Серёжа был дома у Гоши Захарьина. Серёжа пришёл посмотреть на бабочек в коллекции. О коллекции этой Гоша рассказывал давно.
Гоша достал несколько плоских ящичков. Вместо крышек в них были вставлены стёкла. И под каждым стеклом, распластав крылья, лежали красивые разноцветные бабочки.
— Видел бы их в горах!.. — говорил Гоша.
Вдруг в квартиру позвонили, дверь открыла Гошина мама, и Серёжа услышал два голоса.
Один из голосов был Олин — это Серёжа понял сразу.
И точно: в комнату вошла Оля.
Она поздоровалась с ними обоими, с Гошей и с Серёжей, и подошла к бабочкам.
С Серёжей она поздоровалась, как с незнакомым, как будто не узнала его после того случая, на Тележной улице. А может быть, и в самом деле забыла, ведь он был тогда в пальто и в школьной фуражке.
— Этих я видела, этих — тоже, а этих — нет. Новые? — спросила Оля про бабочек.
— Новые, — сказал Гоша.
Серёжа тоже хотел подойти к бабочкам, но остался сидеть в кресле в углу. Он почувствовал, что надо сказать что-то, уже открыл рот, чтобы произнести:
— А у меня…
Но вместо этого у него вырвался тихий хрий, и он сразу замолчал. Хорошо, что этот хрип никто не услышал, потому что ни Оля, ни Гоша не обернулись.
А Серёжа хотел рассказать про орхидеи, которые он выращивал в школе весь год.
Оля посмотрела на бабочек и пошла в кухню, где её мама разговаривала с Гошиной.
— Ты чего? — спросил Гоша.
— Я? — спросил Серёжа специально удивлённым голосом. — Я ничего.
Он сразу встал с кресла и подошёл к коллекции.
— Я пойду.
— Останься, ты из-за них, что ли? — Гоша кивнул в сторону кухни. — Они скоро уйдут. А мы в настольный хоккей поиграем.
— Я лучше пойду.
Серёжа пошёл в прихожую. Он одевался медленно и слушал голоса, Олин, её мамы и Гошиной мамы. Ему не хотелось уходить.
Если бы ещё раз Гоша попросил его, он бы, пожалуй, остался. Но Гоша молчал, опираясь на дверной косяк, он смотрел, как одевается Серёжа. А когда попросил, было уже поздно: Серёжа застегнул пуговицы.
— Оставайся, куда ты идёшь?
— Я лучше завтра приду или на днях.
Гриша открыл дверной замок. Серёжа крикнул в кухню «до свидания» и вышел на лестницу.