Торбин закончил свое упражнение по тхэквондо, поклонившись глухой стене. Он был один в тренировочном зале, все еще прокаженный, несмотря на полуофициальное признание генерала Хардинга о том, что его снаряжение и записи миссий проверены; он не был виноват в перестрелках.
Не виноват, но, тем не менее, бессилен. «Фантом» оставался на земле до дальнейшего уведомления. Его следующий полет, несомненно, будет на кладбище.
Торбин скрестил руки по швам, пытаясь сохранить самообладание. Его место на заднем сиденье «Хорька», там, в Ираке. Они могли бы выводить из строя чертовы радары один за другим, какую бы дерьмовую тактику они ни использовали. Черт возьми, может быть, он смог бы как-нибудь управиться с оборудованием и определить их тактику.
Как угодно.
Что-то тяжелое прогрохотало с ближайшей взлетно-посадочной полосы.
Должно быть, это я, подумал он, решив еще раз повторить свою рутину.