Марина замерла, будто внезапно оказалась в чужой пьесе, где ей отвели главную роль без репетиций. Мужчина в тёмном пальто стоял неподалёку, легко опершись на перила, и внимательно наблюдал за ней. Его фигура выделялась на фоне мутного апрельского неба, словно контур, вырезанный из другого времени.

– Марина Сергеевна? – произнёс он так, будто был уверен в её имени.

– Да… А вы? – она инстинктивно прижала к себе сумку, пряча за настороженностью лёгкий испуг.

– Максим Логинов. – Он чуть кивнул. – Мне жаль, что мы знакомимся при таких обстоятельствах.

Голос у него был низкий, бархатистый, но с той твердью, что остаётся в памяти. Слова словно вытекали из него ровной, спокойной струёй, и в этом тембре было что-то странно убедительное.

– Вы знаете, где моя дочь? – Марина хотела, чтобы вопрос прозвучал жёстко, но в голосе непрошено дрогнула нотка тревоги.

– Я знаю, куда она направлялась в последний раз, – ответил он, глядя мимо неё, будто видел там что-то своё. – И знаю, что вам лучше не ходить туда одной.

Он предложил пройтись. Они двинулись по набережной, мимо облупленных фонарей, чьи тусклые круги света падали на потрескавшийся асфальт. Ветер, налетая порывами, тянул с реки запах сырого льда и далёкой гари.

– Лиза исчезла два дня назад? – уточнил Максим, как будто проверяя собственную версию.

– Откуда вы это знаете? – Марина остановилась, вглядываясь в его лицо.

– Видели люди, которым я доверяю. Она ехала в сторону старого порта.

У Марины неприятно сжалось в груди. Старый порт был местом, куда нормальные хабаровчане не заглядывали без нужды: заброшенные причалы, ржавые баржи, затхлый запах мазута и речной тины.

Они дошли до обзорной площадки, где Амур раскрылся перед ними серо-зелёным полотном. Лёд ломался, и мутная вода уносила льдины к горизонту. Максим достал из внутреннего кармана небольшой конверт.

– Нашёл это неподалёку от вашего дома, – сказал он и протянул ей.

Марина развернула сложенный вчетверо листок. Почерк Лизы был неровным, будто писала на ходу:

«Не верь тем, кто говорит, что всё в порядке».

Холод пробежал по её спине.

– Она… предупреждала меня?

– Думаю, да, – Максим говорил негромко, но в его голосе сквозила твёрдая уверенность. – Если хотите понять, что произошло, придётся довериться мне хотя бы до утра.

Марина опустила взгляд на реку. Вода с тихим стуком ломала тонкий лёд, увлекая его подальше от берега. Ветер бил в лицо, и это помогало скрыть, что её пальцы задрожали.

– Хорошо, – произнесла она наконец. – Но предупреждаю: если вы втянете меня во что-то опасное…

– Тогда мы оба окажемся по одну сторону беды, – ответил он, и в уголках его губ мелькнула едва заметная, почти невесомая улыбка.