– Уже нет. – Темный сбросил с себя щиты, из-за которых к нему и получилось подобраться так незаметно – слеп и глух в плане силы он оказался именно поэтому. Жаль, что было уже поздно. – Не княгиня. Ты теперь вдова господина Яне, Илэ… Илейн.

Справившись с первой растерянностью от визита столь нежданной особы, Ленро вдруг поймала себя на мысли, что до сих пор никогда не слышала ее голоса. Видела дважды, а вот до разговоров как-то не доходило. Но гораздо большим откровением стала для Селль внушительная фигура Риннарда, маячившего у входной двери. Это когда ж они спелись, а? И какого беса она сама так и не поменяла замок в приемной! Знала же, что ключи и у Нара могли остаться, но… Получается, все еще доверяла?

Илейн же тем временем продолжала:

– Вы, князь, очень кстати решили запереть свою силу, спасибо, что не испортили мне сюрприз. Согласитесь, наше появление вышло весьма… драматичным.

Ленро согласилась – про себя. И про себя же в очередной раз трехэтажно обложила собственную дурость. Не потребуй она от темного не жрать ее эмоции, никто бы не сумел к нему так подкрасться!

– Драма, точно. – Арделан тоже оценил это явление, причем гораздо более трезво. – Но скорее очередной цирк. Вижу, не одному Лонтару захотелось отведать радостей Машента?

– Интересный расклад, да? – и не подумала та смутиться.

– Несомненно. Но, леди, меня просто поражает ваша щедрость в этом плане. Надеюсь, это уже все, кто навещает вашу постель? Или есть еще кто-то? Из ведомства контрразведки, например? Или кто там еще остался? Пожарные?

– Кня-язь… – изобразила она брезгливость.

– Нет? А что так? Мелко?

Сообразив, о чем он, Селль заодно сообразила, как Илейн здесь оказалась. Да, бывший командир и в самом деле не сдал Лонтару, где и у кого сейчас темный, но лишь для того, чтобы сдать его… вот этой! Она невольно потянулась к оружию, лежавшему на столе, но замерла – ствол в руках у официала появился быстрее. И тут же недвусмысленно уставился в их сторону. Ленро демонстративно отвернулась от своих револьверов, потому что прекрасно помнила, как Риннард стреляет. Оставалось лишь опять прислушиваться к разговору.

– Для тебя мелко, не надо. Да и зачем оно тебе? – отмахнулась Илейн от всех вопросов темного разом. – Если ты даже с тем, что уже знаешь, смириться не можешь.

– Не обольщайся, – все еще ровным голосом ответили ей. – Мое смирение к тебе никакого отношения больше не имеет.

Та еще пару секунд морщила носик, а потом резко сменила тон, став наконец серьезной:

– Нам нужно поговорить.

– Говори, – пожал он плечами.

– Я сказала – нам. Вдвоем.

– А я сказал – говори. Если оно тебе нужно. Других вариантов не будет.

– Сам же потом пожалеешь, – начала было Илейн, но вдруг согласилась: – Хотя с этими и потом можно решить. Разом. Не так уж их здесь и много…

– Говори, – в третий раз и ровно тем же тоном повторил темный.

– Лан, я готова уступить тебе первый луч, – все-таки предложила княгиня после очередной паузы. И теперь в ее голосе прорезалось нечто такое, отчего у Селль вздыбились волоски на затылке. Словно у волчицы. – Но с гарантией, что сама я стану вторым.

– Ты собираешься подарить мне то, что я и так имею? – на застывшее лицо темного начало возвращаться выражение, которое Ленро не слишком понравилось. Она бы предпочла прежнюю холодную вежливость с его стороны.

– Я собираюсь подарить тебе проход к месту силы, – Илейн, похоже, решила, что сейчас самое время зайти с козырей и оценить его реакцию. – Взамен на второй луч и…

– И? – Темный соскочил со столешницы и сделал пару шагов в ее сторону.

– Ты ведь избавишь нас от Лонтара? – та, поколебавшись, тоже приблизилась на шаг. – Правда?

– Зачем? – Арделан спросил это так, что та невольно отпрянула. Правда, не назад, а левее.

– Он стал слишком навязчив.

– А этот? – Темный небрежно ткнул в сторону Риннарда. – От него тоже?

– Если хочешь, – так же небрежно дернула та плечиком.

Селль сглотнула и уставилась на все еще невозмутимого официала, теперь не понимая вообще ничего.

– Давай подытожим, – с каждым словом Арделан чуть приближался к бывшей жене, заставляя ее отступать и словно загоняя в сторону окна. Нар тоже это понял, но вот что сейчас делать, не понимал, похоже, совсем. И в итоге лишь поднял револьвер повыше, не решившись ни на что другое. – Ты хочешь, чтобы я удержал силу, контролировать которую у тебя не выходит; собрал звезду, чего ты тоже не можешь сделать; избавил от ненужного уже любовника… вернее, любовников, но преподносишь все это как подарок? Ах да, главное забыл. Твоя щедрость проснулась как раз после того, как Лонтар все-таки решил со мной договориться?

