(1) У Кира тогда отрубили голову и правую руку. А царь [и его отряд] при преследовании ворвался в лагерь Кира. Войска Ариейя не устояли, но побежали через свой лагерь до той стоянки, из которой они вышли [утром]: говорят, что длина пути равнялась 4 парасангам. (2) Царь и его люди разграбили большую часть лагеря и, между прочим, взяли в плен фокеянку, наложницу Кира[91], которая, по слухам, была умна и прекрасна. (3) Схваченная людьми царя милетянка была моложе, и она без верхней одежды убежала к тем эллинам, которые были вооружены и находились при обозе и, сопротивляясь неприятелю, убили многих грабивших, причем погибло и несколько эллинов. (4) Они, однако, не бежали и спасли как милетянку, так и имущество, а также бывших там людей. В это время царь и эллины находились на расстоянии примерно 30 стадий друг от друга, и одни преследовали тех, с которыми вели бой, словно они были победителями, а другие грабили, как будто полная победа была на их стороне.
(5) Когда эллины узнали, что царь со своим войском находится в обозе, а царь услышал от Тиссаферна, что эллины победили своих противников и, преследуя их, двигаются вперед, тогда Артаксеркс снова собрал свое войско и начал выстраивать его в боевом порядке, а Клеарх призвал Проксена, который был к нему ближе других, и совещался с ним – послать ли часть войска для оказания помощи лагерю или идти туда всем. (6) Тут вновь показался царь, наступающий на них, как казалось, с тыла. Тогда эллины произвели поворот и приготовились, предполагая, что царь идет на них и им придется вступить с ним в бой. Но царь не повел своего войска в эту сторону, а пошел там же, где он двигался при наступлении, т. е. мимо левого крыла войска Кира, уведя с собой перебежавших во время сражения [к эллинам], а также Тиссаферна с его отрядом. (7) Дело в том, что Тиссаферн не бежал во время первого столкновения, но пробился к реке и к эллинским пельтастам. Проходя мимо эллинов, он никого не убил, а расступившиеся эллины рубили персов и поражали их дротиками. Пельтастами командовал Энисфений из Амфиполя, который, как говорили, хорошо знал свое дело.
(8) Тиссаферн, войско которого понесло потери, удалился, но не повернул обратно, а, придя в лагерь эллинов, встретился там с царем, и, соединив свои войска, они снова выступили. (9) Но когда они оказались против левого крыла эллинов, то последние испугались нападения на фланг и уничтожения путем охвата. Они решили развернуть крыло, чтобы иметь реку позади себя. (10) Пока они совещались, царь, проходя мимо них, построил свое войско в том же самом порядке, в каком оно стояло в начале сражения. Когда эллины увидели перед собой, и притом близко, их ряды, они тотчас же запели пеан и напали на них гораздо смелее, чем в первый раз.
(11) Варвары снова не выдержали и побежали, когда эллины еще находились на большем расстоянии от них, чем при первом столкновении, а эллины преследовали их до какой-то деревни. (12) Там эллины остановились, так как за этой деревней возвышался холм, куда свернуло войско царя. Пехоты там не было, но холм до такой степени наполнился всадниками, что нельзя было понять, что там происходит. Говорят, будто там видели царский штандарт – золотого орла, насаженного на древко копья[92]. (13) Но, когда эллины двинулись туда, всадники покинули и этот холм, и уже не все вместе, а врассыпную. Холм очистился от всадников, и, наконец, все они удалились. (14) А Клеарх не поднялся на холм, но остановил войско у его подножья и послал Ликия из Сиракуз и еще одного человека на вершину холма, приказав им сообщить о том, что они увидят по ту его сторону. Ликий поскакал и, произведя осмотр, донес, что враги бегут изо всех сил. (15) Примерно в это время зашло солнце.
Там эллины остановились, сняли оружие и передохнули. (16) В то же время они удивлялись тому, что нигде не видно Кира и что никто не приходит от него. Они ведь не знали о его гибели, но предполагали, что он либо удалился, преследуя врагов, либо прошел вперед по другой причине. (17) Эллины стали совещаться, следует ли им остаться на данном месте и подтянуть сюда обоз или вернуться в лагерь. Решили уйти и прибыли к палаткам примерно ко времени ужина. Так окончился этот день. (18) Эллины застали имущество по большей части разграбленным, в том числе и хранившиеся там припасы и питье, а также полные пшеничной муки и вина повозки, которые были заготовлены Киром для раздачи эллинам в случае наступления сильного голода. (19) Говорят, этих повозок было 400. Их тоже тогда разграбили солдаты царя. Таким образом, большая часть эллинов осталась без ужина, а между тем некоторые из них не успели и пообедать, так как царь показался прежде, чем солдаты были отпущены на обед. Так провели они эту ночь.
[1] Перевод сделан с издания: Xenophontis Expeditio Cyr recensuit Guilelmus Gemoll. Editio minor. Bibliotheca Teubneriana Lipsiae, 1910. Части текста, взятые в квадратные скобки, считаются Гемоллем не принадлежащими Ксенофонту позднейшими вставками древних издателей «Анабасиса». В круглые скобки заключены отдельные слова, введенные в текст переводчиком в целях необходимого иногда уточнения смысла греческих фраз.
Название произведения Ксенофонта – «Анабасис» (Ανάβασις – существительное от глагола αυαβαίνω – в буквальном переводе на русский язык означает «восхождение, подъем». Однако греки применяли глагол «восходить» не только тогда, когда речь шла о подъеме на гору, но и когда имелся в виду далекий путь в направлении от берега моря в глубь материка. Именно такой смысл имеет и заглавие труда Ксенофонта. Его можно было бы передать по-русски примерно как «Поход в глубь страны», в данном случае – в глубь Малой и Передней Азии.
