Никогда я не была симпатичной,

Стройной тоже никогда не была,

Оттого-то и в моей жизни личной

Невеселые творились дела.

За подругами бежала удача,

А меня как встретит, сразу же прочь,

Это щас я, вспоминая, не плачу,

А тогда ревела каждую ночь.

Перед зеркалом щипала я брови,

Удлиняла стрелкой линию глаз.

Мое сердце распирали любови,

Безответные притом каждый раз.

А подруги, собираясь на танцы,

Так решали мой вопрос непростой:

– Зря ты плачешь! Все ребята – засранцы!

А характер у тебя золотой!

Про характер-то понятно, конечно,

Только толку что-то нет от него.

Так проплакала я возраст свой нежный,

Ну а дальше было много всего.

Все рассказывать – и года не хватит,

Да зачем напрасно душу терзать?

Только вспомнила я все это кстати,

Чтобы вот вам что сейчас рассказать.

Как-то раз один мужчина приличный

В самолете со мной рядом сидел,

И назвал меня такой симпатичной,

И загадочно вдруг так поглядел!

От смущенья я закашлялась даже,

Хорошо, была в стакане вода.

И ответила с улыбкой, что раньше

Симпатичной не была никогда.

И в ответ он улыбнулся мне тоже,

И сказал, прикрыв газетой кольцо:

– Вы – смешная, но с годами, похоже,

У вас вышла вся душа на лицо.

Тут я вспомнила о муже, о маме,

И решила, начиная дремать,

Что засранцы начинают с годами

В этой жизни кое-что понимать!