Не мог не откликнуться на предложение «Правды» ответить на вопросы американца о Зое Космодемьянской, которая смотрела на меня своим упорным, испытующим взглядом с самого первого класса до окончания школы с портрета над школьной доской. Это было в первые годы после войны. «Безотцовщина» – так называли тогда почти всех ребятишек. Сегодня нас называют «дети войны».

Признаться, мы не были «паиньками» и «маменькими сынками». Мы были, простите, шалопаями: шалили, дурачились, дрались, курили… Да что там говорить! Примером для подражания мы не были.

Но Зоя! Она смотрела на нас с портрета хоть и с упреком, как нам казалось, но одновременно и с верой в нас. С такой же верой, как верила в светлое будущее, за которое пошла на смерть. Сегодня над этими словами, если их произнести в обывательской среде, ехидно усмехнутся: какое будущее? Вот оно, это будущее! Созерцайте, любуйтесь, утешайтесь. Довольны?

О, как много хотелось бы сказать по этому поводу! Особенно о том, до чего же мы были беспечны: ведь все было доступно и почти бесплатно, вволю – учись, развивайся, наслаждайся, а потом расти своих детей. Живи!

Эх, Зоя, Зоя! Выходит, напрасно ты на нас надеялась. Конечно, в общем и целом мы вроде бы оправдали твои надежды: выучились, многие получили высшее образование, поголовно – среднее, работали, поднимали целину, строили Братскую ГЭС, прокладывали БАМ… Но как-то не заметили, что рядом с нами живут те, которые «не довольны советской властью», и даже те, кто жалел, что Гитлер нас не победил. Но они, оказалось, не только жили да небо коптили, а действовали – исподтишка. Анекдотики про Чапая и про Леню Брежнева рассказывали, а мы их сдуру повторяли; радио «Свобода» подслушивали и нам передавали, шмотки «из-за бугра» носили – нам на зависть; диссидентскую галиматью почитывали и нам подсовывали. А мы, дети сурового времени, уши развесили: «А чо нам, у нас все есть – и квартира бесплатная, и дети обуты-одеты-накормлены, и будущее у них действительно ожидается светлое. Да, правда, бывает – то колбаса с прилавков исчезнет, то колготки, то галстуки, то (уму непостижимо) хлеб. Ну да это, наверное, чиновники что-то там поднапутали, – успокаивали себя мы, – разберутся, и все наладится».

Оказалось, не поднапутали, а специально напутали. Смешали грешное с праведным – сначала в идеологии, литературе, культуре, а затем – в экономике. Запрягли телегу впереди лошади: дескать, главное – это прибыль, а не удовлетворение потребностей человека в простых вещах и пище. Предали забвению мысли мудрецов, которые донес до нас гениальный Пушкин: «…чем государство богатеет, и чем живет, и почему не нужно золота ему, когда простой продукт имеет». И телега поехала назад. Случилось то, что случилось.

Ты прости нас, Зоя! Мы, олухи, не оправдали твоей веры в наше светлое будущее.

И вот мои ответы американскому профессору.

1. В современной России (подчеркиваю: в современной) важной фигурой Зоя Космодемьянская не является. К сожалению!

2. После развала СССР память о Зое исказилась в СМИ и оболгалась в литературе.

3. Образцом героического самопожертвования в воспитании молодежи сегодня является, наверное, только Иисус Христос. А должна быть и Зоя!

4. Миф – не Зоя, а Иисус. СМИ недобросовестно заблуждаются. Как это преодолеть? Вернуть социализм советского образца.

5. На этот вопрос, как и на предыдущий, дан ответ в Программе КПРФ.

6. Что значит Зоя для меня, я сказал в начале моего письма.

7. Зою нельзя сравнивать ни с одним историческим персонажем. Она – символ нашей советской эпохи.

8. «Это счастье – умереть за свой народ!» Вернее всего, под «своим народом» Зоя имела в виду народ всей Земли, как, согласно мифу, Христос шел на крест во имя спасения всех людей.

г. Алейск,

Алтайский край