На следующее утро в классе только и говорят о том, как Мэнди попалась в автобусе без билета.

– I’ll never go by bus again as long as we stay in Германия, – заявляет Алиша. – Никогда больше не буду ездить на немецких автобусах!

– Я тоже! – присоединяется Мэнди. – Хотя у меня есть ten-trip ticket[110]! – Она с гордостью показывает свой проездной. – Пожалуйста: вот мой десятибилетник!

– Это называется «проездной на десять поездок». – Конни смеется. – Но ты это еще выучишь.

Жанетт поднимает голову от журнала моды, который она держит в руках.

– Некоторым просто не дано, – шипит она в сторону Мэнди. – А уж этой подавно.

Вики морщит нос, продолжая расчесывать свои длинные светлые волосы.

– К счастью, у нас сейчас два урока физкультуры, – ворчит Билли. – Лучший способ снятия стресса.

– What is she talking about?[111] – спрашивает Мэнди.

– She says, that sport is good for us[112], – переводит Анна.

– Я надеяться, что мы играть в футбол, – вздыхает Луиза. – Я умираю без футбола. Я заболеть. Клянусь!

– Луиза обожает футбол, – шепчет Мэнди Конни. – Она настоящий фанат и не может жить без него.

– Oh, I see[113]. – Конни не может сдержать улыбку. – Господин Альберс невероятно мил. Если мы его любезно попросим, он точно позволит нам поиграть на физкультуре.

– Я готова! – сияет Луиза. – Ради футбола я готова на все!

– Хорошо, пойдем спросим, – предлагает Конни. – И Пауль сам увидит, как круто ты умеешь играть в футбол. Может, тогда он наконец возьмет себя в руки и станет немного добрее по отношению к тебе.

Луиза отмахивается.

– Ах, это ерунда. I’m used to that[114], – говорит она. – Я привыкла, что у парней проблемы с девушками, играющими в футбол. В Англии точно так же.

– Однако мы все равно могли бы утереть парням нос, – заявляет Анна. Она поднимает руку, и все остальные по очереди дают ей пять.

По пути в спортивный зал они встречают Филиппа, Пауля и Тоби.

– Hey, girls! How are you?[115] – радостно спрашивает Филипп.

– We are fine, thank you[116], – отвечает Конни и смотрит поверх плеча Филиппа. – Привет, Пауль. Как ты?

– Все идеально! – отвечает он. – Разве может быть иначе?

– Посмотрим, что ты скажешь, когда проиграешь женской футбольной команде, – ехидничает Анна, рассматривая его поверх своих очков.

– В смысле? – спрашивает Пауль.

– Мы хотим попросить господина Альберса на уроке физкультуры поиграть в футбол, – объясняет Билли.

– Девочки против мальчиков! – Анна останавливается и подбоченивается. – Надо раз и навсегда положить конец этим предрассудкам, что девчонки ничего не смыслят в футболе!

Конни, Дина, Билли, Алиша, Кейт, Мэнди и Луиза выстраиваются в одну линию рядом с Анной.

– Точно! – решительно говорит Конни.

– Exactly![117] – скалится Мэнди.

Луиза с насмешкой смотрит на Пауля, указывая на маленькую эмблему, вышитую на ее футбольной майке, – Girlpower Brighton.

– Это лучшая команда in our school, – шепчет Тоби Паулю. – Only girls, you know?[118]

– Девчачья команда – лучшая команда в вашей школе? – Пауль смеется. – О господи!

Господин Альберс сразу соглашается.

– Конечно! – говорит он. – Футбол на свежем воздухе – это, наверное, лучший вариант для такой большой компании. Но почему непременно девочки против мальчиков?

– For personal reasons[119], – бормочет Луиза.

– По личным причинам, – с улыбкой переводит Билли.

Конни радуется предстоящему соревнованию. Если Луиза на самом деле так хороша, как все говорят, то у парней нет ни малейшего шанса.

Жанетт и Вики сразу морщатся, когда слышат, что им предстоит играть в футбол.

– No sports for me[120], – объявляет Вики, отбрасывая назад свои длинные волосы.

– Боюсь, что я тоже не смогу принять участие. Я забыла спортивный костюм дома, – врет Жанетт, хлопая ресницами. – Нам с Вики лучше остаться в раздевалке.

