Утром я отправилась на местный рынок, одев платье, позаимствованное у Паулы. Наряды Луизы слишком сильно привлекали бы внимание.

Алехандро накануне тепеливо выслушал историю моего знакомства с местными ведьмами, и сам предложил снова посоветоваться с его матерью. Это я и собиралась сделать вечером.

А сейчас мне хотелось отвлечься и не думать о творящемся вокруг меня кошмаре, в котором живут одарённые. О Маркосе, который очевидно одержим мною и теперь просто так не отстанет.

Мне сложно было представить, как дракон жил, и как ему удалось выдрать из своего нутра жену, если между ними была такая связь. Но решила, что его проблемы меня не касаются. Своих хватает.

Мы с Алехандро ехали в экипаже, и я перебирала записи Гробового барона о его бизнесе. Больше всего меня интересовали розы и цены. Барон был помешан на этих цветах. Десятки видов значились в его блокноте. Некоторые стоили целое состояние, и их ему привозили из-за границы.

Что меня больше всего удивило – во всей Испании не было зимы. Никогда. Я конечно не ожидала лютых морозов, но всё-таки вечное лето – это как-то странно. И как это билось с законами природы я пока понять не могла. А когда спросила у Паулы, она просто поулыбалась и пожала плечами. Алехандро тоже пробурчал что-то невразумительное. Я сделала вывод, что произошло нечто такое, что повлияло на планету в целом. И даже догадывалась что. Магия и драконы.

Всё, что я смогла узнать об этом альтернативном мире – драконы пришли сюда больше восьмисот лет назад. А может они были с самых его истоков? Несмотря на это событие, мир развивался сродни нашему, и его история была довольна похожа на нашу, за некоторыми исключениями.

Например, то что я звала в своей голове Испанией, было Испанской империей, она включала в себя захваченные когда-то Португалию, Францию, Швейцарию и Италию. И правил всем Император-дракон. Когда-то эту часть континента сотрясали кровопролитные войны. Сейчас всё утихло.

Культуры смешивались, хотя и национальная идентичность именно испанского народа поощрялась, это я приметила в деталях. Но может так было только в Марбелье? Мне ещё многое предстояло узнать.

Всего двое суток в этом городе, а я уже выяснила больше, чем за месяц на чердаке у мясника. Да и познакомилась с разными людьми…

– Барон никогда не покупал саженцы на местных рынках, – неодобрительно сказал Алехандро, вырвав меня из задумчивости. – Он предпочитал выводить всё сам.

Я подняла голову, сжав пальцами блокнот дяди.

– Мы не гонимся за чем-то необычным, – мягко ответила я. – Подойдут самые простые розы. Они должны стоить недорого, нам это на руку. Мы сделаем из них кое-что новое. Получим на наши розы патент и будем продавать уникальный товар. Такой будет только у нас.

– Вы хотите вывести новый сорт, Ваша Светлость? – удивился помощник и тут же разочарованно нахмурился. – На это уйдут годы. Барон увлекался подобным, кропотливый труд и не сказать, что денежный. Скорее наоборот…

– Что-то вроде того, но мы сделаем всё куда быстрее, – улыбнулась я. – Синие и чёрные розы должны произвести фурор!

– Синие и чёрные? Невозможно! Таких не существует!

– На такую реакцию я и рассчитываю, – хмыкнула я. – Главное, чтобы у нас не отняли последний клок земли. Выращивать самим куда дешевле. А также таинственнее… Половина успеха в продажах – тщательно спланированная маркетинговая кампания.

– Чудные слова вы говорите, Ваша Светлость. Но если сможем удержаться на плаву, я буду только рад.

Я поняла, что Алехандро пока слабо представляет о чём я говорю, а может даже и не доверяет мне. Но я была уверена в успехе. Главное, чтобы люди не восприняли это как магию, мне внимания подобного рода не хотелось. Впрочем, получение патента поможет убить двух зайцев – никто не обвинит меня в колдовстве, и никто не украдёт мою идею.

В Марбелье слишком много не заработаешь, но для начала хватит. А дальше… передо мной было целое побережье. А потом и вся империя.

Кто знает, может благодаря розам меня однажды примут во дворце императора? Пока я не заглядывала так далеко, но всё могло бы случиться.

Если идти к своей цели, то можно достичь многого. Тем более с такой многообещающей идеей. И когда мы снова столкнёмся с Алиссией, лучше быть уважаемой бизнес-леди, крепко стоящей на ногах, чем зашуганной герцогиней, лишённой сил, сломленной. И без денег.