[2] Дарий II Нот, царь Персии с 423 по 405 г. (вся встречающаяся в примечаниях хронология – до н. э.). Парисатида – сестра и жена Дария II – отличалась властолюбием и жестокостью, оказывала сильное влияние на мужа, а также на своего старшего сына – царя Артаксеркса II. Артаксеркс II Мнемон (Памятливый) – сын Дария и Парисатиды, царь Персии с 405 по 358 г. По одним известиям, он родился в 451 г., по другим, – в 443 г. Кир, согласно свидетельству Плутарха (Сравнительные жизнеописания. Артаксеркс, 2), родился после восшествия Дария на престол, т. е. не раньше 423 г., следовательно, в год смерти Дария ему было не более 18 лет. Притязания Кира на престол основывались на том, что он родился после воцарения Дария, тогда как Артаксеркс родился в то время, когда его отец еще не занимал престола. Известия о столь значительной разнице в возрастах Артаксеркса и Кира сомнительны, так как, согласно свидетельству «Анабасиса» (I, IX, 2: здесь и далее в ссылках на текст настоящего издания «Анабасиса» первая римская цифра обозначает книгу, вторая римская – главу, третья цифра, арабская, указывает параграф), оба брата воспитывались вместе, чего не могло быть даже в том случае если бы Артаксеркс был старше Кира на 20 лет.
Подробные сведения о Персии в эпоху Артаксеркса II и Кира Младшего можно найти в следующих работах: Б. А. Тураев. История Древнего Востока. Под ред. В. В. Струве и И. Л. Снегирева, т. II, 1936, Отд. V, стр. 109–201 (особенно стр. 138–174); здесь имеется и подробная библиография. – В. В. Струве. История Древнего Востока. ОГИЗ, 1941, гл. XXXII, стр. 376–388. – В. И. Авдиев. История Древнего Востока. 1948, гл. XVIII, стр. 443–476. – Специально Киру Младшему посвящена статья: Э. Н. Саломоник. Кир Младший. Уч. зап. Ленингр. гос. унив., Сер. историч. наук, вып. 10, 1941.
[3] Дарий находился тогда в Мидии (Передняя Азия), куда он направился в 404 г. для подавления восстания племени кадусиев.
[4] Сатрап – эллинизованное персидское слово «кшатрапаван», означающее – «блюститель области», т. е. наместник. Персидское царство делилось на сатрапии, которыми управляли сатрапы. В их руках была сосредоточена верховная административная власть области. Военная власть часто принадлежала другому лицу. При таком делении власти сатрап и военачальник взаимно контролировали друг друга. Кир, обладавший в своей сатрапии всей полнотой административной и военной власти, был наместником Лидии, Великой Фригии и Каппадокии (см. текст, I, IX, 7; см. также: Ксенофонт. Греческая история, I, IV, 3). Согласно Геродоту (III, 89 и сл.), Дарий I учредил в Персии 20 сатрапий, но это число не было постоянным. В некоторых областях Персии помимо сатрапа имелись наследственные туземные цари, князья и другие правители, а также вольные города, которые находились под верховным наблюдением сатрапа. Подробнее о сатрапах и сатрапиях см.: Б. А. Тураев. История Древнего Востока. Под ред. В. В. Струве и И. Л. Снегирева, т. II, Отд. V, 1936, стр. 138 сл.
[5] Кастола – долина у реки Гермоса в Лидии (западная часть Малой Азии). По поводу ежегодных смотров войска в Персии Ксенофонт (Домострой, 4) рассказывает: «Мы согласны, что персидский царь чрезвычайно заботится о военном деле: каждому правителю каждого народа, с которого он собирает дань, он предписал, сколько всадников, стрелков, пращников и вооруженных щитами он (правитель) должен содержать, сколько необходимо их для управления подчиненными ему (царю) и для защиты страны в случае нашествия неприятеля. Кроме того, он (царь) содержит гарнизоны в акрополях. Содержит их правитель, которому это поручено, а царь ежегодно производит смотр наемникам и другим войскам, которым предписано быть в полном вооружении. Всех, кроме гарнизонов, он собирает в одно место, где назначено собрание. Тех, которые (находятся) вблизи резиденции, он смотрит сам, а смотреть живущих далеко посылает надежных людей» (пер. Б. А. Тураева: История Древнего Востока, т. II, 1936, стр. 141). В Кастоле собирались на ежегодный смотр войска той части Малой Азии, которая расположена к западу от реки Галиса (современный Кизиль-Ирмак) (Ксенофонт. Киропедия, VI, 2, 11. – Ксенофонт. Домострой, 4, 6).
[6] Тиссаферн сын Гидарна – один из крупнейших государственных деятелей Персии в конце V и начале IV г. до н. э. После подавления восстания лидийца Писсутна он был назначен в 413 г. сатрапом Лидии, Карии и ионийских городов. Артаксеркс II был женат на дочери Тиссаферна Статире, а брат Тиссаферна Теритухм – на дочери Дария II Амастриде. Теритухм составил заговор с целью свержения Дария, но заговор был раскрыт и, по настоянию Парисатиды, были истреблены все потомки Гидарна, кроме Тиссаферна и Статиры. В 407 г. Артаксеркс II по требованию Парисатиды отнял от Тиссаферна Лидию и передал ее в управление Киру. Отсюда ненависть Тиссаферна к Киру. После гибели Кира Тиссаферн вновь получил в управление эту область. Парисатида сумела отомстить Тиссаферну за смерть сына лишь много позднее. В 395 г., после неудачной для персов битвы с греками, Тиссаферн впал в немилость у Артаксеркса. По приказу царя Арией, бывший ближайший помощник Кира, заманил Тиссаферна в ловушку и арестовал его. Тиссаферн был казнен в городе Келены во Фригии. Его голову Артаксеркс отослал своей матери.
[7] Гоплиты – тяжеловооруженная пехота, основная сила греческого войска. Вооружение гоплитов состояло из медного панциря, шлема, поножей (см. примеч. I, 33), большого щита, длинного тяжелого копья и короткого меча (см. примеч. I, 31); (в ссылках на примечания первая цифра указывает номер книги, вторая – номер примечания) по истории военного дела в древности см.: Ганс Дельбрюк. История военного искусства в рамках политической истории, т. I. Госвоениздат, М., 1939. – Е. Разин. История военного искусства, ч. 1. М., Воениздат, 1939.
[8] Плутарх (Сравнительные жизнеописания, Артаксеркс, 2, 3) передает другую версию этого события. Согласно его рассказу, Кир готовил покушение на жизнь Артаксеркса в Пасаргадах, во время церемонии коронования, но был выдан брату своим бывшим воспитателем-жрецом и Тиссаферном. Мать спасла Кира от казни.
