Русская армия расположилась южнее Москвы, у села Тару́тино.

Кутузов немедленно занялся хозяйственными делами.

Армия обтрепалась – надо её одеть.

Наступила осень – о тёплой одежде надо подумать!

С продовольствием плохо – надо пополнить запасы хлеба.

Много у Кутузова разных дел.

И у Наполеона в Москве не меньше. Не оправдались надежды французов. Ушли, увезли всё с собой жители. Нет в Москве ни хлеба, ни мяса. Нечем кормить коней. Лишь вина́ в погребах до отвалу. Напьются солдаты – идёт грабёж. А где грабёж, там сразу пожары.

Осень сухая. Огню раздолье.

Запылали Китай-город, Гостиный двор. В Каретном ряду пожарище. В Охотном ряду пожарище. За Москвой-рекой Ба́лчуг горит. Ночами светло как днём. Наполеон в Московском Кремле. Куда ни глянет отсюда – огонь и огонь. Морем огонь колышется.

– Ваше величество, – обеспокоены французские маршалы и генералы, – опасно! Огонь подошёл к Кремлю.

Не хочется Наполеону уходить из Кремля. Неловко и стыдно. Только занял Московский Кремль, и вдруг – будь мил, убирайся. Медлит Наполеон.

– Ваше величество, спасайтесь! Быстрее к реке! – умоляют императора генералы.

Медлит Наполеон.

– Ваше величество!..

И вот император нехотя надевает сюртук.

Бушует, мечется пламя.

Наполеон сбегает по широкой лестнице. «Это дорога в ад», – вспоминает он слова Коленкура. В злобе кусает губы.

Четыре дня бушевали пожары.

К пятому дню от Москвы осталось пепелище.

Не город в руках французов – сплошные развалины.

Зато хороши дела у русских войск под Тарутином. Провиант сюда подвозят. Меняют солдатам одежду. Лошадьми пополняют конницу. Отдыхают спокойно солдаты.

Плохи дела в Москве у французов.

Есть над чем задуматься Наполеону. «Победитель я или нет?

Почему же русские не просят мира?»

Проходят три томительные долгие недели.

Негодует Наполеон:

– Мир, немедленный мир с Россией!

Не дождался император русских послов. Вызывает своего генерал-адъютанта маркиза Лористо́на:

– В Тарутино к этой старой лисице – марш!