Когда́ На́стя зако́нчила разгово́р с Кристи́ной, У́рмас спроси́л:
– А вы не зна́ете, где и у кого́ Пирого́в учи́лся в Евро́пе?
– Он проходи́л пра́ктику в Берли́не, в больни́це «Шарите́», у до́ктора Ру́ста, – на́чал дед. – Профе́ссор Руст, по-мо́ему, был несерьёзным до́ктором.
– Почему́? – удиви́лся У́рмас.
– Он никогда́ не тро́гал больны́х рука́ми. Он всегда́ то́лько смотре́л на больно́го и говори́л, чем тот боле́ет, – сказа́л ста́рик.
– А е́сли ошиба́лся? – спроси́л У́рмас.
– Тогда́ больно́го увози́ли умира́ть в специа́льный ко́рпус больни́цы.
– Но Пирого́в всё-таки чему́-то научи́лся у Ру́ста? – за́дал вопро́с У́рмас.
– Научи́лся, – улыбну́лась На́стя. – Пирого́в по́нял: что́бы определи́ть боле́знь, врачу́ нужны́ зна́ния, а не то́лько интуи́ция.
– Она́ пра́вильно говори́т. А отку́да ты э́то зна́ешь? – улыбну́лся дед.
– Об э́том я писа́ла в шко́ле в свое́й рабо́те о Пирого́ве. А вот втора́я его́ пра́ктика была́ в центра́льной больни́це Гёттингена2, у профе́ссора Лангенбе́ка. Э́тот профе́ссор стал для Пирого́ва образцо́м хиру́рга. Как я по́мню, у него́ Пирого́в научи́лся трём ва́жным веща́м. Пе́рвое – не де́лать опера́цию, пока́ ты не испо́льзовал всю изве́стную терапи́ю. Второ́е – но́ги и те́ло должны́ бы́стро и то́чно помога́ть рука́м, кото́рые опери́руют. Тре́тье – де́лать опера́цию ну́жно чи́стыми рука́ми и то́лько по́сле повторе́ния всех де́йствий с помо́щниками. А ещё Пирого́в говори́л, что Лангенбе́к научи́л его́ держа́ть нож хиру́рга как смычо́к скри́пки.
Б. фон Лангенбек
– Ну ты даёшь! – удиви́лся У́рмас, а дед хи́тро посмотре́л на На́стю и спроси́л:
– Ты хо́чешь стать хиру́ргом?
– Да, – отве́тила она́ и улыбну́лась.
– Ты игра́ешь на скри́пке? – дед ещё раз посмотре́л на На́стю, но уже́ внима́тельно.
– Игра́ла… Да́же оди́н раз выступа́ла с орке́стром на конце́рте в на́шей консервато́рии. А пото́м переста́ла занима́ться скри́пкой, потому́ что реши́ла серьёзно гото́виться к поступле́нию в медици́нский институ́т.
– Я вам расскажу́ ещё одну́ исто́рию. В 27 лет Пирого́в пое́хал в Пари́ж к изве́стному францу́зскому хиру́ргу Альфре́ду Вельпо́. Вельпо́ спроси́л его́: «Кто вы?» Пирого́в отве́тил: «Я – ру́сский врач». – «А вы не зна́ете врача́ Пирого́ва?» – поинтересова́лся францу́з. «Э́то я». – «Прости́те, но мне не́чему вас учи́ть…» – отве́тил знамени́тый францу́з. На́стя, надо́ стреми́ться к тому, что́бы лу́чшие специали́сты в твоём де́ле сказа́ли тебе́: «Мне бо́льше не́чему вас учи́ть…». У́рмас, а ты каки́м врачо́м мечта́ешь стать?
– До прие́зда в Петербу́рг я не знал каки́м… О Пирого́ве знал. Мне моя́ ба́бушка о нём мно́го расска́зывала. Она́ интересу́ется им и как челове́ком, и как хиру́ргом. Понима́ете, я слушал её расска́зы, но он не был для меня́ живы́м, реа́льным… А сейча́с… Он стано́вится для меня́ всё бо́лее и бо́лее бли́зким. Иногда́ мне ка́жется, что я с ним знако́м. А ещё я начина́ю понима́ть, что тако́е хирурги́я и кто тако́й хиру́рг… Мо́жет быть, то́же хиру́ргом… На́до обо всё поду́мать… Пока́ ничего́ не зна́ю…
Альфред Вельпо
Все замолча́ли. Ка́ждый заду́мался о чём-то о своём.