Ребя́та вы́шли из метро́ и напра́вились к Военме́ду.
– На́стя, а ты каки́м хиру́ргом хо́чешь быть?
– Моя́ подру́га Ю́ля (она́ учи́тся на четвёртом ку́рсе ВМА) сказа́ла, что в акаде́мии есть 7 хирурги́й. Я хоте́ла бы стать пласти́ческим хиру́ргом. Я узнава́ла об э́той специа́льности у на́шего стомато́лога Михаи́ла Алекса́ндровича. По специа́льности он че́люстно-лицево́й хиру́рг. Когда́-то де́лал пла́стику ли́ца. Не зна́ю, почему́ он стал стомато́логом. Он о́чень хоро́ший стомато́лог. Он мне сказа́л, что, е́сли я хочу́ быть пласти́ческим хиру́ргом, то на́до снача́ла стать че́люстно-лицевы́м хиру́ргом.
– Поня́тно. А ты зна́ешь, что Пирого́в де́лал пласти́ческие опера́ции?
– Пирого́в? Нет, я не слы́шала. На войне́?
– Не зна́ю, но в Ри́ге1 де́лал. Ба́бушка расска́зывала, что в 1835 году́ Пирого́в верну́лся из Герма́нии в Москву́.
– Тогда́ ему́ бы́ло 25 лет?
– Да. Так вот, в доро́ге он си́льно заболе́л. Он не мог да́льше е́хать и вы́шел в Ри́ге. У него́ о́чень си́льно боле́ло го́рло. Он не мог говори́ть, норма́льно дыша́ть и есть. А ещё… у него́ не́ было де́нег!
– Неуже́ли и тогда́ врачи́ ма́ло зараба́тывали?
– Ну, в стра́нах, кото́рые мы называ́ем ра́звитыми, врачи́ – лю́ди доста́точно бога́тые. Как и юри́сты. То́лько у нас и у вас им что́-то о́чень ма́ло пла́тят.
– Да, как и учёным, как и преподава́телям, как и хоро́шим инжене́рам…
– Э́то пра́вда… Так вот, из Ри́ги Пирого́в написа́л письмо́ губерна́тору на́шего го́рода, потому́ что он был в э́то вре́мя профе́ссором на́шего университе́та, как ты по́мнишь. Губерна́тор Де́рпта сра́зу реши́л ему́ помо́чь.
– Почему́?
– Потому́ что слы́шал мно́го хоро́шего о молодо́м тала́нтливом хирурге.
– А у меня́ бы и в мы́слях не́ было в тако́й ситуа́ции написа́ть письмо́ на́шему губерна́тору! Письмо́ роди́телям, друзья́м – понима́ю, но губерна́тору… Э́то что́-то нереа́льное.
– Но Та́рту – небольшо́й го́род. Все зна́ют друг дру́га. Администра́ция должна́ реша́ть пробле́мы лю́дей. Так вот, Пирого́ва бы́стро перевезли́ в вое́нный го́спиталь Ри́ги. В э́том го́спитале Пирого́ва лечи́ли не́сколько ме́сяцев…
– А где же расска́з о пласти́ческой опера́ции? – улыбну́лась На́стя.
– Сейча́с бу́дет. К нему́ на́до подойти́. Ита́к, как то́лько Пирого́в стал ходи́ть, он…
– Неуже́ли на́чал де́лать опера́ции?
– Да!
– В го́спитале, в кото́ром лечи́лся?
– Да! Понима́ешь, Пирого́в не мог жить без де́ла. Начало́сь с того́, что он познако́мился с одни́м челове́ком, у кото́рого… не́ было но́са. Пирого́в взял у него́ ко́жу со лба и сде́лал прекра́сный нос!
– Кру́то!
– Че́рез не́которое вре́мя… к нему́ пришла́ да́ма и… попроси́ла то́же сде́лать ей но́вый нос. Пирого́в не мог отказа́ть да́ме. Он успе́шно повтори́л э́ту опера́цию.
– А Пирого́в де́лал пла́стику то́лько на лице́?
– Нет. В 1854 году́ вы́шла статья́, в кото́рой Пирого́в рассказа́л о свое́й пла́стической опера́ции на костя́х ноги́. Он ампути́ровал часть ноги́ ни́же коле́на, но при э́том сохрани́л ко́сти пя́тки и поста́вил проте́з.
– Получи́лся «есте́ственный» проте́з ноги́?
– Да, а ещё он сохрани́л и длину́ ноги́.
– По́сле тако́й пласти́ческой опера́ции челове́к мог сно́ва самостоя́тельно ходи́ть?
– Да. А до э́той пла́стики Пирого́ва бо́льные могли́ ходи́ть то́лько на тяжёлом проте́зе. Зна́ешь, что написа́л ру́сский хиру́рг Разумо́вский об э́той опера́ции?
– Нет…
– «Опера́ция Пирого́ва бу́дет жить так до́лго, как бу́дут жить лю́ди и хирурги́ческое иску́сство!»
– Здо́рово! А Пирого́в мно́го сде́лал опера́ций в Ри́ге?
Кабинет врача конца XIX – начала XX века
– Да. Когда́ он рабо́тал, за ним наблюда́ли и у него́ учи́лись ри́жские врачи́. Ста́рый врач го́спиталя, в кото́ром Пирого́в лечи́лся, сказа́л ему́: «Вы нас научи́ли тому́, чего́ и на́ши учителя́ не зна́ли!»
– Зна́ешь, чем бо́льше я узнаю́ о Пирого́ве, тем скоре́е мне хо́чется нача́ть рабо́тать хиру́ргом!..
– Но ты понима́ешь, как э́то всё сло́жно, тру́дно… Мне ка́жется, что быть хиру́ргом – де́ло не же́нское…
– Мне то же са́мое говори́л друг на́шей семьи́ Анато́лий Игна́тьевич. Он хиру́рг, рабо́тает в Покро́вской больни́це2… А вот две ма́мины тёти бы́ли хиру́ргами. Сосе́дка по да́че – то́же хиру́рг. Почему́ я не смогу́ быть хиру́ргом? Мо́жет, не Пирого́вым… Но всё-таки…
– Мне ка́жется, На́стя, ты бу́дешь хоро́шим хиру́ргом, – серьёзно сказа́л У́рмас.