Там теперь над проталиной вешнею

Громко кричат грачи,

И лаской полны нездешнею

Робкой весны лучи…

Протянулись сквозистые нити…

Точно вестники тайных событий

С неба на землю сошли.

Какою мерою печаль измерить?

О дай мне, о дай мне верить

В правду моей земли!

Там под ризою льдяной, кроткою

Слышно дыханье рек.

Там теперь под берёзкой чёткою

Слабее талый снег…

Не туда ль, по тверди глубинной,

Не туда ль, вереницею длинной,

Летят, стеня, журавли?

Какою мерою порыв измерить?

О дай мне, о дай мне верить

В счастье моей земли!

И я слышу, как лёд разбивается,

Властно поёт поток,

На ожившей земле распускается

Солнечно-алый цветок…

Напророчили вещие птицы:

Отмерцали ночные зарницы, —

Солнце встаёт вдали…

Какою мерою любовь измерить?

О дай мне, о дай мне верить

В силу моей земли!

Вешнего вечера трепет тревожный —

С тонкого тополя веточка нежная.

Вихря порыв, горячо-осторожный —

Синей бездонности гладь безбережная.

В облачном небе просвет просиянный —

Свежих полей маргаритка росистая,

Меч мой небесный, мой луч острогранный —

Тайна прозрачная, ласково-чистая.

Ты – на распутьи костёр ярко-жадный —

И над долиною дымка невестная.

Ты – мой весёлый и беспощадный, —

Ты – моя близкая и неизвестная.

Ждал я и жду я зари моей ясной,

Неутомимо тебя полюбила я…

Встань же, мой месяц серебряно-красный,

Выйди, двурогая, – Милый мой – Милая…

Я помню аллею душистую

И ветви сирени кругом,

Росу на траве серебристую

И небо, объятое сном.

Я помню, как трелью рыдающей

Сирень оглашал соловей,

И как аромат опьяняющий

Волной доносился с полей.

Я помню скамью одинокую,

Забытые грёзы и сны,

И пруд, весь заросший осокою,

И силу живую весны…

У берега лодка качается,

И плещется тихо вода,

И звёзды, блестя, отражаются

На зыбком просторе пруда.

Стихает природа уснувшая,

Всё негой весенней полно…

Я помню то время минувшее,

Я помню, что было давно…