[9] Греки называли варварами все негреческие народы и племена. Этот термин не имел в древности того презрительного оттенка, какой он приобрел впоследствии.
[10] Под титулом царя, без обозначения страны, греки подразумевали царя Персии, своим могуществом неизмеримо превосходившего прочих царей и царьков Востока, что находило себе выражение и в его персидском титуле «царя царей». Персия была первой державой, объединившей под своей властью весь Ближний Восток.
[11] Ионийские города – греческие города Ионии (в центральной части западного побережья Малой Азии), которые находились под властью Персии, обязаны были платить ей дань и оказывать военную помощь. Персидское правительство через соответствующего сатрапа и поставленных им тиранов контролировало внешнюю и внутреннюю политику городов, предоставляя им в остальном полную автономию. Во время Пелопоннесской войны царь Персии, по словам Фукидида (VIII, 57), «…хотел уравновесить взаимное положение греков», оказывая помощь то олигархической Спарте, то демократическим Афинам, стремясь таким образом затянуть войну и ослабить обе стороны, и в зависимости от этого поддерживал в греческих городах Малой Азии то олигархическую, то демократическую партии. К концу войны (в 411/10 г.) Спарта путем отказа от независимости греческих городов Малой Азии добилась того, что Персия склонилась на ее сторону и оказала ей значительную денежную помощь. Проводником этой дружественной Спарте политики персидского царя был Кир, тогда как Тиссаферн заступался за Афины. Ксенофонт в данном случае излагает события неточно и освещает их с предвзятой, выгодной для Спарты, точки зрения. Ионийские города не сами отпали от Тиссаферна к Киру, но были отторгнуты спартанцами под предводительством друга Кира Лисандра, который ввел в них олигархический строй.
[12] Греческие города западного побережья Малой Азии со времен Дария I платили персидскому царю определенную дань (Геродот, VI, 42). При Кире и Камбизе подчиненные Персии области вместо установленной дани ежегодно подносили царю подарки (Геродот, III, 89).
[13] Клеарх, сын Рамфия, – выдающийся спартанский полководец, упоминаемый целым рядом греческих историков: Фукидидом, Ксенофонтом, Диодором и другими. Биография Клеарха, изложенная Ксенофонтом в «Анабасисе» (II, VI, 1–15) после рассказа о его смерти, в общем передана правильно, за исключением периода его жизни от последних лет Пелопоннесской войны до знакомства с Киром. Выдвинувшись в качестве талантливого полководца во время Пелопоннесской войны, Клеарх в 408–407 гг. потерпел неудачу при защите осажденного афинянами Византия (в отсутствие Клеарха город был сдан врагам несколькими гражданами Византия). В 403 г. Клеарх был послан эфорами (см. примеч., II, 24) в Византий в качестве гармоста (см. примеч., V, 26). Мстя за свою прежнюю неудачу, он проявил такую жестокость по отношению к византийцам, что эфоры отправили войско с целью изгнания Клеарха из этого города. Клеарх удалился во Фракию в качестве изгнанника, так как эфоры заочно приговорили его к смерти за непослушание. Ксенофонт, высоко чтивший Клеарха, умолчал об этих невыгодных для Клеарха фактах. Но общая характеристика, которую Ксенофонт дает Клеарху, несомненно близка к действительности. Это был типичный для того времени военный авантюрист, который путем военной карьеры стремился достигнуть власти.
[14] Дарик – золотая персидская монета, весом около 8,4 г. 3000 дариков составляли 1 талант (греческая весовая и денежно-весовая единица, равная примерно 26 кг).
[15] Союзы гостеприимства заключались между гражданами различных греческих государств для взаимной охраны их интересов в пределах этих государств. Союзы гостеприимства имели большое значение для урегулирования внешних сношений городов, так как действие законодательства в каждом из них не простиралось на граждан других греческих государств. Кир, который знал и любил греческую культуру, пользовался этой юридической формой для сношения со своими эллинскими помощниками.
[16] Проксен-беотиец – один из стратегов-наемников Кира, друг Ксенофонта. «Анабасис» (II, VI, 16) сообщает биографию Проксена и характеризует его как честолюбивого, но благородного представителя греческой молодежи из высших слоев общества, обладавшего мягким характером, мало подходящим для роли военного авантюриста. В своей собственной автобиографии (см. текст, III, I, 4 и cл.) Ксенофонт рассказывает, как Проксен убедил его принять участие в походе Кира.
[17] Писидия – горная область на юге Малой Азии, между Ликией и Киликией. Писидийцы, так же как и обитатели смежных областей – Ликаонии, Исаврии и Памфилии, – жили в расположенных на высоких горах Тавра поселениях и городах. До середины V в. они подчинялись персидскому владычеству, но затем, пользуясь ослаблением центральной власти в Персии, отложились и стали совершать набеги на соседние, подвластные персам, области. Персы уже не были в состоянии подчинить себе полностью как эти, так и многие другие горные области Малой Азии (см. текст, III–V).
[18] Софенет из Стимфалы (Аркадия) – один из стратегов в греческом войске Кира. Софенет известен нам только по «Анабасису» Ксенофонта, но у Стефана Византийского встречается упоминание о том, что некий Софенет написал книгу Κύρου Αυάβασις – «Поход Кира в глубь страны», – и большинство современных ученых полагает, что автором этого труда был Софенет, стратег наемников Кира. Месс (Mess) в журнале «Rheinisches Museum» (1906, стр. 360–390) пытался доказать, что мемуары Софенета послужили источником для Диодора в его повествовании о походе наемников Кира (XIV, 19–31), но эта гипотеза не может считаться общепризнанной [см.: Pauly-Wissova. Realencyclopadie, Sophainetos (Bux). В дальнейшем – RE].
[19] Акрополь – возвышенная и укрепленная часть греческого города, примерно соответствующая русскому Кремлю.
[20] Гимнеты – легковооруженная пехота, не имевшая оборонительного оружия. Гимнеты делились на метателей дротиков, пращников и лучников. Так же как и пельтасты (см. сл. примеч.), гимнеты действовали преимущественно в рассыпном строю.
