за готовку. Всё же накормить тридцать человек — дело непростое. Так что начала заранее. И ещё…
— А где Валькирия? — спросил у Ли, сидевшего на свежем стуле.
— Так в поле. Деньги зарабатывает. Не знаю, на прокладки там да трусики?
— Ясно.
Продолжив работать, не заметил, как пролетела куча времени, и всех согнали обедать. Я расставил столы перед домом, стулья также расставили, и Любава понесла кастрюли. Ей помогали мать и Ли.
Из еды у нас рис с маслом, кабаньи отбивные, немного рыбы, варёный картофель с зеленью и салат. Ну и в качестве напитка — гномье пиво. Альтернативой был морс, но все выбрали пиво…
— Девочки и мальчики, вот, завидуйте, — одна из подруг Ирины фотографировала еду и снимала видео застолья. Я разрешил. И не знаю, что тут такого интересного, еда же простая. Но зато вкусная.
Отбивная прям отличная. Да и рыба хороша. Ну а грибной напиток прохладный.
— Ох, хорошо! — заявила одна тётка. Бойкая довольно-таки, и не удивлюсь, если она больше всех собрала ягоды.
Опустошив деревянную кружку, которую я недавно вырезал, налила из бочонка ещё пива. Оно довольно быстро уходило… Благо, что слабоалкогольное.
— Рыбка вкуснейшая! — заявила та коротковолосая блондинка.
— Вот-вот, — кивала ей та большегрудая.
А вот Валькирия ела, не торопясь, и всех игнорировала. Хотя на неё много кто пялился. Мне же пришлось отвлечься и поспешить к строителям дороги. Проблема была. Там нужно было один участок вырыть и ставить дренажную трубу, дабы избежать будущего потопа.
В общем, пришлось доплатить… И я доплатил. А когда вернулся, сытые люди уже работали в поле. Мать и Ли мыли посуду, а я… Да вроде уже всё сделал.
Мебель и посуда сделаны. Броня сделана… Точно, стрелы!
Вернулся в мастерскую, чтобы доделать стрелы, но сегодня я популярный… Приехал Святослав.
— Йоу, — поднял тот лапу, а потом пожал мою руку. — Вижу, у тебя неплохой урожай, и количество красивых жопок прямо зашкаливает.
— Что есть, то есть.
— Первая партия лекарств разлетелась со скоростью света. Один сказал другому и так далее. Теперь люди из Новосиба просят, — сказал он и поднял указательный палец. — Важнючие люди.
— К счастью, ещё есть.
— Побольше давай.
Кивнул ему и принёс коробку с двадцатью баночками. Первые десять разлетелись на ура.
— Ну и вот, за первую партию, — он протянул пакет, в котором лежала стопка денег, обвязанная резинкой. — Цена за штуку двести пятьдесят. С вычетом моей доли двести тысяч.
Я похлопал глазами… Два миллиона, что ли?.. Офигеть.
— Не знал, что у нас в городе столько богатеев.
— Богатеев у нас так-то немало, но нужно быть в их тусовке, чтобы знать о них. И ещё… А это вообще нормально, что там одному мужчине помогло буквально за двадцать минут? Можно сказать, половину жизни от тромба пытался избавиться, а тот взял и почти мгновенно рассосался.
— Ну вот так, — развёл я руками. — Лекарство эффективно очищает сосуды от всего и вся. Включая яд.
— Яд?.. Мне нужно срочно уехать! — Святослав сел в машину и улетел на большой скорости… Неужели тут кого-то отравили? Честно говоря, уже ничему не удивлюсь.
Ну а я наконец-то смог заняться работой. Разве что меня иногда отвлекал Быков, рассказывая, как идёт дело. К его удивлению, в Малосибирске ягоду разобрали мгновенно. Так что новую партию вновь повёз туда.
Но я попросил его не отвлекать меня и самому всем заниматься. И ему проще, и я свою работу сделаю. И сделал… А вечером людям выдали деньги за работу и отвезли обратно в село. Ну и в восемь часов вновь приехал Быков, дабы подытожить.
Я его проводил на кухню, и мы «подытожили».
