Все чаще и все громче говорят о школьном самоуправлении. То оно есть, то было, но не удалось, то будет. Если в какой-нибудь школе есть самоуправление, то чаще слышатся жалобы, чем выражения удовлетворения. Мол, вроде бы есть самоуправление, но прав оно никаких не дает. Жалуются на членов правления – плохо работают или вообще ничего не делают, на товарищей – пренебрегают добровольно принятыми решениями и мешают работать, наконец, на учителей – их недоверие к самоуправлению сводит на нет энтузиазм школьников. Хуже, что не все знают, чтó вообще означает это самое самоуправление. Можно ли назвать самоуправлением кружки и комиссии, издание газеты и сбор взносов – или нет?
Самые смелые говорят, что только участие делегатов в педагогических советах может обеспечить права школьников и позволить контролировать жизнь школы и вообще влиять на нее.
Если подвести итог, получится, что самоуправление – не слишком удачная попытка: вместо порядка получается хаос, вместо согласия и покоя – недовольство и конфликты.
То, что есть, – кружки по интересам, школьный магазин, взаимопомощь, газета, комиссии и клубы – это ветви дерева, но где же его ствол и корни?
Мы часто сталкиваемся с упреком, что попытки самоуправления даже вредны, потому что порождают ненужную болтовню, отвлекают на бесплодные собрания, провоцируют амбиции выборами на должности старосты и председателя, а в конечном счете приводят к неверному или вынужденному решению и ошибочным действиям.
– Один поднимет руку, а за ним – остальные.
– Кто красивее говорит, тот и прав.
– Как учитель сказал, так все и решили.
Даже если педсовет недоволен голосованием, это ничего не значит. Хуже, что сами школьники недовольны ими же выбранными представителями.
Тогда зачем это все? Вместо того чтобы притворяться, лучше уж подчиняться, как оно всегда и было, лучше все оставить по-прежнему.
Так говорят школьники-консерваторы, а те, что настроены более прогрессивно, огорчаются и просят совета:
– Как быть?
Я попытаюсь ответить, но должен предупредить, что в моем ответе будет много неточностей и пробелов, исправить и заполнить которые предстоит самим школьникам, лучше других осознающим свои потребности, заботы и обиды, препятствия и разочарования, свои достоинства и недостатки.
О самоуправлении взрослых написано много толстых книг, о самоуправлении давно уже пишут в газетах, говорят на лекциях, курсах и съездах; взрослые постепенно учатся, как нужно говорить, голосовать и работать. Каждый год приносит изменения и улучшения. Потому что ничего не бывает сразу. Школьникам гораздо сложнее: им приходится справляться самим. Отсюда ошибки и неудачи.
В школах существуют различные правила и приказы, которым следует подчиняться. Ни учитель, ни директор, ни даже школьный инспектор не имеют права делать все, что им заблагорассудится. Каждый отвечает за то, чтобы в школах все происходило согласно правилам. Правила эти записаны. Кто им не следует – того ждет наказание. Только неумный человек будет утверждать, что учитель волен делать все, что ему в голову придет, и только неумный человек думает, будто школьное самоуправление – это руководить всем так, как твоя левая нога захочет. Не только расписание уроков, количество предметов, количество учебных часов, знания, которые школьники должны получить, но даже экскурсии и развлечения должны быть продуманы и организованы так, как предписывают правила, как гласит закон. Если что-то в этих правилах и законах плохо – значит, видимо, иначе нельзя, потому что не хватает места, времени или денег. Порой легко догадаться, почему так получается, порой – нет. Только неумный человек будет кричать, что можно сразу все исправить, что уж он-то знает как.
– Вот если бы я был учителем…
– Вот если бы мне позволили…
Такой зазнайка думает, что он умнее всех на свете; следует помнить, что во всем мире люди недовольны школами и постоянно думают, как сделать, чтобы хоть немного ситуацию улучшить, чтобы не утомлять детей и учителей, чтобы помочь тем, кто нуждается в опеке и заботе.
Самоуправление – это как раз и есть работа над тем, чтобы одинаково хорошо было всем, кто трудится, учится и проводит вместе полдня, чтобы один другого не обижал, не мешал, не докучал, не высмеивал, а напротив, чтобы приходил на помощь, поддерживал, брал шефство и следил за порядком.