[21] Пельтасты – род войска, занимавший среднее место между гоплитами и гимнетами. Свое имя они получили от «пельты» – легкого круглого щита, который составлял часть их вооружения. Кроме пельты у них имелись короткие полотняные панцири, дротики и длинные мечи. Пельтасты как особый род пехоты появились в греческом войске лишь во время Пелопоннесской войны. Широкое применение они получили в начале IV в. благодаря афинскому полководцу Ификрату.
[22] Кир выступает из г. Сард ранней весной 401 г. Первоначально он направляется на юго-восток (см. карту в конце книги) в сторону Писидии, желая, вероятно, как можно дольше сохранить видимость похода против этой страны. Но, дойдя до горной цепи Тавра, образующей северную границу Писидии, он не пытается вторгнуться в эту область, а уклоняется в сторону, сперва на восток, затем на север и, наконец, на юго-восток, в Ликаонию – страну, граничащую с Писидией с северо-востока. Так как он при этом идет все время вдоль Тавра, то его истинные планы еще не обнаруживаются: войско могло думать, что Кир ищет удобного места для вторжения в Писидию. Когда же затем Кир через Тавр вторгается не в Писидию, а в Киликию, через которую проходил наиболее удобный путь в Сирию и Месопотамию, его скрытые намерения становятся понятными для греческого войска (см. текст, I, III, 1 и сл.).
На основании данных «Анабасиса» о днях, проведенных наемниками Кира в пути, и продолжительности остановок некоторые ученые пытались воссоздать календарные даты всего похода. Но эти попытки основаны на догадках и не приводят к несомненным результатам, хотя бы уже потому, что не известен день выступления из Сард.
[23] Парасанг – персидская мера длины; вероятно, условная величина, определяемая количеством времени, нужным для прохождения этого расстояния. Плетр – греческая мера длины, равная примерно 3 м.
[24] Менон – родом из Ларисы в Фессалии, помимо рассказа Ксенофонта известен нам по диалогу «Менон» Платона и по упоминаниям у некоторых поздних авторов. Уничтожающая характеристика, которую ему дает Ксенофонт (см. текст, II, VI, 21–29), видимо, пристрастна. Менон был соперником Клеарха и претендовал на первое место среди стратегов греческих наемников Кира. Ксенофонт считал его предателем и виновником смерти четырех других стратегов, в том числе Клеарха и друга Ксенофонта Проксена, и сильно сгустил краски, оценивая Менона как военачальника и человека. По крайней мере, у Платона Менон охарактеризован иначе. Однако дурная слава Менона как предателя укрепилась среди эллинов и дожила до поздней Античности (см.: Афиней. XI, 505). Долопы – племя, обитавшее в Эпире; энианы – жители южной Фессалии; олинфяне – жители г. Олинфа.
[25] Ксенофонт в «Домострое» (гл. 4) рассказывает: «Где бы царь ни жил, куда бы ни отправлялся, он заботится, чтобы везде были сады, называемые «парадисами», полные всем красивым и хорошим из того, что может производить земля. В них он проводит большую часть времени, если этому не препятствует время года». Дальше Ксенофонт передает анекдот о прогулке Кира с Лисандром в парке Сард, причем Лисандр выражает свое удивление «…красоте деревьев и тому, что они все одинакового роста, посажены прямыми рядами, под прямыми углами; что их во время прогулки сопровождали приятные запахи». А Кир в своем ответе уверяет Лисандра, что он сам «…все это размерил и распределил, кое-что даже и сам посадил!».
[26] Фут – греческая мера длины; аттический фут равен 0,296 м.
[27] Имеется в виду известный миф о сатире (см. примеч., I, 30) Марсии, осмелившемся вступить в музыкальное соревнование с самим Аполлоном. Согласно этому мифу, Аполлон, одержав победу над Марсием, в наказание за его дерзость велел содрать с него кожу. Ксенофонт описывает пещеру и реку Марсий как виденную им по пути достопримечательность. Город Келены упоминается и Геродотом (VII, 26): «После переправы через реку Галис войска (Ксеркса) вступили во Фригию, прошли ее и пришли в Келены, где показываются ключи реки Меандра и другой, не уступающей Меандру по величине и носящей имя Катарракты – река эта начинается на рынке в Келенах и изливается в Меандр. Подле этого рынка висит мех из кожи сына Силена Марсия, относительно которого фригийцы рассказывают, что Аполлон содрал с него кожу и там повесил ее».
[28] В 480 г.
[29] Ликеи – праздник в честь верховного греческого бога Зевса, справлявшийся в Аркадии на Ликейской горе, где находилось очень древнее святилище Зевса. Помимо жертвоприношения Зевсу на этом празднике происходил также агон, т. е. состязание, в данном случае гимнастическое (гимнический агон, см. текст, IV, VIII, 25). Греческий военачальник Ксений на чужбине справлял обычай своей страны. Стленгиды – скребки, при помощи которых греки после гимнастических упражнений счищали с тела грязь и масло.
[30] Мидас – полулегендарный царь Фригии. Сатир – одно из низших божеств греческой мифологии, спутник бога Диониса, питавший пристрастие к «влаге Диониса» – вину. Легенда о поимке сатира приурочивалась и к другим местностям (см.: Геродот, VIII, 138).
[31] Принятый у греков боевой порядок построения войска – фаланга. Это тесно сомкнутое, непрерывное линейное построение гоплитов. Фаланга имела большую протяженность в ширину и несколько шеренг в глубину (в данном случае 4). Занимать правый фланг считалось особенно почетным. Это место было самым опасным, потому что гоплиты держали щит в левой руке. Атака велась параллельным фронтом, шагом или бегом, под звуки боевой песни – пеана. В пеане криками «А-ля-ля!» призывался бог Энниалий – одно из наименований бога войны Ареса. При помощи фаланги эллины направляли «…всю тяжесть их сосредоточенной и двигающейся массы на определенный пункт вражеского фронта». (К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XI, ч. II. М., 1933, стр. 439. См. также: Е. Разин. История военного искусства, ч. I. 1939, стр. 59 и сл.)
