Зачем, о Делия! сердца младые ты

         Игрой любви и сладострастья

Исполнить силишься мучительной мечты

         Недосягаемого счастья?

Я видел вкруг тебя поклонников твоих,

         Полуиссохших в страсти жадной:

Достигнув их любви, любовным клятвам их

         Внимаешь ты с улыбкой хладной.

Обманывай слепцов и смейся их судьбе;

         Теперь душа твоя в покое;

Придется некогда изведать и тебе

         Очарованье роковое!

Не опасаяся насмешливых сетей,

         Быть может, избранный тобою

Уже не вверится огню любви твоей,

         Не тронется ее тоскою.

Когда ж пора придет и розы красоты,

         Вседневно свежестью беднея,

Погибнут, отвечай: к чему прибегнешь ты,

         К чему, бесчарная Цирцея?

Искусством округлишь ты высохшую грудь,

         Худые щеки нарумянишь,

Дитя крылатое захочешь как-нибудь

         Вновь приманить… но не приманишь!

Взамену снов младых тебе не обрести

         Покоя, поздних лет отрады;

Куда бы ни пошла, взроятся на пути

         Самолюбивые досады!

Немирного душой на мирном ложе сна

         Так убегает усыпленье,

И где для каждого доступна тишина,

         Страдальца ждет одно волненье.