— Всего удалось продать более двух тысяч килограмм клубники по цене в семьсот пятьдесят рублей. Учитывая мою долю… — Быков протянул бухгалтерскую тетрадку, и, судя из цифр, выходило более миллиона…
— Первая ягода, потом цена начнёт падать и спрос снизится. Сейчас нет смысла отдавать в крупные магазины. Скупают пока хорошо. Однако нужно арендовать специальный склад для хранения товара. Мои склады почти полны. Это дорого. Очень.
— Моя ягода без утерь вкусовых качеств может неделю храниться вне холодильника, — удивил я его, но, учитывая сколько в ней маны, храниться она может куда дольше. — Это особый сорт. Очень требовательный к месту и, главное, к удобрению.
— Понял. Тогда это многое меняет. И раз так, то я смогу снизить свой процент, ибо расходов меньше.
Теперь уже Быков удивлял меня. На удивление, честный купец. В ином мире среди людей таких не было. По крайней мере я не встречал.
Мы обговорили детали, и он уехал. А я посмотрел на Любаву, которая сделала мне чай.
— Миллион на клубнике… Не ожидала, что такое возможно.
— Не забывай, что мы ещё людям за сбор платим. А потом и налоги заплатим. Но да, у нас, кроме этого, более нет расходов. Удобрение пока что не нужно, земля отличная и отдыхала много лет. Да и мана сильно помогает..
— Боюсь, теперь твою ферму ещё сильнее захотят недоброжелатели, — сказала Любава, и она совершенно права.
Но я также заполучаю себе влияние. Мои лекарства уникальны и нужны «важным людям». Это сейчас моё преимущество. Ладно, решаем проблемы по мере поступления. Сейчас важно не забывать становиться сильнее. И где там Валькирия?..
Новосибирск.
Государственная Новосибирская областная клиническая больница.
Несколько часов назад.
Это была огромная больница, состоящая из четырнадцати корпусов. И лишь врачей там насчитывалось больше шести сотен. И в одной из палат интенсивной терапии шла ругань.
Немолодой врач ругался с молодым парнем, с которым приехала девушка двадцати лет.
— Да послушайте вы. Оно реально поможет! — ругался Святослав.
— Что вы мне за чушь городите? Как оно поможет? Что это вообще за отвар? Вы разве не знаете, что эти вот отвары могут быть несовместимы с лекарствами⁈ А вдруг хуже сделаете? — ругался врач.
— Знаю, вот! — Святослав протянул инструкцию, и там было написано, с какими лекарствами нельзя пить волшебный отвар.
— Хорошо, допустим, но я не могу позволить вмешиваться в лечение.
— Доктор, пожалуйста, папа умирает ведь… — со слезами на глазах сказала девушка. Милая, высокая и вся зарёванная. Её отец сильно отравился непонятно чем, врачи пытаются помочь и чудом спасли его от смерти, но борьба за жизнь мужчины всё ещё идёт.
— Виктор Андреевич. Под нашу ответственность, — настоял Святослав.
— Пишите заявление, — вздохнул врач, и обрадовавшаяся девушка начала писать, после чего под присмотром врача Святослав напоил мужчину. — Если ему станет хуже…
— Не станет, — уверенно заявил Святослав. — Тот человек не обманывает. И лекарство уже успешно помогает людям.
— От отравлений? — поинтересовался врач.
— Ну… Пока от тромба в голове помог и от холестериновых бляшек…
— Боже! Вы серьёзно? Как лекарство от этого поможет при отравлении⁈
— Вот, — Святослав указал врачу на инструкцию, где написано «Принимать при:…».
У врача уже начал дёргаться глаз, как вдруг пациент издал тяжёлый вдох и протяжно выдохнул. Врач шустро подошёл к нему и зафиксировал, что состояние пациента и правда улучшилось!
Ферма.
Три дня спустя.
Я шёл вдоль канала шириною и глубиною в полтора метра. Хорошая канава! Длинная очень. Она окружает всю мою землю. Весьма немалую кстати, и когда я пущу сюда воду, клубника более не сбежит. Ну и всякие сволочи грызуны перестанут есть мою ягоду!
Они практически непрерывно лезут из леса и не только женщин пугают, но и ягоду обгладывают. Поставить защиту на всю эту территорию я пока не могу. А вот канава отлично справится. Ну… разве что многие грызуны умеют плавать… Кота что ли завести?
