Ночь в Зеркальном Хабаровске густела, словно в воздух подмешали тушь.

Фонари в виде красных шаров горели мягко, но их свет не разгонял тени – лишь подчёркивал их глубину. Марина шла рядом с Максимом по крытым галереям, чувствуя, как доски под ногами слегка пружинят. Внизу, в тёмных переулках, таились шорохи, и каждый из них напоминал: враги по-прежнему рядом.

– К кому мы идём? – спросила она, стараясь держать голос ровным.

– К Чжоу Ляну, – ответил Максим. – Его здесь называют Посредником. Он торгует не вещами, а сведениями. Иногда – правдой, иногда – ложью, но плату берёт всегда настоящую.

– Он знает, где Лиза?

– Знает, – Максим не обернулся, – но за это попросит то, чего нам будет непросто достать.

Они свернули в широкий переулок, по обе стороны которого тянулись дома с резными ставнями, украшенными фигурками драконов, тигров и фениксов. Воздух был пропитан запахом соевого соуса, жареного кунжута и дыма благовоний. Вдалеке слышался ритмичный стук барабанов – отголоски вечернего ритуала у храмовой пагоды.

В конце переулка высилась трёхэтажная постройка, с крышей, увенчанной медными шарами и черепичными скатами, загнутыми к небу. У входа – два каменных льва, их пасти были открыты, а глаза сверкали влажным блеском, будто они живые.

– Здесь живёт Посредник? – Марина машинально понизила голос.

– Он не «живёт» здесь, – поправил Максим. – Он здесь правит своим маленьким двором.

Внутри царил полумрак, наполненный золотистыми всполохами от масляных ламп. На низких столах горели свечи в бронзовых подсвечниках, рядом стояли чаши с мандаринами, пиалами зелёного чая и крошечными фигурками из нефрита. На стенах висели свитки с тушевыми пейзажами: горы, затянутые туманом, узкие мостики, извилистые реки.

Чжоу Лян сидел на возвышении, застланном красным ковром. Он был худощав, в длинном чёрном халате с вышивкой в виде золотых карпов, а его длинные волосы были собраны в высокий узел и перехвачены нефритовой шпилькой. Лицо – без возраста, с тонкими, почти женскими чертами и внимательными глазами, в которых, казалось, отражалась каждая тень в комнате.

– Максим Ло, – произнёс он мягко, но с лёгкой насмешкой. – Ты редко приходишь ко мне, а если приходишь – всегда с чужими проблемами.

– Эта проблема стоит того, чтобы тебя потревожить, – ответил Максим и сделал жест в сторону Марины. – Её дочь. Она здесь, в городе. Ты знаешь, где.

Чжоу Лян склонил голову, рассматривая Марину, словно редкий товар на торге.

– Русская… и с кулоном, – он прищурился, и Марина поняла, что он видит камень, даже если она держит его под одеждой. – Хэй Лун благоволит тебе, раз позволил перейти реку. Но его благосклонность недолговечна.

– Ты знаешь, где она? – Марина сделала шаг вперёд.

– Знаю, – Чжоу Лян взял со стола фарфоровую пиалу, сделал глоток чая, и только после этого продолжил: – Но знание – товар. И за него платят не серебром.

– Что ты хочешь? – резко спросил Максим.

Посредник поставил пиалу и медленно поднялся.

– На дне реки, в месте, куда не осмеливаются нырять даже хранители, лежит Юй Лун Чжи Син – Камень Звезды Дракона. Когда-то он был частью кристалла, впитавшего дыхание Хэй Луна. Я знаю, что с твоими навыками, Максим Ло, и с её кулоном, вы сможете достать его.

– Это ловушка, – произнёс Максим. – Камень охраняют.

– Всё, что стоит ценности, охраняют, – спокойно ответил Чжоу Лян. – Принесите его – и я отведу вас к девушке. Не принесёте – ищите её в одиночку, но поверьте, Шао Гуй найдут её быстрее, чем вы.

Марина слушала, и сердце стучало так, что казалось, его слышат все в зале.

– Почему именно я? – спросила она.

Чжоу Лян посмотрел на неё долгим взглядом.

– Потому что кулон укажет путь. Но только тому, кто связан с тем, кого он уже выбрал. А он выбрал тебя и твою дочь.

В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь лёгким потрескиванием фитиля лампы. Максим медленно кивнул.

– Мы возьмёмся за это.

Посредник чуть склонил голову.

– Хорошо. Но помните: дно Хэй Лун Цзяна – не просто вода. Там живёт его память, и она не всегда дружелюбна к тем, кто её тревожит.

Они вышли от Чжоу Ляна в ночь. Улицы были почти пусты, лишь изредка мимо проходили фигуры в длинных плащах, а с мостов тянуло влажным холодом. Кулон в руке Марины стал тяжёлым, как камень, и казалось, что его поверхность чуть влажная – будто он уже чувствует близость реки.

– Он нас использует, – сказала она, глядя на Максима.

– Конечно, – тот даже не стал отрицать. – Но и мы используем его. Здесь так и выживают.

– Что за камень он хочет?

– Драконья Звезда. Легенда говорит, что, когда Хэй Лун разделил свой дух между водой и камнем, этот осколок впитал его ясное зрение. Тот, кто владеет камнем, видит не только настоящее, но и то, что ещё не случилось.

Марина замерла.

– Если он получит этот камень…

– Он сможет торговать не только информацией, но и будущим, – Максим посмотрел на неё. – Потому я думаю, что мы должны быть осторожны с тем, что отдаём. Возможно, нам стоит взять камень… но не отдавать его.

Марина почувствовала, как кулон снова пульсировал, теперь – в такт далёкому плеску воды. И она поняла, что этот путь к дочери только начинается, а река Чёрного Дракона уже вплела её в свои древние и опасные игры.