Обмахну валун от пыли,

Цинь возьму неприхотливый.

О, как в гулкой тьме ручей журчит печально!

Мягко прикоснусь к струне,

Звуки тают в вышине,

Тишь, как будто это Изначальность.

Шорох пробегает по сосне,

Тень гиббона безутешного с обрыва

Воет по-осеннему тоскливо.

Всяк, кто слышит эту безнадёжность,

Оросит слезой одежду.

И вот так, за нотой нота, я

Слился с плачем тёмного ручья,

В пальцах чутких воплотилась страсть моя.

Или звуки эти родились в Истоках?

В соснах одиноко

Слышен плач ручья…