Однажды весной палача Теодора спросили:

— О чем ты гадаешь на ромашке?

Палач поднял на любопытствующих сограждан свои большие, чистые глаза, в которых мелькнуло искреннее удивление, и ответил:

— Я не гадаю. Я выдираю у нее лепестки.