Девушки выглядят как близняшки: на них узкие розовые джинсы и топики с блестящими звездочками. Они даже покрасили ногти в розовый цвет.

Господин Альберс хитро улыбается:

– Боковым судьям[121] не нужна спортивная форма. – Он протягивает им два флажка. – Свежий воздух пойдет вам на пользу!

Жанетт хочет возразить, но учитель отворачивается, давая понять, что разговор окончен.

Конни, Анна, Билли и Дина хихикают.

– Эти маленькие флажки вам очень идут! – говорит Анна.

– Однако красный цвет не сочетается с вашим лаком для ногтей, – усмехается Билли. – Кстати, шикарный розовый цвет. Чем-то напоминает мне свинок из марципана[122].

Жанетт сердито фыркает.

– Идемте! – шипит она, обращаясь к Вики, Ариане и Саскии. – Здесь воняет!

Луиза крутит пальцем у виска:

– She’s a real nutcase, isn’t she?[123]

– Что значит «nutcase»? – спрашивает Анна.

– Это значит «сумасшедшая», – переводит Билли.

– Oh yes, that’s right! – с уверенностью в голосе говорит Анна Луизе. – She’s the biggest nutcase in town![124]

Посмеиваясь, они переодеваются и бегут с другими девушками на большое поле рядом со спортивным залом.

Угрюмые парни уже ждут их. Особенно Пауль и Марк старательно хмурятся. Когда девушки подбегают к ним, парни наклоняются и делают вид, что зашнуровывают футбольные бутсы. Конни слышит обрывок разговора.

– Девчонки и футбол – это как обезьяны и атомная физика. Их ничего не связывает! Ха-ха-ха!

Обезьяны и атомная физика? Конни поднимает бровь. Ах так? Еще посмотрим, кто окажется лучше!

Жанетт и Вики стоят на краю поля, без особого восторга размахивая флажками. Хотя небо заволокли облака, девочки нацепили огромные солнцезащитные очки.

Луиза радостно машет им.

Господин Альберс поднимает монетку.

– Орел или решка? – спрашивает он.

– Орел! – говорит Луиза. Девушки единогласно выбрали ее капитаном команды.

– Решка, – рявкает Пауль, капитан команды парней.

Господин Альберс подбрасывает монетку в воздух. Когда она падает на землю, Конни задерживает дыхание.

– Орел! – восклицает учитель. – Девочки начинают!

Он свистит в свисток.

Жанетт в ужасе зажимает уши, уронив флажок.

Игра начинается! И настолько стремительно, что Конни и остальные с трудом успевают следить за происходящим!

Луиза перехватывает мяч, оставляет опешивших Марка и Тоби в центре поля, огибает Пауля, удерживая мяч как можно ближе к ноге, и бросается на ворота соперника, как маленький разъяренный бык.

На воротах стоит Филипп. Он разводит руки в стороны, смотрит сначала на мяч, потом на решительное лицо Луизы и пытается в падении отбить мяч, но тот свистит мимо его левого уха и падает в угол ворот.

На мгновение на поле становится так тихо, что Конни слышит жужжание шмеля в траве.

Филипп пинает штангу, громогласно воскликнув:

– Вот черт!

Конни вскидывает руку и кричит:

– Да!

– Гол! – кричит Билли. – Гол!

– Goal![125] – ликуют Мэнди и Алиша.

Девушки обнимаются и прыгают от радости. Даже Жанетт и Вики радостно размахивают флажками.

Луиза издает победный клич. Затем она несется через все поле, целует подол своей майки, делает кувырок через голову и с радостью принимает поздравления подруг.

Господин Альберс свистит. Игра продолжается.

К концу первого тайма девушки лидируют с разницей в семь мячей, пять из которых забила Луиза.

Пауль и Марк в отчаянии рвут на себе волосы. Филипп, понурив голову, покидает поле. Его заменяет Тим.

– Стыдоба, – стонет он.

Конни торжествующе улыбается. Вот такой футбол ей по душе!

– По крайней мере мы забили гол престижа[126], – бормочет Марк, когда господин Альберс после второго тайма свистом объявляет окончание игры. – Иначе я бы сгорел от стыда.

