Роман написан, когда Горький был увлечён «богостроительством», задолго до Октябрьской революции. В 1907 году Ленин, споря с Горьким по многим вопросам, всё же назвал «Мать» «очень своевременной книгой». Ныне, как очень, видимо, несвоевременная, она изъята из школьной программы, а между тем простая история о матери и сыне, о «воскрешении их душ», о пробуждении к осмысленной жизни, об их стойкости и самоотверженном служении людям – действительно очень религиозная и имеет большое воспитательное значение. Забитые, неграмотные пролетарии вырываются из предназначенного им рабского, тёмного и пьяного тупика – что в этом плохого?

Из многих мировых экранизаций выделим три российские.

Первая, очень эмоциональная, р-революционная – Всеволода Пудовкина, с Верой Барановской и Николаем Баталовым в главных ролях – она кончается не так, как у Горького, а куда радикальнее, что естественно для 1926 года – мать на стачке подхватывает знамя из рук убитого Павла и идёт во главе демонстрации, но гибнет от казацкой сабли.

Вторая, самая известная версия, которую видели, наверное, все, кто старше сорока лет – Марка Донского – с Верой Марецкой в образе Ниловны, Алексеем Баталовым (Павлом) и Андреем Петровым (Находка), гораздо более лиричная. Сильная, волнующая, где главной была тема материнской любви, которую пронзительно и страстно вела великая русская актриса, и, конечно, огромную симпатию вызывал трогательный главный герой.

Третья версия была снята на излёте перестройки Глебом Панфиловым, где мать играла Инна Чурикова, а сына – Виктор Раков. Странно было смотреть на демонстрации рабочих в фильме, когда в то же время на улицах российских городов собирались толпы людей, которые требовали свергнуть ту власть, за которую самоотверженно боролись в фильме.

Стоит упомянуть народную мистерию в Театре на Таганке, поставленную Юрием Любимовым, Павла в ней играл Иван Бортник, а мать – Зинаида Славина. Оба – очень хорошо, и спектакль необыкновенный. Но это было тогда, когда в России ещё существовал могучий рабочий класс, правда, в ту пору многие дети рабочих рабочими быть уже не хотели. Потом много чего произошло, в том числе технологическая революция, и сейчас рабочий класс у нас большей частью привозной.

Вряд ли скоро театр или кинематограф вернутся к этому роману, хотя тема духовного воскресения, уверен, будет востребована.