Памяти Ольги Окуджава и Галактиона Табидзе

Тетя Оля, ты – уже история:

нет тебя – ты только лишь была.

Вот твоя ромашка, та, которая

из твоей могилки проросла.

Вот поэт, тогда тебя любивший,

муж хмельной – небесное дитя,

сам былой, из той печали бывшей,

из того свинцового житья.

А на фото свадебном, на тусклом,

ты еще не знаешь ничего:

ни про пулю меж Орлом и Курском,

ни про слезы тайные его.

Вот и восседаешь рядом тихо

у нестрашных, у входных дверей,

словно маленькая олениха,

не слыхавшая про егерей.