[32] Стратегами в Афинах первоначально назывались члены верховной военной коллегии из 10 лиц, ежегодно выбиравшихся из числа полноправных граждан. В «Анабасисе» термин «стратег» употребляется в смысле военного начальника.
[33] Хитон – род рубашки без рукавов. Кнемиды – поножи (металлическая броня, защищавшая колено и голень воина от ударов во время боя).
[34] Киликия – область на юго-востоке Малой Азии. Имела очень большое стратегическое значение, так как через нее проходила кратчайшая дорога в Сирию и Месопотамию (см. текст, I, IV, 4). Ксенофонт весьма наглядно описывает эту страну, представлявшую собой плодородную приморскую равнину, окруженную труднопроходимыми горами Тавра и потому совершенно обособленную. Во времена Ксенофонта Киликии принадлежали также земли к северу и северо-востоку от Тавра. По течению Евфрата Киликия в это время граничила с Арменией. Киликия входила в состав Персидского царства, но управлялась династией местных царей, оставленной у власти потому, что она добровольно подчинялась Киру Старшему. Согласно свидетельству Курция Руфа (III, 4), кроме Киликийских ворот в древности известно было еще два прохода в Киликию через Тавр (см.: F. Shaffer. Die kilikischen Hochpasse und Menon’s Zug nach Tarsus; Jahrb. d. Oestr. Arch. Inst., 1901, SS. 204–207. – Walter Siche. Der March des Cyrus durch Kappadozien und Zilizien. Petermanns Mitteilungen, 1919, 2. Halbband, SS. 233–236, Taf. 39). Путь через Киликийские ворота доступен повозкам в течение круглого года. Остальные два пути совершенно непроходимы зимой, а летом по ним можно двигаться лишь пешком или верхом. Эпиакса и Менон, вероятно, направились по наиболее прямой тропе через Ларанду (ныне Карамап) и Мару на Селевкию и оттуда по берегу моря до Тарса. Продолжительность всего пути около 5 дней. Таким образом, отряд Менона зашел в тыл войскам Сиеннесия, охранявшим Киликийские ворота, вследствие чего эти войска и не были в состоянии противодействовать армии Кира, когда она подошла из г. Даны к главному проходу в Киликию. Это обходное движение имело полный успех.
[35] Значение этого титула не вполне ясно. Быть может, так назывались высокопоставленные персы, имевшие право носить пурпурные кафтаны, или знаменосцы, так как персидские знамена были пурпурного цвета, а может быть, лицо, управлявшее царскими красильнями.
[36] Кир Младший вторгся в Киликию через так называемые «Киликийские ворота», единственный удобопроходимый путь через Тавр. Диодор (XIV, 20) описывает его следующим образом: «Это узкий проход длиной в 20 стадий (около 3,5 км), замкнутый по обеим сторонам высокими и крутыми горами. С той и с другой стороны с гор к дороге спускается стена и на ее стыке построены ворота». Согласно описанию В. Зихе (см. Примеч., I, 34), ущелье начинается в 25 км к югу от г. Даны (ныне Килиссе-Гисар) у местечка Оваджик. Здесь Кир, вероятно, пережидал уход Сиеннесия с вершин. От Оваджика дорога очень круто поднимается в горы и вступает в ущелье. У местечка Иоллек-Богаз ущелье имеет всего несколько метров ширины, и здесь, вероятно, находились ворота. Все горное ущелье тянется примерно на 87 км.
[37] Триера – корабль с тремя рядами гребцов. См. примеч., I, 44.
[38] Иссы – приморский город в Киликии, близ границы Сирии. Знаменит победой, одержанной в этих местах Александром Македонским над персами (333 г.).
[39] Лох – тактическая единица пехоты в греческом войске, приблизительно соответствующая современной роте. Численность лоха не была постоянной, но по большей части равнялась примерно 100 человекам.
[40] Залогами верности могли быть клятвы, скрепленные взаимным пожатием правой руки, возлияниями и жертвоприношениями, обмен заложниками и т. п.
[41] Диодор (XIV, 20) иначе, чем Ксенофонт, описывает поведение царя Киликии Сиеннесия. По его словам, не будучи в состоянии противиться Киру силой, он решил повести двойственную политику. Одного из своих сыновей Сиеннесий отправил вместе с Киром в поход против Артаксеркса, дав ему воинский отряд. Но одновременно тайно послал другого сына к персидскому царю, чтобы оповестить последнего о численности войска Кира, о своей верности и готовности предать Кира при первом удобном случае. Ухищрения Сиеннесия, видимо, не имели успеха, так как в IV в. его династия уже не правила Киликией, вероятно, вследствие пропуска Кира через эту страну. Акинак – короткий персидский меч.
[42] Солдаты в греческом войске не получали пайка. Они должны были сами себя содержать, покупая продукты на базаре, если войско находилось в дружественной стране. Во вражеской стране войско обычно жило грабежом. Только в исключительных случаях – например, при переходе через пустыню – войско везло с собой запас продовольствия. Одной из главных для стратега была забота о наличии базара со съестными припасами близ стоянок войска.
[43] Стадий – греческая мера длины, равная греческим 600 футам. Так как фут в отдельных городах Эллады имел различную длину, то соответственно колебалась и длина стадия. Наибольшее распространение имел аттический стадий, равный примерно 0,177 км. Ксенофонт как афинянин считает аттическими стадиями.
