— Привет, бездельник! — радостно встретил меня командир.

— Здравия желаю, — поздоровался я и пожал его крепкую руку. — Какие будут приказания?

— Рад, что ты вернулся «Констебль». «Горбунку» там помощь нужна. Они сильно продвинулись, и фронт растянулся.

Он развернул передо мной карту, и я с огромным удивлением увидел, что наш взвод за двенадцать дней продвинулся на километр в глубь города — почти до Мариупольской улицы. Это был огромный кусок, в четыре раза больше того «валенка», который мы взяли в первые недели.

— Как так? — удивился я.

— Так, — улыбаясь ответил «Крапива». — Давили. Давили.

И додавили. Тут вот «Пятерка» зашла со стороны кладбища Мариупольского. Тут «Четверка». Мы им часть позиций передали, чтобы они страховали нас с запада. А тут мы. «Горбунок» тебе все расскажет. Экипируйся и вперед. Такси будут ждать.

— Да вы тут как ледокол просто, — не мог я успокоиться.

— Володя, видишь, молодец.

«Крапива» посмотрел на меня.

— Ты по полям вел, а он, со свежими силами, включился и по городу прет. Даже командир отряда доволен.

Все мое обмундирование — АКСу, шлем, броник и разгрузка — было на месте. Коптерщик нашел мне новую форму и обувь. «Пустырник» выдал двенадцать новеньких магазинов, патроны и гранаты. А остальные вещи я забрал у «тяжей», где хранился мой рюкзак с перчатками, термобельем, носками и балаклавой.

Противник редко бил по тыловым позициям, в основном акцентируя свои удары по позициям в городе. Можно было не ломиться, как раньше, по непролазным кустам, а спокойно дойти до штаба по Артемовскому шоссе. До трехэтажки мы долетели минут за десять. Я испытывал сильное волнение перед встречей с пацанами.

«Интересно, нашли ли они хаски? — мысль о слове, данном Наталье, не покидала меня все эти дни. — Если не нашли, то, получается, я балабол».

— О! «Констебль»! — встретил меня удивленный паренек, стоявший на «фишке» у подвала. — Рад, твоему возвращению!

— Спасибо, — с серьезным лицом ответил я и спустился в подвал.

Прошло всего двенадцать дней, а у меня было такое ощущение, что я не был тут год. Володя встретил меня радостно и сразу стал показывать мне места дислокации противника и наших групп и помогать заносить в планшет новые точки.

— Фронт тут как решето: то наши к ним забредут случайно, то они к нам. В общем, война в городе — это сплошная неразбериха, — стал меня вводить в курс дела «Горбунок».

— Понятно, — растерянно поддакивал я.

— Ты не торопись сразу выдвигаться. Освойся. А под утро пойдешь.

— Что ты тут такое придумал, что вы так продвинулись? — спросил я Володю, когда чуть-чуть пришел в себя.

— Да ничего особенного. Просто продумываем все атаки. Устаю, конечно. Спать приходится по три часа, но результат хороший. Во-первых, РПГ играет свою роль. АГС и минометы. Мы закидываем их постоянно. Они сейчас даже понять не могут, это штурм или нет. Начался он, или мы только собираемся. Долбим их двадцать четыре на семь. Я думаю, они там в шоке.

— И все?

— Нет, конечно. У нас тут работает одновременно семь штурмовых групп по пять человек. Плюс две группы прикрытия и группа эвакуации. Постоянное пополнение боеприпасов и всего, что нужно. Каждая группа имеет свои цели и задачи. Плюс у меня вся координация в руках. И артиллерия, и «тяжи», и штурмовики. Напряжение сильное — все в голове держать — но по-другому никак.

— Круто.

— Не все сразу вышло. Некоторые тут считали, что докладывать о каждом взятом доме — это дебилизм. Пока одна из групп не потеряла бойца по своей глупости.

— Это как?

— Взяли вместо одного дома два. Не доложили. Вторая группа стала штурмовать дом, который уже был занят, и боец попал под наш огонь. И из «трехсотого» стал «двести». Теперь докладывают о каждом шаге.

— Кровь учит.

— Да, — согласился «Горбунок» и добродушно улыбнулся. — РВшники докладывают: «Мы взяли два дома», а я докладываю: «Мы взяли улицу». А то и квартал. Даже «Хозяин» в курсе наших успехов. Командир доволен. Так что давай, вливайся, «Констебль».

— Да я про это все эти дни только и мечтал.

— Выдвигайся вот сюда, — сказал «Горбунок» и показал мне дом. — Тут группа прикрытия. Посмотри, что там, и будем двигаться дальше. Работа, конечно, проделана колоссальная. Главное, темп не потерять. Хоть потери у нас и стали меньше в два раза — важно, чтобы народ не расслабился.

— Я, как осмотрюсь там, расскажу тебе, что и как.

Перед выходом я старался меньше думать и помолился, чтобы Бог дал сил и спокойствия.

— Как будет, так будет, — повторял я.

Хаски пацаны упустили. Ее ловили пару раз и притаскивали на эвакуацию, но всякий раз она благополучно убегала от всех и растворялась в «частнике». Я решил, что, выжив, я найду Наталью и подарю ей щенка.