Все чаще можно услышать, что уровень российской медицины повышается невиданными темпами и в научном, клиническом отношении мы стремительно догоняем мировую медицину. Каковы наши достижения, наши приоритеты?

В советскую эпоху медицина в научно-исследовательских институтах изучалась на очень высоком уровне. Но мы были почти полностью изолированы от остального мира. И сейчас большая проблема – показать западным партнерам, что наши фундаментальные знания не хуже. Ведь мы делали все то же, что и в других странах. Просто за железным занавесом. Нас не видели.

Сегодня очень популярна наукометрия – подсчеты, кого из авторов сколько цитируют. Так вот, наших ученых почти не цитируют. Может быть, в математике, генетике ситуация обстоит иначе, но не в медицине. И причина не в том, что мы ничего значительного не делаем. А в том, что мы редко публикуемся за рубежом.

Нам не очень доверяют, нас не знают. Не понимают, откуда мы вообще взялись. Но если мы начнем вспоминать имена…

Допустим, искусственное кровообращение: лет на 30 раньше, чем на Западе, Сергей Сергеевич Брюхоненко разработал автожектор – прообраз аппарата искусственного кровообращения.

Во многом опережал западных ученых Владимир Петрович Демихов. Сегодня все говорят в основном о его трансплант-программах. Но он ведь разработал и методику аортокоронарного шунтирования! Он первый ее предложил, первый опробовал в эксперименте на собаках.

Колесов Василий. За рубежом еще и не пытались делать аортокоронарное шунтирование, а он уже провел эту операцию в Ленинграде.

Добросовестные западные ученые об этом знают. Они находят и цитируют работы наших исследователей. Но именно находят: долгие годы российские специалисты неохотно делились своими достижениями с мировой общественностью. Впрочем, сегодня мы стали более открытыми и активно контактируем с авторитетными иностранными хирургами, учеными, пытаемся привлекать их к нашим разработкам и обмениваемся накопленным опытом.