Один из достойных говорил: «Я проходил мимо школьного учителя, когда он учил детей писать, и увидел, что облик его прекрасен и он хорошо одет. И я подошёл к нему, и он встал и посадил меня рядом с собою, и я стал испытывать его в чтении, грамматике, поэзии и языке, и вижу – он совершенен во всём, что от него желательно. И тогда я сказал ему: «Да укрепит Аллах твою решимость! Ты знаешь всё, что от тебя требуется!» И потом я вёл с ним дружбу некоторое время, и каждый день обнаруживал в нём что-нибудь хорошее.

И я сказал себе: «Поистине, удивительно ожидать это от учителя, который учит детей, а ведь разумные сошлись на том, что недостаёт ума у тех, кто учит детей». И я расстался с учителем и каждые несколько дней навещал его и заходил к нему. И однажды я пришёл к этому учителю по привычке посещать его и увидел, что школа закрыта. Я спросил его соседей. И они сказали мне: «У него кто-то умер». И тогда я подумал: «Нам следует его утешить». И я пошёл к его воротам и постучал, и ко мне вышла невольница и спросила: «Что ты хочешь?» – «Я хочу твоего господина», – отвечал я. И невольница сказала: «Мой господин сидит один и горюет». – «Скажи ему: «Твой друг, такой-то, просит пустить его, чтобы утешить тебя», – оказал я. И невольница пошла и рассказала об этом учителю, и тогда тот сказал ей: «Дай ему войти!» И она позволила мне войти, и я вошёл к нему и увидел, что он сидит один, с повязанной головой, и сказал: «Да увеличит Аллах твою награду! Это путь, неизбежный для всякого, и тебе следует быть стойким. Кто у тебя умер?» – спросил я его потом. И он сказал: «Самый дорогой для меня человек и самый любимый». – «Может быть, это твой отец?» – спросил я. «Нет», – отвечал учитель. «Твоя мать?» – спросил я. И учитель сказал: «Нет». – «Твой брат?» – спросил я. «Нет», – отвечал учитель. И я спросил: «Кто-нибудь из твоих близких?» – «Нет», – отвечал учитель. «Какая же у тебя с ним связь?» – спросил я. «Это моя возлюбленная», – отвечал учитель. И я подумал: «Вот первое доказательство его малоумия!»

А потом я сказал ему: «Найдётся другая, лучше её». И учитель ответил: «Я не видел её и не знаю, будет ли другая лучше её или нет». – «Вот и второе доказательство», – подумал я и спросил: «Как же ты влюблён в ту, кого не видел?» – «Знай, – отвечал учитель, – я сидел у окна, и вдруг по дороге прошёл человек, который пел такой стих:

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.