Девушки совершают круг почета[127] по беговой дорожке вокруг поля и празднуют свою победу.

– Один к девяти! – Пауль морщится, точно от боли. – В пользу девчонок! О боже…

Пауль мечтает об одном: сбежать в раздевалку и больше никогда не показываться никому на глаза. Или провалиться сквозь землю. Сокрушительное поражение в игре против девчонок – самый страшный позор в его жизни! Просто невероятно!

– I told you so[128], – напоминает Тоби. – Но вы не хотели мне верить. Лу is so good[129]!

Пауль вытирает пот со лба полотенцем.

– Ну, что она настолько хороша…

– Хороша – это не совсем точное определение! – возражает Филипп. Он поднимает бутылку с водой и делает несколько больших глотков. – Она непобедима!

– Да, Луиза отлично играет, – с восхищением говорит Тим. – Она точно попадет в национальную сборную.

Остальные ребята согласны с ним.

– Мы должны поздравить их, – говорит Филипп. – Они заслужили.

Пауль кивает:

– Понятное дело. Мы умеем проигрывать с достоинством.

Они присоединяются к девушкам, медленно бегущим круг почета, и протягивают им руки.

– Поздравляю, – бормочет Пауль, поравнявшись с Луизой. – Ты была неподражаема. Congratulations![130]

– Oh, thank you[131], – отвечает Луиза, сияя. – Если ты когда-нибудь приедешь в Брайтон, у тебя будет new chance[132], хорошо?

– Ты имеешь в виду «реванш»? – Пауль искоса смотрит на нее, ухмыляясь. – Круто! Это мило с твоей стороны.

Он поднимает руку, и Луиза дает пять, ободряюще подмигивая.

– See you in Brighton, – говорит она. – A return match is a great idea![133]

– Конечно! – Пауль довольно кивает. Все как у настоящих профессиональных футболистов!

Конни счастлива. «Почему он не мог сразу так себя вести? – думает она. – Пауль и Луиза идеально подходят друг другу. У обоих один футбол на уме. В ближайшие дни они, наверное, вообще не расстанутся с мячом».

* * *

После обеда Мэнди занимается немецким в языковом институте, а Конни решает прибраться в комнате. Правда, только на одной половине, другую она оставляет Мэнди.

– Невероятно, сколько всего, – бормочет Конни, освобождая половину стола и запихивая записки и бумажки в ящик. Учебники и тетради она убирает в рюкзак, где им самое место, или на полку.

Управившись со своей половиной комнаты, она бросает взгляд на хаос, оставленный Мэнди.

«Боже мой, – думает Конни, – я тоже люблю собирать всякую всячину, но Мэнди бьет все рекорды: салфетки с рисунком, разноцветные зонтики, рекламные брошюры, спичечные коробки, даже чек от покупки малинового блеска для губ, который она, очевидно, решила сохранить в качестве сувенира!»

Конни смеется. Хотя почему бы и нет?

Она ставит картонную коробку на стол. Если Мэнди захочет, она сможет сложить внутрь свои сокровища. Тогда они по меньшей мере не будут раскиданы по всей комнате.

Конни приносит пылесос и приступает к работе. Вскоре комнату не узнать.

Вечером родители Пауля пригласили Конни, Мэнди, маму, папу и Якоба на «немецко-британский ужин». Конни сходит с ума от нетерпения.

– Наверняка будет фиш-энд-чипс, – мечтает Мэнди. – Это наше с Луизой любимое блюдо.

– Это те рыбные палочки с уксусом, да? – Якоб морщится. – Не-е-е, ешьте это сами!

– Там обязательно найдется что-нибудь и для тебя, – уверяет Конни. – Это все-таки немецко-британский вечер. Думаю, они непременно зажарят пару колбасок на гриле. А мама сделала большую порцию картофельного салата. Мы возьмем его с собой.

– Ну ладно, – бормочет Якоб, успокоившись.

Когда они отправляются к соседям, Якоб держит салатницу перед собой так, будто это корона Британской империи. Папа купил маленькие бумажные флажки, которыми Якоб украсил салат. Теперь в самом центре красуются флаги Великобритании и Германии, а флаги других стран выстроились кругом.

