До 9 января 1922 года в деревне Анастасьевке находились отряды Волошинского (пулеметная команда) и Изотова (конная разведка). Пехотные отряды Суслова и Губрия размещались: первый в деревне Вятской, а второй в деревне Свечино. Все эти четыре отряда, общей численностью в 250 штыков, 50 сабель, 4 пулемета Максима и 10 пулеметов Шоша, составляли группу товарища Бойко-Павлова.

9 января все вышеперечисленные отряды сосредоточились в деревне Князе-Волконской. 10 января конный отряд Губрия выступил на деревню Матвеевку, а остальные части прошли на деревню Черная Речка и далее на заимку Желяева. В ночь с 10 на 11 января все отряды сконцентрировались в деревне Черная Речка, откуда группа в полном составе 11 января выступила через деревню Гаровку на город Хабаровск.

Удар по Хабаровску Бойко-Павлов выполнял по директиве комвойсками Востфронта, полученной со ст. Ин. Весь план, как то признает начальник разведывательного отдела В.М.В. подполковник Д-ский, был хорошо продуман и умело выполнен, чему способствовало, по-видимому, отсутствие данных войсковой разведки белых. Позднее белыми было установлено, что захват Хабаровска подготовлялся красными исподволь: постепенно и незаметно для белой контрразведки проникали красные в город, на возах в сене провозилось оружие.

Глубокой ночью, уже после 2 часов 12 января, в различных частях города раздавалась ружейная и пулеметная стрельба. То выступали красные: пробравшиеся раньше в город партизаны, местные коммунисты и подошедшие в последний момент части Бойко-Павлова. Они повели наступление по всему фронту: напали на штаб командующего, помещавшийся в доме бывшего генерал-губернаторского дворца, на части 3-го отряда (Ижевско-Боткинская стрелковая бригада) в иных частях города. Сторожевое охранение белых не было своевременно предупреждено из штаба своей части о начавшемся выступлении в самом городе. Оторвавшись от своих, оно погибло целиком.

Генерал-губернаторский дом – деревянное одноэтажное здание, расположенное в саду над обрывом, на берегу Амура. Дом имел два выхода – парадное крыльцо и боковой черный ход. В эту ночь, как всегда, у крыльца стоял только один часовой. Прочие обитатели дома, человек 18–20, в том числе генерал Молчанов, Генерального штаба полковник Ловцевич и др., спали раздевшись. Появления противника в самом центре города, конечно, никто не ожидал.

Была темная ночь. Пустынная улица. Группа каких-то лиц через ворота вошла в сад. Часовой их окликнул. Вошедшие не остановились, но продолжали двигаться к дому… Беспорядочная близкая стрельба разбудила обитателей дома. Стучал пулемет, раздавались залпы… С дребезгом падало и разбивалось стекло, летела штукатурка… Зажигать огонь было не для чего. Кое-как натягивая на себя впотьмах попавшееся под руку обмундирование, выбегали белые по черному ходу во двор. По парадному ходу пройти было нельзя, так как туда красные садили из пулемета.

В нижнем белье, накинув полушубок, с валенком на одной ноге и ночной туфлей на другой, выбежал генерал Молчанов. Приблизительно в таком же виде были и остальные чины, частично не имевшие никакого оружия.

Красные, проникнув в сад, свободно могли бы ворваться в дом и при случае перерезать весь или, во всяком случае, часть штаба командующего. Единственный часовой вряд ли смог бы оказать «сильное» сопротивление. Красные сделали ошибку, вернее – у них не хватило духу: ворвавшись в сад, они рассыпались в цепь перед домом и открыли по нему огонь, который и разбудил обитателей его. Уже все белые поднялись и очистили дом, а красные все стояли на месте и палили впустую.

Находчивость полковника Ловцевича спасла положение, чему также содействовала и темнота ночи. Среди треска ружейной стрельбы спокойно, уверенно и властно прозвучал его голос: «Такая-то рота влево. Такая-то рота вправо. Такой-то остаться на месте. Вперед. В атаку. Ура!» Так восемнадцать человек изобразило три роты. С криком «Ура!» несколько штабных чинов с генералом Молчановым бросились вперед. «Ура!»

Наличие «крупных» сил смутило красных. Услышав уверенные слова команды полковника Ловцевича, они сами испугались и побежали назад. Так атака красных была отражена. При этом полковник Ловцевич был ранен легко в живот, полковник Ефимов (начштаба 3-го отряда) ранен в ногу, один из солдат-ординарцев ранен в щеку. В это время к штабу уже спешили на выручку казаки. Выбегавших из сада красных они встретили огнем… Нападения красных партий на воинские части и базы также в общем успеха не имели. Красные везде были отражены и опрокинуты.

Начинало сереть. Пальба шла по всему городу, но было уже ясно, что дело красных прогорело. Части 3-го отряда постепенно очищали город. Стоявший на берегу Амура товарищ Бойко-Павлов счел, наконец, что пора кончать, и, бросив своих «товарищей» на произвол судьбы, с конным конвоем ушел на рысях из города. Рассеявшись по городу мелкими партиями, партизаны еще в течение часов двух вели уличный бой, но стрельба постепенно смолкала. Белые везде давили красных, и красные бойцы спешили подобру-поздорову убраться, скрыться, некоторые сдавались в плен. Потеряв в городе 4 пулемета и до 50 человек убитыми и ранеными, красные поспешно отходили на Гаровку.

За эту ночь белые потеряли до 30 человек, погибших главным образом случайно, а не при выполнении служебных обязанностей. Все попавшиеся в руки партизан были зверски замучены.

Вечером 12 января из города Хабаровска в восточном направлении выступили части 3-го отряда, получившие своим заданием преследование и разгром партотряда Бойко-Павлова, а 13 января в 12 часов дня в городе Хабаровске, в Успенском соборе, состоялось погребение воинов-белоповстанцев, павших смертью храбрых за освобождение города и его района…