А как начиналось? Я сейчас приведу свидетельство человека, с которым познакомился в сентябре 1991-го. Это он, Афанасий Кондратьевич Мегера, пришел к нам в «Правду» во главе группы своих бойцов-ветеранов, чтобы защитить честь Зои. Уже не было в живых командира в/ч 9903 Артура Карловича Спрогиса, а Мегера служил его заместителем и потом стал преемником в должности командира.

Так вот, обращаюсь к воспоминаниям Афанасия Кондратьевича о том, с чего начиналось создание будущей прославленной воинской части:

«На третий день Великой Отечественной войны нас, группу слушателей и выпускников Военной академии имени Михаила Васильевича Фрунзе – Андрея Свирина, Артура Спрогиса. Ивана Матусевича, Анатолия Азарова, Ивана Банова, Федора Коваленко и меня – вызвали срочно к заместителю начальника Генштаба Красной Армии Ф. И. Голикову. Приказ, отданный нам, был лаконичен. Вся семерка под командованием полковника Андрея Ермолаевича Свирина – старшего преподавателя кафедры разведки Высшей разведшколы – должна срочно отправиться в распоряжение штаба Западного фронта, находившегося где-то в районе Могилева.

В тот же день мы получили необходимые документы, личное оружие, снаряжение. Нас разделили для выполнения будущего специального задания на группы: на Смоленском направлении предстояло действовать Спрогису и Коваленко, на Могилевском – Матусевичу и Мегере, в районе Кричева – Банову и Азарову. Работу всех наших групп координировал полковник Свирин. В задачу каждой из них входило – организация глубокой разведки, проведение диверсий на коммуникациях противника. Надо было также установить тесные связи с советскими и партийными организациями на местах, всячески помогать им в организации партизанского и подпольного движения.

27 июня 1941 года все командиры, выделенные Генштабом РККА для выполнения специальных заданий, прибыли в штаб Западного фронта, расположенный в лесу восточнее Могилева. Получив последнюю информацию о боевой обстановке, уточнив свои задачи и возможности, немедленно приступили к формированию боевых групп из личного состава частей и соединений, отходивших с тяжелыми боями под напором превосходящих сил противника…»

Вы только представьте себе: пятый день войны, войска Западного фронта продолжают тяжелые оборонительные бои севернее Минска, а на Бобруйском направлении вынуждены отходить за реку Березину. И в это время активно начинают создаваться боевые группы для выполнения диверсионно-разведывательных заданий в тылу наступающих вражеских войск.

Известны первые из таких групп, заявившие о себе уже в июле 1941-го: под командованием младшего политрука Матвея Русакова (в районе Западной Двины), младшего лейтенанта Григория Сороки (западнее Смоленска) и секретаря Ельнинского райкома комсомола Смоленской области Андрея Юденкова (район Ельни – Дорогобужа).

* * *

Число их будет быстро расти, хотя штаб части, еще не имевшей тогда знаменитого номера 9903 (он появится уже в начале 1942-го), вместе с отступающими советскими войсками вынужденно передвигается в восточном направлении. Пока не остановится, наконец, на подмосковной станции Жаворонки, что в 25 километрах от Москвы по Белорусской железной дороге. Здесь будет создана база части, перенесенная затем в Кунцево. А в Жаворонках эта особая в/ч получит новое, очень нужное пополнение – десять выпускников военных академий, ставших инструкторами-преподавателями: они должны были в кратчайшие сроки, за пять – семь дней, обучать и готовить к нелегким заданиям добровольцев – юношей и девушек Москвы, Ярославля, Горького, Рязани, Владимира, Смоленска, других городов и областей.

Еще по ходу отступления, в августе, из-за болезни полковника Свирина его сменит на посту командира части майор Спрогис. Надо прямо сказать: легендарный Спрогис!

«Полковой комиссар Никита Дорофеевич Дронов стал политическим руководителем, а военврач 3-го ранга Исхат Зарипович Галикеев – заведующим медсанчастью. Выбор Дронова комиссаром оказался весьма удачен. Никита Дорофеевич – член партии коммунистов с 1918 года, принимал участие в штурме Зимнего дворца, в Гражданской войне. Был он человеком сильной воли и большого личного обаяния».

Это я цитирую замечательную книгу Георгия Фролова и Ирины Фроловой «Часть особого назначения», открывшую много дотоле неведомого мне об уникальном войсковом формировании. И вот тут следует несколько остановиться для необходимого и важного комментария.