Во дворе горят факелы и указывают путь в сад позади дома, где установлен стол на козлах. Вокруг него расставлены раскладные стулья с яркой обивкой. Отец Пауля уже стоит у гриля. Папа Конни присоединяется к нему. Немного позже мужчины обсуждают оптимальную температуру тления углей для приготовления мяса. На решетке гриля лежат свиные отбивные. Аппетитный аромат наполняет сад.

Господин Хаузер вздрагивает, когда Конни и Мэнди приветствуют его.

Мэнди сегодня особенно постаралась. Она надела грубые черные ботинки на шнуровке и мешковатые джинсы, которые ей велики минимум на три размера, а под попой у них длинная прореха. Ядовито-зеленая футболка рвется по швам. В честь праздничного ужина Мэнди вставила в ухо несколько маленьких английских булавок.

Конни восхищается смелостью и изобретательностью Мэнди.

– Тебя не волнует, что люди вечно на тебя пялятся? – спрашивает она Мэнди, когда папа и господин Хаузер отворачиваются обратно к грилю.

– What does «пялятся» mean[134]? – спрашивает Мэнди.

Мэнди начинает хохотать после объяснения Конни.

– Не, мне нравится быть другой, – говорит она. – Это веселее, чем быть нормальной и скучной, как все остальные.

Конни смотрит на себя. На ней, как всегда, джинсы, футболка и кроссовки. Практично и удобно. Единственная выделяющаяся вещь – новая резинка для волос неонового цвета. И даже ее толком не видно. Внезапно она чувствует себя ужасно нормальной. И скучной.

Словно прочитав ее мысли, Мэнди говорит:

– If you want[135], мы можем сделать из тебя совершенно новую Конни. – Ее глаза светятся от восторга. – Новая прическа, новая одежда, новый образ. A brand-new Conni![136] Что скажешь?

– Хм, я не знаю, – нерешительно говорит Конни.

Мэнди ухмыляется:

– Если ты хочешь создать новый образ, спроси меня! Я дам тебе тонну советов. Я – как же это называется? – эксперт!

– Ты не представляешь, что скажут соседи, если я появлюсь с булавками в ушах и в рваных джинсах, – хихикает Конни. – А уж мои родители…

– So what?[137] – Мэнди пожимает плечами. – Плевать, что говорят люди.

«Может быть, тебе – да», – думает Конни.

– Я подумаю, ладно? – наконец говорит она. – Вообще, мне хотелось бы попробовать, но только в шутку.

– Окей, – отвечает Мэнди. – Just for fun![138]

Якоб с интересом подслушивает разговор, как вдруг ему в голову врезается мармеладный мишка. Сбитый с толку, Якоб поднимает взгляд и видит ухмыляющуюся Мари, которая сидит в домике на дереве.

– Тс-с-с! – шипит она и скидывает длинную веревочную лестницу.

Без колебаний Якоб взбирается наверх и быстро поднимает за собой лестницу.

– Ну, теперь мы этих двоих долго не увидим, – смеется мама.

Она благодарит мать Пауля за приглашение.

– Луиза хочет приготовить для нас что-то типично британское, – говорит госпожа Хаузер, ставя картофельный салат к другим деликатесам на стол. – О, а вот и госпожа Сандулеску! Я подумала, раз уж мы решили собраться, то и ее стоит пригласить.

– Как здорово! – говорит мама. – Настоящая вечеринка для соседей!

Госпожа Сандулеску с любопытством, но и с улыбкой рассматривает Мэнди. У нее в руках пузатый графин с красной жидкостью. Она ставит его в центр стола. Заметив удивленный взгляд Конни, она тут же говорит:

– Нет-нет, Конни. Это не то, что ты подумала! Это безобидный пунш из красных фруктов.

Она заговорщически подмигивает и пожимает руку Мэнди.

– Мне нравится твоя прическа, – шепчет госпожа Сандулеску – Люблю яркие, насыщенные цвета!

Конни смеется. Она помнит, как однажды соседка дала ей рецепт любовного зелья. Но оно могло подействовать только при одном условии – если его цвет будет ярко-красным. Точно таким же, как жидкость в пузатом графине госпожи Сандулеску и в красном оттенке рыжих волос Мэнди.

Конни подмигивает ей, как вдруг кто-то дергает ее за футболку сзади.

