В этой главе рассматриваются в основном тонкости расположения и перемещения армий, наиболее способствующие победе.
Сунь-цзы говорил так: «Лучшие воины прошлого умели занять такую позицию, которая не предполагала даже вероятности поражения. И ожидали удобного случая для того, чтобы прийти к победе».
В наших собственных руках содержится возможность не допустить поражения. Возможность победы враг сам предоставляет нам.
Исходя из этого, можно уверенно сказать, что даже хороший воин может не допустить поражения, но не всегда может быть уверен, что победит.
В числе популярных комментариев китайских писателей к «Искусству войны» утверждается, что тому, кто умело скрывает расположение своих сил, соблюдает меры предосторожности и заметает свои следы, практически невозможно нанести поражение.
Поэтому часто говорят, что ты можешь знать, как одержать победу, но при этом не можешь осуществить это на деле.
Невозможность потерпеть поражение связано с позицией обороны. Если ты способен нанести поражение противнику, это означает применение наступательной тактики.
Первую фразу этого отрывка обычно истолковывают так: если ты не способен наступать, ты занимаешь позицию обороны.
Оборонительная позиция означает, что сил у тебя недостаточно; нападение предпринимается тогда, когда сил достаточно или в избытке.
Военачальник, блестяще владеющий искусством обороны, использует самые секретные тайники, которые только может предоставить ему земля; тот, кто в совершенстве овладел искусством нападения, нападает с вершин. Именно так мы, с одной стороны, получаем возможность защитить себя, а с другой – обретаем победу.
Если ты можешь распознать победу только в том случае, когда она уже полностью в поле твоего зрения, ты не можешь именоваться мастером военного дела.
Имеется в виду, что хороший полководец должен уметь предвидеть события еще до того, как они начнут активно разворачиваться.
Не в том содержится мастерство полководца, чтобы сражаться и побеждать так, чтобы хвалила его вся империя. Важнее уметь планировать, скрывать, рушить вражеские планы и мешать исполнению намерений противника. В идеале можно выиграть, не пролив ни одной капли крови.
Если у животного осенью отрастает длинная шерсть, это не признак его силы. Если ты видишь солнце и луну, это еще не доказательство твоего острого зрения. Если ты слышишь гром, это еще не означает, что у тебя хороший слух.
Хорошим воином, как и во времена наших предков, можно назвать того, кто не просто побеждает, но побеждает с легкостью.
Здесь, скорее всего, подразумевается легкость не как быстрое преодоление сопротивления противника, а как возможно меньшие потери и умение видеть то, что скрыто под поверхностью очевидного.
Поэтому часто его победы не приносят ему славы – ни как мудрому военачальнику, ни как храбрецу.
Комментаторы поясняют этот парадокс так: поскольку обстоятельства победы в данном случае не становятся широко известными, практически никто не прославляет умение и мудрость полководца, тем более если враг покорился прежде, чем была пролита кровь.
Он не совершает ошибок, поэтому выигрывает сражения. Чем меньше полководец ошибается, тем вероятнее, что враг потерпит поражение. Такой стратег не планирует лишнего и ненужного.
Из этого следует, что хороший военачальник изначально занимает такую позицию, которая способствует победе и делает поражение невозможным.
Хороший стратег вступает только в тот бой, где уже одержана победа. Тот же, кто обречен на поражение, сначала начинает бой, а потом уже обдумывает пути к победе.
Кажется парадоксальным, но данный пункт вполне в духе философии того времени: необходимо сначала составить планы, которые приведут к победе, не полагаясь исключительно на силу, и признать лучшей победой ту, ради которой не пришлось проливать кровь.
Хороший военачальник соблюдает нравственный закон и жестко надзирает за дисциплиной. Следовательно, ему по силам добиться успеха.
Военный порядок состоит из измерения, понимания чисел, правильных расчетов, оценки возможностей и победы.
Измерения связаны с землей; понимание чисел – с измерениями; правильные расчеты – с пониманием чисел; оценка возможностей – с правильными расчетами; победа же зависит от оценки возможностей.
Смысл данного отрывка, с учетом сложности перевода иероглифического письма и пристрастия древних авторов к метафорам, можно представить примерно так: понятие «измерения», скорее всего, относится к разведывательной деятельности и оценке местности; «понимание чисел» соотносится с оценкой численности и возможностей противника. Правильные расчеты (на первый взгляд это понятие ничем не отличается от понимания чисел), вероятно, означают конкретное приложение полученной информации к возможной ситуации на поле боя.
Разница между победоносным войском, воодушевленным и дисциплинированным, и войском, потерпевшим поражение, примерно такая же, какая будет между положенными на весы просяным зернышком и гирей.
Напор, с которым действует войско, близкое к победе, можно сравнить с водопадом, падающим с высоты в тысячу бу[7].