Пока человек естества не пытал

       Горнилом, весами и мерой,

Но детски вещаньям природы внимал,

       Ловил ее зна́менья с верой;

Покуда природу любил он, она

       Любовью ему отвечала:

О нем дружелюбной заботы полна,

       Язык для него обретала.

Почуя беду над его головой,

       Вран каркал ему в опасенье,

И замысла, в пору смирясь пред судьбой,

       Воздерживал он дерзновенье.

На путь ему выбежав и́з лесу волк,

       Крутясь и подъемля щетину,

Победу пророчил, и смело свой полк

       Бросал он на вражью дружину.

Чета голубиная, вея над ним,

       Блаженство любви прорицала.

В пустыне безлюдной он не был одним:

       Нечуждая жизнь в ней дышала.

Но, чувство презрев, он доверил уму;

       Вдался в суету изысканий…

И сердце природы закрылось ему,

       И нет на земле прорицаний.