— В целом я доволен, — сказал я Фёдору, шедшему со мной.
— Теперь понимаю, почему ты воду хочешь пустить, — сказал тот, глядя, как мышь с клубникой в пасти поднимается по канаве.
— Осталось с птицами разобраться. Вообще наглые сволочи, — и я не приуменьшаю. Эти гады вообще оборзели! И плевать они хотели, что я — Великий Друид. Уже устал гонять их, и с каждым днём птицы всё наглее.
Я же их, сволочей, постреляю и на ужин съем, если не прекратят. Как раз дрозды уже фаршированы клубникой…
— Хах, ну тут пугало ставь и сеть вешай.
— Подумаю, — кивнул ему, и мы вернулись к дороге. Сейчас люди активно собирали клубнику. Цена на неё постепенно падала, как и продажи, но доходы пока приятно радуют.
— Ну ты смотри, мы можем тут забор поставить или забор-сеть. Невысокий, чтобы грызуны не пролезли. А ещё всякие электронные отпугиватели.
— Отпугиватели… — задумался я. — Спасибо, подумаю.
Но не об электронных, а о магических. Руны!
Вскоре мы вернулись в дом, я подписал документы, мол, работа сделана и нареканий нет. Затем попрощался с Фёдором и собрался было заняться отдыхом, как приехала машина. Чёрная, большая, и из неё вышел… Хах, аж сам владелец частной клиники «Надежда».
— Добрый день, Руслан Борисович. Чем обязан вашему визиту?
— Добрый, Иван Олегович… — мужчина пожал руку, и выглядел он неважно. — Я очень ждал, когда вы всё же позвоните, но времени ждать уже нет…
Проведя его в дом, налил чая.
— Спасибо, — мужчина отпил половины кружки и выдохнул. — Есть один очень важный человек, который уже на грани. И он очень не хочет умирать.
— И? Он, как я понял, желает лекарство?
— Да. Очень сильно. Любые деньги. Иван Олегович. Любые.
— Возраст?
— Восемьдесят лет.
— Есть куда более молодые люди, которые умирают прямо сейчас, — ответил я ему.
— Есть. Но речь идёт о деньгах.
— Выяснилось, что я не так уж и нуждаюсь в деньгах. У меня весьма прибыльный бизнес.
— Вы не понимаете, Иван Олегович. Этот человек — Теневой король.
— Мне это слово ничего не говорит.
— Он правит теневой экономикой Москвы. И поверьте, умирающий человек, зацепившийся за последнюю соломинку, будет держаться за неё до последнего.
— Это угроза?
— Да, Иван Олегович, это угроза. Если он умрёт, сперва умру я, а потом умрёте и вы. И чтобы вы понимали, насколько всё серьёзно… в этом районе могут начаться внеплановые военные учения. И на вашу ферму «случайно» упадёт бомба. Считаете это фантастикой? А вот и нет, в его власти даже такое. У него на крючке немало людей в самой верхушке.
— Звучит как «лучше не спасать его». Или что, если спасу, получу ещё больше обиженных людей, но уже на самой верхушке.
— И вы совершенно не правы, Иван Олегович. У него есть наследники, которые исполнят его последнюю волю. А если они не смогут этого сделать, то бывшие люди Теневого короля не примут их во главе Теневого мира.
— Я вас понял, Роман Борисович. Десять миллионов. Половина авансом. Налоги на вас.
— Неслабые у вас требования…
— За меньшее мне не позволяет совесть лечить преступника. Я на эти деньги потом вылечу с десяток тех, кто не может себе позволить лечение.
— Сделка с совестью?.. Хорошо, я вас понял. Но нужно поторопиться. Я не знаю, сколько он ещё проживёт. И последняя воля уже подписана и оформлена… Если он умрёт…
— Завтра. Летим завтра, Роман Борисович.
— Спасибо… — он облегчённо выдохнул. — Завтра заеду за вами.
Он ушёл, а я задумался. Если я вылечу этого старика, а потом… скажем, его ужалит ядовитое насекомое. Я ведь не буду виноват, да?.. Не люблю я «Теневых королей»… Особенно тех, кто угрожает мне или моим близким.