Если кто-то сбрасывает на пол чужое пальто, да еще проходится по нему ногами, если кто-то набивает чернильницу бумажками или мнет тетради, толкается и дерется, глупыми шутками и шалостями сердит учителя, если пристает, обзывается, сплетничает и крадет, – страдает весь класс, отвечают все.
Никто не хочет сам разбираться с хулиганом, потому что потом тот будет мстить, делать назло, приставать и вредничать.
А если смельчак все-таки найдется, но в результате получит от хулигана по шее, то остальные забоятся еще больше. А хулиган от этого только больше наглеет. Зачем ему исправляться, зачем за собой следить? Он и не думает слушаться. Ему и так хорошо, а что у других проблемы – это его не касается.
Такой хулиган выбирает пару товарищей себе под стать. И тогда уж с ним вообще сладу нет.
– Как это? Ведь можно пожаловаться учителю. Учителя все должны слушаться.
– Ну да, но не каждый хочет жаловаться и не всегда жалобы на пользу, потому что такой хулиган может притворяться тихоней или подлизой, либо учитель сам потерял терпение – вот наказания и не помогают.
Прав учитель, который говорит:
– Вы должны сами с ним разобраться. Я слежу, чтобы он не мешал на уроках. Я один, а вас много.
Обычно происходит так.
Учитель предлагает ввести самоуправление. В классе – радость, возбуждение, возгласы.
– Хотите?
– Да, давайте! Хотим! Конечно хотим!
Громче всех кричат те, кто любит пошуметь, любит все новое, думает, что при самоуправлении разрешат что-нибудь из того, что сейчас запрещено.
– Голосуем. Выбираем правление.
Спокойные, рассудительные, осторожные хотят знать как и что, а легкомысленные, командиры и зазнайки готовы сразу действовать.
– Подумаешь! Я знаю, могу, умею! За меня, за меня голосуйте!
Редко бывает, чтобы выбор сразу оказался удачным. Порой учитель посоветует, за кого голосовать, а то – выбирают самых горластых и тех, кто всегда на виду.
Простите, но: можно очень хорошо учиться – и совершенно не подходить для работы в самоуправлении; можно быть отличным спортсменом, красиво декламировать стихи или хорошо решать задачи и писать сочинения, но это совершенно не значит, что такой человек полезен для самоуправления. И наоборот, можно быть тихим, немногословным, робким, незаметным, но обязательным, терпеливым и самоотверженным. Потому что, пока другие развлекаются, правление должно думать, обсуждать, писать, считать, решать всякие проблемы. А еще – спорить и выслушивать несправедливые упреки со стороны обиженных и сердитых, капризуль и грубиянов.
Рядом с недовольными всегда найдутся зануды, которые задают пустые вопросы, то и дело пристают с новыми идеями или требованиями:
– Почему вы не делаете то-то?
– Почему вы не поступаете так-то?
– Почему до сих пор еще не?..
– Почему и зачем?
Надоедливые и завистливые мешают колкостями, задирают резким словом. Надо помнить, что существуют на свете люди, которые хотят, чтобы все вокруг крутилось вокруг них: как можно меньше давать, как можно больше получать. Таким самоуправление понравится, только если оно приносит пользу им лично, а если оно мешает или сковывает, если осуждает эгоизм – они сразу превращаются во врагов самоуправления и начинают с ним воевать.
Они будут делать назло. Им не важно, что, если попытка самоуправления провалится, это выставит товарищей в плохом свете, что вместо уважения и доброжелательности со стороны учителей те столкнутся с осуждением и пренебрежением, что не только вредитель будет наказан, но всем придется выслушивать суровые и несправедливые упреки:
– Вы еще слишком маленькие.
– Вы слишком глупые.
Самоуправление – это не только работа, но и борьба.
Кто решает вопросы грубостью, дракой или угрозами, столь же грубо обзываясь, ссорясь, высмеивая и не менее хамски оговаривая за глаза, – того нужно заставить слушаться ради соблюдения закона и блага большинства.
Самоуправление – это борьба за права порядочных, тихих и слабых против врагов порядка и справедливости.
Часто мы слышим, как такие говорят:
– А я хочу. Мне так нравится. Что вы мне сделаете? Я тебя не боюсь. Подожди, пожалеешь. Подожди, я с тобой разберусь.
Кажется, что таких «а я хочу» много. Неправда: их мало, просто они наглые, крикливые, назойливые, повсюду суют свой нос, заставляют робеть и пугают тех, кто не любит скандалов.
Один человек с такими не справится, но с коллективом им придется считаться.