[44] Перед нами в данном случае пример сознательного извращения Ксенофонтом исторического факта, пример особенно любопытный, потому что тот же Ксенофонт в другом сочинения, а именно в «Греческой истории» (III, I, 1), излагает те же события в ином, правильном освещении. В «Анабасисе» Ксенофонт рассказывает, что в Иссы прибыло 35 триер лакедемонцев под начальством наварха (наварх – командующий спартанским флотом) Пифагора вместе с 25 кораблями самого Кира, причем из Эфеса весь этот флот вел египтянин Тамос, который помогал Киру при осаде Милета. Между тем в «Греческой истории» читаем: «Через короткое время после этого (в 402/1 г.) Кир, отправив послов в Лакедемон, просил, чтобы лакедемоняне приняли в нем такое же участие, какое он сам принял в них во время их войны с афинянами. Эфоры сочли его просьбу справедливой и поручили Самию, занимавшему тогда пост наварха, оказать потребную помощь Киру. Последний охотно исполнил просьбу Кира: во главе своего флота и флота Кира он поплыл вдоль берега в Киликию и добился того, что властитель Киликии Сиеннесий потерял возможность оказывать на суше противодействие Киру, идущему походом на персидского царя» (пер. С. Я. Лурье). В «Анабасисе» Ксенофонт умалчивает о посольстве Кира в Лакедемон – факт, упоминаемый и другими писателями (Диодор, XIV, 19; Плутарх, Артаксеркс, 6), а начальниками морской экспедиции, вместо Самия, он называет египтянина Тамоса и вымышленное лицо – наварха Пифагора. Ксенофонт всячески старается замолчать прямое участие Спарты в походе Кира. Причины, побудившие Ксенофонта поступить таким образом, раскрыты Эд. Мейером (Ed.Meyer. Geschichte des Altertums, B. III, S. 278). «Анабасис» написан между годами 379 и 371, когда Спарта была в добрососедских отношениях с Персией и ее царем Артаксерксом. Поэтому спартанцам было желательно затушевать их участие в походе мятежника Кира. А «Греческая история» составлена после 369 г., когда Персия встала на сторону враждебных Спарте Фив, ввиду чего уже не было никаких препятствий для изложения данного факта согласно с действительностью. Когда Ксенофонт писал свои воспоминания о походе Кира Младшего, он находился в полной политической и, вероятно, и экономической зависимости от Спарты и не мог не считаться с интересами своих покровителей (см. текст, I, II, 21).
[45] Согласно свидетельству Диодора (XIV, 19), 800 спартанских воинов под предводительством Хирисофа были посланы Киру Спартой в ответ на его просьбу о помощи.
[46] Геродот (V, 52 и сл.) рассказывает, что на больших дорогах Персии, по большей части на границе отдельных сатрапий и в труднопроходимых по природным условиям местностях, были построены укрепления, которые он называет «воротами» или «проходами». Ворота охранялись гарнизонами, правительство имело, таким образом, возможность контроля над движением по дорогам и в случаях надобности могло оказать вооруженное сопротивление в данных укрепленных пунктах. Описанные Ксенофонтом «ворота» из Киликии в Сирию, упоминаемые и другими греческими писателями, находились, как передает Страбон (XIV, 5, 18; XVI, 2, 8), «…в самой природой укрепленном пункте», в том месте, где гора Аман ответвляется от Тавра и, протянувшись вдоль Киликии с восточной стороны, подходит к морю. Проход этот также назывался Аманскими воротами. У северного их входа до настоящего времени сохранились развалины древнего сторожевого укрепления (см.: Explorations in Hittite Asia Minor in 1929. Oriental Inst. of the Univ. of Chicago. Orient. Inst. Communications, № 8, р. 59).
[47] Имеется в виду учрежденная персидским правительством так называемая провинция по ту сторону реки, в которую входили области к югу от Тавра и Амана и к западу от Евфрата. К ней принадлежал и Кипр. Сюда же, по-видимому, была присоединена и Арамейская область к востоку от Евфрата, а также Месопотамская пустыня вплоть до границы вавилонской области (см.: Ed.Meyer. Geschichte des Altertums, B. III, S. 136). Начиная с этого пункта, описание Ксенофонтом местностей, через которые проходит войско, становится менее подробным.
[48] См. текст, I, III, 7.
[49] В культе семитической богини Атаргатис большое значение придавалось священным рыбам; главный храм Атаргатис находился в городе Бомбике, расположенном к северо-востоку от реки Гал, недалеко от Евфрата и от пути, по которому шла армия Кира. Культ богини был очень распространен в населенных семитами областях.
[50] Члены царской семьи, а также отдельные персидские магнаты, получали доходы натурой с городов и областей, подаренных им с этой целью царем. Эти средства шли на содержание двора и на гардероб. Выражение «на пояс», вероятно, означает «на наряды». Геродот (II, 98, 99) передает, например, что город Атилла в Египте поставлял персидской царице обувь. Доходы с упоминаемых в «Анабасисе» (II, IV, 27) других деревень Парасатиды шли, надо полагать, на иные цели.
[51] Евфрат – крупнейшая река Передней Азии, берет свое начало двумя рукавами в северо-восточной части Малой Азии и впадает в Персидский залив.
[52] Вавилон – древняя столица Вавилонского царства, основанная, вероятно, в третьем тысячелетии. Находился на реке Евфрате. Персидский царь обычно проводил там зимние месяцы.
[53] См. текст, I, I, 2.
[54] Мина – греческая мера веса, равная примерно 617 г.
[55] Фрурарх – начальник гарнизона. Лохаг – начальник, командир лоха.
[56] Глус – сын египтянина Тамоса, переводчик и друг Кира; после смерти Кира перешел на сторону Артаксеркса и впоследствии был адмиралом персидского флота.
[57] После переправы через Евфрат войско Кира вступает в Месопотамию и идет по Месопотамской пустыне, которая представляет собой продолжение Аравийской пустыни, отделенное от последней рекой Евфратом.
[58] Ксенофонт неправильно называет Аравией область от реки Аракса до границы Вавилонии. Аравия – область между Сирией и Месопотамией.
[59] Слово «пилы» по-гречески означает «ворота». Здесь проходила граница вавилонской области. Очевидно, в Пилах находилось укрепление (ворота), охранявшее вход в вавилонскую область по большому торговому пути от Вавилона в Киликию (см. текст, I, IV, 4; Примеч., I, 46).
[60] Капифа – персидская мера сыпучих и жидких тел, равная примерно 2,3 л; сикль – персидская серебряная монета весом в 5,6 г.; обол – греческая мелкая серебряная монета; хойник – греческая мера сыпучих тел, равная примерно 1,1 л.
[61] Между центральной частью пустыни и Евфратом встречаются местами огромные, покрытые жидкой грязью пространства – результат испарения осадков, выпадающих здесь в период дождей, между ноябрем и апрелем.
[62] Анаксириды – длинные и узкие персидские штаны.
[63] По подсчету Эд. Мейера (Ed.Meyer. Geschichte des Altertums, B. III, S. 91), народонаселение персидского государства составляло не менее 50 млн человек.