Я давно поняла – деньги открывают многие двери.

И я сделаю так, чтобы у нас с дочерью было будущее.

Экипаж остановился чуть поодаль от рынка, чтобы никто не глазел на нас. Герб барона мог вызвать вопросы.

Алехандро подал мне руку, помогая выбраться на старый узкий тротуар. В нос ударил запах нечистот. Где-то вдалеке заунывно запела флейта бродячего музыканта, ей в такт прокричал петух.

Типичный средневековый рынок.

– Цветочные ряды на другой стороне, можем обойти…

– Зайдём отсюда, хочу посмотреть, как здесь всё устроено, – сказала я, устремляясь ко широкому входу, возле которого толпились нищие, выпрашивая подаяние. Было даже интересно, как выглядит жизнь местных с такой – неприглядной, но очень человеческой стороны.

Если на нас и обращали внимание на рынке, то только чтобы отойти в сторону, когда Алехандро – огромный двухметровый мужик – смотрел на загораживающих нам путь исподлобья. А так люди были заняты своими делами – закупались и продавали. Овощи, фрукты, мясо, рыбу.

В воздухе витал упоительный аромат еды. Насыщенные и пряные запахи с розмарином и тимьяном будоражили воображение. Я безумно хотела что-то попробовать, но разум женщины двадцать первого века противился. Были догадки, что тут ужасная антисанитария и вполне можно отравиться.

Пройдя через весь рынок, я увидела стройные ряды торговок цветами. Они накрывали самодельные деревянные каркасы плотным брезентом, чтобы хоть как-то защитить товар от нещадно палящего солнца.

– Будьте осторожны, сеньора Армас, – попросил меня Алехандро. – Они могут обсчитать или обмануть вас в два счёта.

Я примерно представляла на что способны торговки, особенно если решат, что у нас водятся динары. Но благо, в розах я разбиралась.

Цветов на продажу было выставлено множество: луковицы лилий, саженцы мальвы и фиалок, ну и столь необходимые мне розы.

Я остановилась у одной из самодельных палаток.

Улыбчивая загорелая испанка тут же подскочила с коврика, на котором сидела:

– Что желает, сеньора? Смотрите, какие чудесные лилии. Они украсят ваш с мужем сад. А розы! Настоящее алое великолепие! Когда эти саженцы дадут цветы, вы просто обомлеете от восторга. А цены! Я сделаю скидку такой красавице!

– Добрый день, – улыбнулась я, склоняясь к интересующим меня саженцам. – Мне нужны белые, а не красные.

Благо, на рынке не было каких-то особых видов, которые любил заказывать дядя. Только самые простые розы, которые мне и были нужны.

Саженцы были завёрнуты в слегка влажные тряпицы. Я убрала одну тряпку, вызвав недовольный взгляд торговки, и заметила, что корни будто слегка размякли, и пятна уже начали ползти по начинающему коричневеть стеблю. Вот-вот начнёт гнить.

Я завернула саженец обратно, поймав ещё один раздражённый взгляд продавщицы. Она поняла меня без слов и надула губы.

– Гниль? – понял меня Алехандро, едва мы отошли.

– Да, – с сожалением ответила я. – Возможно найти нужный товар будет непросто.

– Поэтому барон не любил… – начал мой помощник.

– Да-да! Барон ненавидел рынки. Но выбора у нас нет, – отрезала я. – Сдохнуть в нищете, распродав дядино имущество, или попытаться выкарабкаться за счёт не самого премиального продукта.

Ворчание Алехандро было мне ответом. Он слишком привык во всём слушаться Гробового Барона и полагаться на его мнение.

Это он ещё не знал, что я планировала нагло ободрать часть баронского сада у дома. Большинство роз там были фильдеперсовые, но некоторые вполне могли сойти для покраски. Недовольство дяди я смогу унять звоном монет. Если конечно он придёт в себя.

Походив ещё полчаса по рынку, я почувствовала лёгкую усталость. Солнце нещадно жарило наши головы. Мы обошли почти все палатки, но ничего дельного так и не нашли.

Некоторые розы были пересушены солнцем, другие гнили из-за неправильного хранения. Часть были старые и было видно, что вряд ли они дадут пригодные для продажи цветы. Другие наоборот слишком молодые – толк от них будет очень нескоро.

Я приметила палатку в самом конце. Старую и совсем крохотную и поспешила туда уже без особой надежды. Мысленно я уже выкопала саженцы в саду дяди, срезала цветы и подсчитала, что нам едва хватит на первую пробную партию. А дальше придётся что-то думать…

В палатке сидела крошечная сухонькая женщина лет шестидесяти. Она подняла глаза при виде нас и встала с маленькой самодельной скамьи, чтобы встретить покупателей.

