Очевидно, что в лобных долях и речевых областях коры мы встречаемся с явлениями, значительно более тонкими и диффузными, чем те однозначные соответствия, которые мы до сих пор наблюдали между участками головного мозга и телесными функциями. Важными свойствами этих новых для нас областей, по-видимому, являются пластичность и избыточность.

Что же касается лобных долей, самое поразительное здесь то, что они, видимо, имеют прямое отношение к личности — к ее стремлениям, сдерживающим мотивам, вниманию к другим людям и приверженности к морально-этическим принципам. Изменения этих свойств личности после функциональной изоляции лобных долей мы можем поставить в связь с нейронной организацией ствола мозга, которая, как нам кажется, контролирует наши эмоциональные реакции. Если к этой связи между лобными долями и личностью мы добавим часто наблюдаемое влияние повреждений лобных долей на способность к сложным и абстрактным мыслительным процессам, то создается впечатление, что мы нашли удовлетворительное решение вопроса о функции значительного и, видимо, важного нейронного материала, составляющего эту часть мозга.

В отношении речи вывод о том, что у всех людей она контролируется одними и теми же областями коры, должен казаться нам довольно примечательным ввиду явно «искусственного» и благоприобретенного характера этой функции. Открытие центральной интегрирующей роли мозгового ствола в управлении речью приносит нам своеобразное удовлетворение в связи с развитым нами ранее представлением о коре как об органе, служащем в основном для детализации и уточнения функций, общий контроль над которыми осуществляют филогенетически более древние отделы головного мозга.