[64] Способ переправы через реку, практикуемый в тех местах и по настоящий день, описан также у Арриана (Анабасис, III, 29, 4) и в Бехистунской надписи Дария.
[65] Среди высших персидских сановников имелось семь советников – ближайших помощников царя. Кир как сатрап и царский сын, по-видимому, имел при себе такое же число ближайших советников. Его двор был организован по образцу двора персидского царя.
[66] В Персии при появлении царя все подданные обязаны были пасть перед ним на землю, выражая этим поклонение царю как божеству. Судя по данному описанию Ксенофонта, некоторые персидские вельможи получали такую же дань поклонения от своих приближенных.
[67] Не объясненный еще персидский придворный титул. Кузэн (Cousin. Kyrus le jeune en Asie Mineure, р. 128 etc.) полагает, что его носили евнухи царского гарема.
[68] Геродот (I, 137) говорит: «Обычай этот (относящийся к воспитанию мальчиков в Персии. – М.М.) я нахожу похвальным, равно как и тот, что ни сам царь не предаст никого смерти за одну вину, ни другой кто-либо из персов не наказывает смертью своих слуг, провинившихся однажды. Только расследовав и убедившись, что виновный совершил много преступлений и что причиненный им вред превышает заслуги виновного, только тогда персы изливают свой гнев». Геродот, безусловно, идеализирует обычаи персов. Имеется много свидетельств жестокости персидских правителей по отношению к подчиненным. Обречение на смерть путем прикосновения к поясу обвиняемого засвидетельствовано для персов и другими античными писателями (см.: Диодор, XVII, 30 и др.).
[69] В греческих государствах отличившиеся граждане награждались венками. Золотые венки считались высокой наградой. Кир здесь следует эллинскому обычаю.
[70] Согласно Ксенофонту (Киропедия, VI, 1, 30), обычные боевые колесницы были превращены в серпоносные колесницы при Кире Старшем и с тех пор вошли в употребление в персидском войске. К оси с каждой стороны были прикреплены железные серпы длиной в два локтя (около 0,9 м), одна пара острием кверху, другая – острием книзу. Эти серпы должны были искрошить все живое, попадавшееся на пути колесниц (см. также: Диодор, XVII, 53).
[71] Согласно Диодору (XIV, 19 и 21), армия Кира насчитывала 70 000 варваров, среди них 3000 всадников и 13 000 греческих наемников, главным образом пелопоннесцев, а армия Артаксеркса состояла из 400 000 человек. Некоторые исследователи (см.: W. W. Tarn. Cambridge Ancient History, t. VI, р. 7) считают и эти цифры непомерно раздутыми и предполагают, что армии обоих противников были приблизительно равны по численности и состояли каждая примерно из 30 000 человек, но Артаксеркс имел большое преимущество в коннице – 6000 человек против 2500 всадников Кира, что и решило исход сражения.
[72] Оргия – греческая мера длины, равная 1,85 м.
[73] Имеется в виду более подробно описанное Ксенофонтом (см. текст, II, IV, 12) заградительное сооружение, построенное Навуходоносором II (605–562) в том месте Месопотамии, где Тигр и Евфрат всего ближе подходили друг к другу. Восточный его конец упирался в Тигр, где впоследствии был построен город Селевкия на Тигре, а западный – в город Синнару, мимо которого протекал в то время Евфрат, переместивший впоследствии свое русло далее на запад. Длина сооружения равнялась примерно 30 км. Это был глубокий, наполненный водой ров с земляным валом, укрепленным кирпичной, уложенной в цемент стеной (см.: RE Μηδίας Τειχος). Эд. Мейер помещает эту стену в другое место (Ed.Meyer. Sitzungsberichte der Preussischen Academie der Wissenschaften, 1912, S. 1062).
[74] Восьмая и десятая главы первой книги «Анабасиса» посвящены описанию решающей битвы между Киром и Артаксерксом, так называемой битвы при Кунаксе, – наименование, заимствованное из Плутарха (Артаксеркс, 9). Точное местоположение Кунаксы не установлено. Возможно, она находилась близ холма Куниэ, примерно в 82 км к северу от Вавилона. Описание битвы у Ксенофонта отличается живостью и наглядностью. Еще Плутарх отзывался о нем с большой похвалой, говоря, что Ксенофонт сумел изобразить ход сражения с такой силой, что читатель как бы сам чувствует опасность и переживает событие не как прошлое, а как живое настоящее. Но некоторые ученые (см., например, W. W. Tarn. Cambridge Ancient History, t. VI, р. 7) считают это описание неточным и предпочитают ему изложение того же события у Диодора (XIV, 23, 24). Согласно Диодору, решающее значение в битве имела многочисленная конница Артаксеркса, которую Тиссаферн бросил в брешь, открывшуюся в строю Кира вследствие наступления греков под командой Клеарха.
[75] Арией – друг Кира и начальник его варварского войска. Как явствует из последующего рассказа Ксенофонта, первое время после битвы при Кунаксе он поддерживал дружеские отношения с эллинским войском, но, получив от Артаксеркса обещание безопасности, он предал эллинов и принял участие в пленении и убийстве стратегов и лохагов, совершенном по приказу Тиссаферна. Получив в управление сатрапию, Арией в 395 г. по приказу царя схватил и казнил Тиссаферна (см. Примеч., I, 6). В 394 г. он, по-видимому, принял участие в восстании против персидского царя (Ксенофонт. Греческая история, IV, I, 27).
[76] Каре строилось таким образом, что его головная и замыкающая части представляли собой фаланги, а боковые ряды – колонны. Между сторонами каре под прикрытием войска помещались легковооруженные, обоз и нестроевые участники похода.
