И небо чуждо,

И на суше

Девятиглавый змей сжирает души,

А кости пробирают снег да стужа.

О, слышишь, как там лает злобный пёс,

Кусая руку доблестного мужа?

Его смирит лишь Властелин небес

С мечом златым и в золотой карете.

Мне нет возврата, хоть на лошадь влез,

Что горы, волны на Лиян[8], и ветер.

Играет кольцами дракон рогатый,

Слюной исходит алчный отпрыск ката.

Ел Бао Цзяо[9] только сухостой,

Веления не нарушая Неба,

Янь Хой[10] едва не в тридцать стал седой,

Но этим изнурён он вовсе не был.

Им Небо, оградив от злых зверей,

Удел определило поскорей.

А если князь не понял мысль мою,

Тогда уж Небо вопроси, молю!