Особое конструкторское бюро из Ленинграда первоначально планировалось эвакуировать в Казань. Вероятно, предполагалось слияние с Зеленодольским ОТБ. 21 июля 1941 г. этап заключенных был отправлен в Казань, но благодаря военной неразберихе оказался в Томске[410]. И только в июле 1942 г. инженеры-конструкторы прибыли в Молотов. В ПермГАНИ сохранился протокол заседания бюро Сталинского районного комитета партии г. Молотова (современный Свердловский район г. Перми), на котором рассматривался вопрос о возможности создания партячейки при спецтюрьме, прибывшей из Томска[411]. Вполне вероятно, что ученые-заключенные были первоначально размещены в ИТК № 1, находившейся в районе современного театра кукол, пока им не подыскали небольшой двухэтажный домик на улице Ким[412].
Здание управления завода № 172. Мотовилихинские заводы
Ведущим конструктором этого КБ был М. Ю. Цирульников, осужденный Особым совещанием НКВД по ст. 58 к восьми годам заключения.
На пушечном заводе в Мотовилихе существовало свое опытно-конструкторское бюро под руководством главного конструктора С. П. Гуренко. Но, судя по заявлению коллектива конструкторов этого бюро, начиная с 1940 г. «…бюро работает без малейшей отдачи… За указанный период времени бюро не внедрило на валовое производство ни одного своего нового образца артиллерийских машин… Большинство остальных машин 1941–1942 гг. либо не выдержали испытаний, либо их отладка затягивалась на долгие годы, ввиду чего они теряли свою актуальность, что приводило их также в архив или на склад»[413]. Под заявлением подписалось 13 конструкторов. Появление еще одного КБ на заводе оживило научную мысль и внесло элемент соревнования между конструкторами. Так, разработку 45-мм противотанковой пушки поручили сразу нескольким КБ. ОКБ Мотовилихинского завода предложило вариант М-6, эвакуированное ОКБ – М-42. При испытаниях выстрел из М-42 оказался кучнее[414]; то есть вариант, предложенный заключенными, был лучше. То же было и с проектом увеличения мощности 152-мм пушки МЛ-20.
Попытки руководства заводского КБ вести совместные разработки с ОКБ-172 пресекались: «С предложением о совместной работе я (Гуренко) направился в ОКБ-172 к тов. Самарскому (зам. начальника ОКБ), но последний наотрез отказался… Я целых три часа просидел в ОКБ-172, уговаривая Самарского, но ничего не добился. Надо отдать должное тов. Цирульникову он сразу принял мою сторону, но его т. Самарский через некоторое время выслал в другую комнату»[415]. Отказ подтвердил и начальник ОКБ-172 полковник НКВД Иванов.
На счету лагерной «шарашки» ОКБ-172 – разработка пехотной противотанковой пушки М-42 («Аннушки»), модернизация гаубицы-пушки 152-мм МЛ-20 (позже использовалась в самоходке ИСУ-152), разработка 122-мм самоходки повышенной мощности М-22[416], 76-мм дивизионной пушки БЛ-14, 85-мм противотанковой пушки БЛ-19[417] и других.
Конечно же, условия жизни в тюремном КБ не походили на жизнь в обычном сталинском лагере. Питание было по специальным нормам, иногда превосходящим питание охраны. Попавший в ОКБ-172 В. Н. Яворский, до этого работавший тачечником на строительстве железной дороги Котлас-Воркута, вспоминал: «В этой спецтюрьме кормили лучше, чем в санатории, не давали только птичьего молока»[418]. Не нужно забывать, откуда попал в ОКБ Яворский, и более-менее хорошее питание казалось для него санаторным. Одеты заключенные были в штатское, но всюду сопровождались конвоем. Причем на секретные полигоны конвой не допускался и ждал за оградой[419].
Сохранившееся здание шарашки на ул. Ким, 41
За годы войны Мотовилихинским заводом было выпущено 48,6 тысяч пушек, то естьт каждая четвертая, произведенная в стране[420]. Многие из них были разработаны заключенными инженерами. М. Ю. Цирульников по ходатайству наркома вооружения Д. Ф. Устинова в 1943 г. был досрочно освобожден, другие конструкторы оставались в заключении[421]. Причем Цирульников был только освобожден, но не реабилитирован, поэтому возвращаться в Ленинград ему было запрещено.
Пушки, спроектированные ОКБ № 172
С этого времени судьба Михаила Юрьевича Цирульникова была связана с нашим городом – сначала он стал главным конструктором завода № 172 им. Молотова, затем участвовал в разработке маршевого ракетного двигателя для межконтинентальной баллистической ракеты РТ-2 (НПО «Искра»), преподавал в политехническом институте.
Михаил Юрьевич Цирульников (1907–1990), выпускник Ленинградской артиллерийской академии. В 1939 г. арестован, осужден и приговорен к восьми годам исправительно-трудовых лагерей. Наказание отбывал в закрытом ОТБ. Летом 1941 г. этапирован в Молотов (Пермь). В Перми Ленинградское ОТБ вошло в состав завода № 172 и получило название ОКБ-172. Ведущую роль в конструкторских разработках бюро сыграл М. Ю. Цирульников. После досрочного освобождения был назначен главным конструктором КБ Мотовилихинского завода. С 1968 г. преподавал в Пермском политехническом институте. Лауреат Государственной премии
Ученые и изобретатели, осужденные за «вредительство», названные «врагами народа», добросовестно и плодотворно трудились в тюремных конструкторских бюро. В тюремных КБ, находившихся в Перми – Молотове, были созданы мощнейшие образцы военной техники, разработаны новые технологии производства пороха и новые составы порохов. В отчете 4‑го спецотдела НКВД СССР за 1939–1944 гг. приведены десятки изобретений – самолеты, моторы, пушки, подводные лодки, катера, радиостанции, прибор видения для ночного боя[422]. Особо были отмечены в отчете достижения мотовилихинского ОКБ № 172 – противотанковая пушка М-42, танковая 45-мм пушка ВТ-42, полковая 76-мм пушка образца 1943 г. ОБ-25, корпусная 152-мм пушка БЛ-7. Из этого же отчета можно узнать, что впоследствии Цирульников был не только освобожден в числе 156 специалистов 4‑го спецотдела, но и награжден: «За работы, выполненные в 1943 г., представлены к соисканию Сталинской премии работники 4‑го спецотдела тт. А. М. Васильев, П. Н. Куксенко, М. Ю. Цирульников». Следующее массовое освобождение заключенных-специалистов произошло в 1947 г.:
«Представление министра вооружения СССР Д. Ф. Устинова, министра внутренних дел СССР С. К. Круглова, Главного маршала артиллерии Н. Н. Воронова, Главнокомандующего Военно-Морскими силами И. С. Юмашева, начальника инженерных войск СА М. П. Воробьева И. В. Сталину о награждении Особого конструкторского бюро 172 и досрочном освобождении особо отличившихся заключенных-специалистов. От 13.07.1947 г. выполнило важнейшие правительственные задания по проектированию артиллерийского вооружения, разработав 23 крупных проекта и создав свыше 60 научно-исследовательских работ»[423]
За время своей 10-летней деятельности Особое конструкторское бюро 4‑го спецотдела МВД СССР (ОКБ-172)
Мемориальная доска, посвященная М. Ю. Цирульникову