[77] В религиозном культе греков весьма важное значение имело искусство толковать знамения, посылаемые, как полагали греки, богами людям для руководства в жизни (мантика). Подобные гадания производились главным образом по полету и крику птиц и по внутренностям приносимых в жертву животных, а также путем толкования снов. К жертвоприношениям прибегали и тех случаях, когда намечались какие-либо важные действия. На войне, как правило, не принимали никаких решений без подобных жертвоприношений (иероскопия). Гадания производились перед выступлением в поход, при переходе через границу вражеской страны, перед битвой и т. д. Ксенофонт, уже будучи стратегом, хвалится тем, что он ничего не предпринимал, не посоветовавшись с богами. Так как гадание по внутренностям животных в представлении греков было делом сложным и требовавшим специальных знаний, то оно обычно поручалось ученым жрецам-гадателям, которые благодаря этому приобретали большое влияние. Несколько таких гадателей состояло и в эллинском войске Кира. Однако многие лица, и в том числе Ксенофонт, не будучи профессиональными гадателями, обладали достаточными познаниями в данной области и могли контролировать жрецов. В случае неблагоприятного исхода жертвы жертвоприношения обычно повторялись до тех пор, пока не получались хорошие предзнаменования.
[78] Культ Зевса-Спасителя был широко распространен по всей Элладе. Этот бог особенно часто призывался греками перед началом сражений. См. примеч., III, 9.
[79] См. примеч., I, 31.
[80] Персидская пехота не имела оборонительного оружия, кроме легкого, обтянутого кожей щита. Ее вооружение не годилось для рукопашного боя с облаченными в шлемы, панцири и поножи эллинскими гоплитами. Поэтому персидское войско не могло выдержать натиска тяжеловооруженной эллинской пехоты.
[81] В последней главе «Киропедии» (VIII, 8, 24 и сл.), где повествуется об упадке военного дела у персов во времена Ксенофонта, сообщается, что хотя серпоносные колесницы по-прежнему, как и в былые времена, посылаются в бой, но не приносят вреда врагу, так как возницы до столкновения с врагами либо падают с колесниц, либо с них соскакивают, и последние, лишенные управления, нередко наносят больше вреда своим, чем неприятелю.
[82] Греки очень опасались паники, возникавшей иногда при состязаниях колесниц на гипподромах вследствие пугливости лошадей. При большом количестве одновременно выпускаемых на пробег колесниц (иногда до 40) паника действительно могла повлечь за собой тяжелые последствия и для собственников упряжек, и для возниц. На больших гипподромах Эллады – в Олимпии, Дельфах и других – существовал алтарь, носивший название «конского пугала» (Ταραξίππος), посвященный какому-нибудь местному герою, обладавшему, согласно верованиям греков, силой наводить испуг на лошадей. На этих алтарях возницы перед состязаниями приносили жертвы умилостивления (Павсаний. Описание Эллады, VI, 20, 8).
[83] См. примеч., I, 66.
[84] Сотрапезниками назывались те чиновники и приближенные персидского царя, которые однажды в течение дня столовались во дворце за счет царя. В обычные дни они ели в отдельном от царя помещении, но по праздникам и в торжественных случаях царь ел за одним с ними столом. Придворные обычаи сатрапа Кира и в этом отношении копировали большой двор царя.
[85] Врач Ктесий – грек, уроженец г. Книда. Ктесий провел 17 лет при дворе персидского царя (с 414 по 398 г.) и написал историю Востока; он изложил в своем труде и историю похода Кира Младшего. Плутарх использовал труд Ктесия для своей биографии Артаксеркса. Как видно из данного места «Анабасиса», Ксенофонт также читал Ктесия. До нас эта работа дошла лишь в извлечениях византийского патриарха Фотия.
[86] Девятая глава первой книги «Анабасиса» целиком посвящена характеристике Кира. Личность юного претендента на персидский престол (если верить Плутарху, Кир погиб, имея от роду самое большее 22 года) произвела на Ксенофонта сильное впечатление, и на протяжении всей первой книги «Анабасиса» фигура Кира вольно или невольно выдвигается у него на первый план, привлекая к себе симпатии читателя. Заключительная характеристика дополняет набросанный попутно с изложением событий похода образ Кира, который, несомненно, был незаурядным персидским деятелем, он обладал большой энергией, широтой взглядов, личным мужеством и умением привлекать к себе людей; в отличие от других знатных персов, он знал и любил греческую культуру и мог объясняться на греческом языке (см. текст, I, 8, 15); но все же Ксенофонт сильно идеализировал своего героя, умолчав о менее привлекательных сторонах его характера – неукротимом честолюбии, самомнении и жестокости по отношению к тем, кто стоял на его пути (Кир казнил своих двоюродных братьев Актобесака и Митрея по одному подозрению в недостаточном к нему почтении). Созданный Ксенофонтом образ Кира как бы воплотил в себе все черты идеального правителя государства согласно представлениям самих персов, отчасти воспринятых Ксенофонтом. В своем позднейшем произведении – «Киропедии» (Воспитание Кира) – Ксенофонт подробно развил взгляды на образцового главу государства, применительно к личности Кира Старшего, но приписывая последнему многие черты характера Кира Младшего.
[87] О воспитании сыновей знатных персов Ксенофонт подробно рассказывает в своем сочинении «Киропедия».
[88] Охота была не только любимым времяпрепровождением персидских вельмож, но на нее смотрели также как на упражнение в воинской доблести и подготовку к воинским подвигам. Знатные персидские юноши вступали друг с другом в соревнование во время охоты.
[89] См. примеч., I, 11.
[90] Поднесение подарков (одна из форм натуральной подати) царю и могущественным персидским магнатам было обязательным для всех лиц, так или иначе входивших с ними в соприкосновение, а также для подвластных городов и областей. Историк Феопомп рассказывает (F. Jacoby. Die Fragmente der griechischen Historiker, В. 2. Berlin, 1927, SS. 526–617, Fragm. 125): «Все имеющиеся в персидском государстве продукты природы и ремесленные изделия доставляются царю в виде подарков: ковры, одежда, палатки, мебель художественной работы, золотые и серебряные сосуды, бесчисленное количество оружия, кроме того, вьючные животные и убойный скот, далее пряности, шелк, бумажные ткани и вообще все, что может найти себе какое-либо применение».
[91] Имя этой уроженки Фокеи – Мильто. Кир называл ее Аспасией по имени знаменитой подруги Перикла (Плутарх. Перикл, 26–28. – Элиан. Variae Historiae, XII, 1). Она стала наложницей Артаксеркса.
[92] Царский штандарт упоминается Ксенофонтом в «Киропедии» (VII, 1, 4): «Золотой орел, поднятый на длинное копье».