Свежей и светлой прохладой

Веет в лицо мне февраль.

Новых желаний – не надо,

Прошлого счастья – не жаль.

Нежно-жемчужные дали

Чуть орумянил закат.

Как в саркофаге, печали

В сладком бесстрастии спят.

Нет, не укор, не предвестье —

Эти святые часы!

Тихо пришли в равновесье

Зыбкого сердца весы.

Миг между светом и тенью!

День меж зимой и весной!

Весь подчиняюсь движенью

Песни, плывущей со мной.

Имя твое непорочно и свято

В кругу святых.

Примешь ли ты благодарность, Агата,

В стихах моих?

Строгой подвижницей, к высшему счастью

Стремилась ты,

Эти же строфы подсказаны страстью,

Вином мечты.

Нет! свет любви перед взором блаженных

Горит сквозь тень:

Верю, – простишь ты и нас, дерзновенных,

В свой светлый день!

Кучи свезённого снега.

Лужи, ручьи и земля…

Дышит весенняя нега

В этом конце февраля.

Образы ночи греховной

Гаснут и тают, как сон;

Сердцу привольно – и словно

Прошлому я возвращён.

Прежним беспечным мальчишкой

Я пробираюсь домой,

Ранец сжимаю под мышкой,

Шлёпаю в воду ногой.

Счастье-то! нынче суббота!

Завтра – раздолье игре,

Завтра война и охота

Будут у нас на дворе.

Мы заготовили копья,

Сделали ружей запас

(Грязные снежные хлопья

Пулями служат у нас).

План я устрою счастливо,

Смело врагов разобью —

И отпирую на диво

Новую славу свою…

Веря грядущей победе,

Мчусь я по лужам домой

И на беспечных соседей

Брызжу и брызжу водой.

В воздухе ж юная нега,

Всюду следы февраля,

Кучи свезённого снега,

Лужи, ручьи и земля.