У неё не было того разнообразия, что у других. Никаких луковиц с лилиями. Только розы. И совсем немного. Несколько алых и несколько белых саженцев.

Я заметила, что многие хранили саженцы в тряпицах, но эта сеньора в старых газетах, которые она должно быть где-то собирала.

– Доброго дня, сеньора, – поздоровалась она.

Я тоже поздоровалась и первым делом склонилась к белым розам, аккуратно убрав газету.

– Я смачиваю бумагу, но не чаще двух раз в день. Она быстро сохнет, а корни впитывают нужное им количество воды.

– Они идеальные! – восхитилась я, касаясь пальцами корней.

Чуть выше уже виднелись маленькие побеги. Только сади в землю и жди, когда пойдут первые цветы!

– Только вчера выкопала из земли. Ращу сама в своём саду.

– У вас есть ещё? – нетерпеливо спросила я.

– Конечно. Я приношу понемногу, чтобы успеть всё распродать до того, как корни загниют, или растение усохнет.

– Чудеса! У вас они прямо свеженькие, то что мне нужно, – обрадовалась я. – Конечно, будем долго ждать пока зацветут, дело будет простаивать, но выхода нет.

– Сколько стоят? – спросил Алехандро позади меня, видимо, предчувствуя беду.

– Девять динаров за штуку.

Ого.

– Прилично, – хмыкнула я. – А сколько у вас всего саженцев в саду на продажу, включая эти?

– Тридцать наберётся… – задумчиво ответила женщина.

– Как насчёт того, что я куплю всё, но по семь динаров за штуку? За эти заплачу сейчас, остальное заберут у вас завтра прямо из дому. Если качество будет такое же хорошее, накину сверху ещё немного монет.

– А мне почём знать, что не обманете? – засомневалась женщина, подозрительно глядя на нас. – Вон у вас амбал какой в охранниках. Заплатите сейчас меньше и уйдёте. Или завтра заявитесь и заберёте всё у одинокой женщины и глазом не моргнёте.

Она сразу поняла, что Алехандро не мой муж, в отличие от остальных торговок.

Мне нужны были розы. Я уже мысленно посадила их в своём загородном саду.

– Заплати за всё, что здесь есть, и докинь пятьдесят динаров сверху, – велела я Алехандро, а затем обратилась к женщине – Это аванс. И обещание. Я вам доверяю. Мой помощник запишет адрес, и завтра мы заберём остальное. Остаток денег так же завтра.

Испанка подумала несколько мгновений, а затем кивнула:

– Удачная сделка, сеньора. Я соглашусь. Моей дочери очень нужны деньги, вы меня спасёте этим. Хочу сделать вам подарок.

Женщина нагнулась и вытащила из-за какого-то неприметного ящика старый стеклянный бутыль.

– Это талая живительная вода.

– Что, простите? – не поняла я.

Женщина понизила голос:

– Только тс-с. Я услышала, что вам нужно чтобы розы быстрее прижились и зацвели. Добавляйте в поливку понемногу и увидите, что будет.

Колдовство!

Я бросила короткий взгляд на Алехандро, он буравил женщину, всем своим видом выражая угрозу.

– Я чувствую, что в вас когда-то была сила, – пояснила женщина совсем тихонько. – И сочувствую вам. Вы лишились её…

Значит, эта испанка тоже одарённая. Сколько же их здесь? И она как-то почувствовала меня.

– Спасибо. Но… есть ли у вас ещё такая вода?

– Я могу достать, – прошептала она. – Через несколько дней. Но совсем немного.

Через полчаса мы уже ехали в экипаже. Я – окрылённая открывающимися перед нами возможностями, и Алехандро – переживающий, что мы потратим много денег, а взамен не получим ничего. К тому же ему не понравилось, что мы встретили ещё одну одарённую. Моего помощника не покидала тревога.

Мы прибыли в особняк ближе к обеду.

Я дала указание садовнику взять с собой пару слуг и ехать в загородный сад, наводить там порядок и готовить всё к посадке.

Время за делами пролетело незаметно. Но вдруг мне доложили, что прибыл экипаж герцога Наварра. Я вспомнила, что Маркос обещал прислать его за мной. Я не знала, куда мы поедем, но заранее опасалась. Попросила слугу узнать, куда велено меня доставить.

Оказалось, что на причал. Маркос хотел покатать новую возлюбленную на корабле по Средиземному морю.