– Привет, Конни! Я сделала фиш-энд-чипс, – говорит Луиза. – Will you and Mandy[139] помочь мне на кухне?

– Of course I will![140] – немедленно отвечает Конни.

– Me too![141] – Мэнди кивает.

Только Пауль сердится:

– Ой, нет… Это обязательно?

– Yes! – хором отвечают девушки.

Луиза тащит его за рукав толстовки:

– Ты можешь складывать newspapers[142]!

– Я должен складывать газеты? – хмурится Пауль. – Но я не обязан носить колпак из бумаги, не так ли?

– Of course you not![143] – строго отвечает Луиза. – Тебе нужно складывать бумажные пакетики.

– Пакетики, ну ладно, – бормочет Пауль. – Но, надеюсь, не те, что используют при рвоте. – Он нахально усмехается. – Я имею в виду, на случай, если нам не понравится твоя стряпня.

Луиза закатывает глаза.

– Я тебя умоляю, Паули, – стонет она. – Делай то, что я тебе говорю, и everything will be fine[144].

Пауль вжимает голову в плечи.

– Хорошо, хорошо, – говорит он, продолжая ухмыляться. – Я сделаю все, что ты скажешь!

Конни и Мэнди переглядываются, посмеиваясь. Совершенно очевидно, кто здесь в доме хозяин.

Через несколько минут Мэнди и Луиза наполняют жареной рыбой и крупно нарезанными кусочками жареного картофеля кульки из газеты, свернутые Паулем.

«Разве это может быть вкусно? – думает Конни. – Масло уже пропитало тонкую газетную бумагу! А к этому надо еще и уксус добавить! Бр-р-р-р!»

– We have to serve it quickly! – кричит Мэнди. – Это нужно подавать сразу! – Она вручает Конни и Паулю по два пакетика и выгоняет их из кухни. – Hurry up! Quick, Quick![145]

– Я не буду это есть, – шепчет Пауль Конни, случайно капая уксусом на пол. – Это же отвратительно!

– Давай хотя бы попробуем, – шепчет Конни в ответ. – Они так старались!

– Ну, тогда приятного аппетита! – нахально говорит Пауль.

Он как раз собирается приняться за картофельный салат и отбивные, когда Луиза протягивает ему очень большую порцию фиш-энд-чипс.

– This is for you, Paulie[146], – говорит она, улыбаясь. – Футболисты должно хорошо кушать, ты же знаешь!

– Ох, эх… thank you[147], – запинается Пауль.

Он сглатывает и оглядывается в поисках помощи. Но Конни, хихикая, закатывает глаза.

– Нам придется пройти через это, – говорит она, когда Мэнди протягивает ей порцию.

Госпоже Сандулеску тоже достается до краев наполненный кулек.

– Божественно! – вздыхает она. – Я не ела фиш-энд-чипс целую вечность! На самом деле с тех пор, как в последний раз была в Лондоне много лет назад.

Она с наслаждением вдыхает запах.

– Якоб, Мари! – восклицает госпожа Хаузер. – Вы что, не голодные?

– Мы лучше поедим мармеладных мишек, – доносится со стороны домика на дереве. – И картофельный салат с колбасками.

В дверях домика появляются Якоб и Мари.

– Мы спустим корзинку, – кричит Мари. – Положите туда что-нибудь!

– Но никакой рыбы в газете! – горланит Якоб.

Листья шелестят. В следующее мгновение дети опускают на веревке корзинку.

Пауль и Конни кладут внутрь два пакетика с соком, две порции салата, несколько колбасок и хлеб, а потом слегка дергают за веревку. Корзинка для пикника, покачиваясь, исчезает среди веток и листвы.

– Круто! – доносится сверху. – Спасибо!

– Пожалуйста! – в один голос отвечают Конни и Пауль, а потом храбро принимаются за свою еду.

– На вкус и цвет… – бормочет отец Пауля, незаметно пряча за корзинкой с хлебом свою недоеденную порцию фиш-энд-чипс.

– Совершенно точно, – соглашается папа Конни, жуя.

Только госпожа Сандулеску, Луиза и Мэнди с огромным удовольствием съедают свои порции фиш-энд-чипс и даже идут на кухню за добавкой.