– Да, – и не подумала та спорить с очевидным. Лишь тонко улыбнулась. – Он сейчас ищет способ передать это тебе.

– Но ты хочешь успеть раньше? – хмыкнул темный, ни капли не удивившись. – Потому что договариваться он будет за твой счет?

– Разумеется, – Илейн не стала отрицать и это. – Думаю, он с самого начала рассматривал и такой вариант тоже.

– Пристроить тебя исключительно на роль жены? А в политику играться самому?

– Он женат, – резко и уже совсем другим тоном откликнулась та.

– То есть только любовница? И раз так – лучше самой заключить договор со мной?

– Ты всегда умел быстро разобраться в ситуации, – опять изменила голос бывшая княгиня, сделав его чуть хрипловатым, и Ленро едва не оскалилась.

Кажется, эта женщина нацелилась отобрать у нее кого-то, кем она совсем не готова была делиться. Маленькая, но хваткая приютская девочка подняла в ней голову и четко сказала: «Не отдам». И плевать, что еще полчаса назад Селль почти сочувствовала княгине. Теперь она готова была нажать на спусковой крючок. Любой, какой подвернется первым. Без колебаний. И сразу, как только сможет до него добраться.

– Ситуация? – Арделан, все еще не отрывая глаз от лица бывшей жены, прекратил свое странное кружение, остановился и улыбнулся. – Я просто хорошо знаю тебя.

– Это значит «да»? – изящно склонила она к плечу черноволосую головку.

– Смотрю, ты тоже неплохо меня изучила…

Грохот, с которым за спиной у Илейн вылетело стекло, заставил Селль пригнуться. Но секунду спустя она все-таки схватила со стола револьвер.

И тут же поняла – всё. Опоздала. Стрелять ей уже не в кого, а шанс внести собственную лепту в этот бардак прохлопан безнадежно. Та секунда, пока она лежала мордой в стол, все и решила. Ленро даже сумела сообразить, как это произошло.

Сначала в кабинет, вынося окно и мимо резво соскочившего с подоконника Шернола, влетел цветочный горшок. С геранью. Розовой. Несколько таких благодаря Риде украшали перила перед входом в контору, но один теперь валялся в центре комнаты, разбившись вдребезги и запорошив ковер рассыпавшейся землей. Резкий запах переломанных стеблей забивал даже кислую пороховую вонь. Но Илейн, в голову которой, похоже, метили, сумела увернуться и отскочить… чтобы встретиться с пулей официала. Риннард, накрученный разговором, даже не сообразив толком, что происходит, все-таки успел пальнуть. На звук и навскидку. И, сам того не желая, оставил ей аккуратное отверстие от пули прямо под ключицей. Слепая удача. Ну, или неудача. С какой стороны посмотреть.

Впрочем, шанса у княгини не было в любом случае – сквозь осколки в разбитой раме маячило настороженное лицо госпожи Нупрев, водившей из стороны в сторону стволом собственного револьвера. А где-то за ней, вне поля зрения, но явно недалеко, тихими и напряженными голосами перебивали друг друга оба Закреда, пытавшиеся разобраться, что именно происходит.

Но самая впечатляющая часть картинки порадовала Селль у входной двери, стоило лишь обернуться. Возле настежь распахнутой сейчас створки с доской в руках и неподвижным телом официала в ногах застыл Прати – похоже, главный организатор всего представления. Когда княгиня явилась делать визит, о том, что он в кухне, все как-то забыли. И зря, выходит. Парень сообразил потихоньку выбраться оттуда через гараж, очень кстати встретил уже обеспечившую себе алиби Ялиту с Закредами, просветил их, что происходит, и, поскольку на продумывание сложных планов времени не осталось, ухватился за знакомую деревяшку, которая однажды уже помогла ему выкрутиться. А дверь успел открыть и оказаться за спиной у официала аккурат когда тот был занят пальбой.

Ленро мысленно поздравила себя с тем, что времени убрать доску подальше от входа так и не нашла, мельком глянула на Риннарда, растянувшегося на половину приемной, но тут же снова вернулась глазами к Пратенсу.

– Н-нет… Это не я, – перехватил он ее тяжелый взгляд, истолковав его совершенно неправильно.

– Не совсем он, – подтвердил Арделан и кивнул на уже дважды проверенное в деле «оружие». – Того, что хватило Гнажу, для твоего бывшего оказалось маловато – слишком уж здоровый. Свалить не получилось, только отвлечь. Ну а дальше уже я… Своими методами… Тоже проверенными.

Последнее темный договаривал, уже присев перед Риннардом и подняв глаза на все еще неподвижного парня в дверях:

– Н-да, юноша. Эдак у нас благодаря тебе и этой твоей деревяшке криминальной полиции скоро совсем не останется. Всех переведете.

Но, приложив пальцы к шее Нара, успокоил:

– Жив. Правда, вырубил я его на сутки, не меньше. Не рассчитал.

– А здесь уже всё, – эхом откликнулась Ялита, высадившая револьвером осколки стекол в раме, с помощью мужчин перелезшая через подоконник и склонившаяся над бывшей княгиней. – Надо же, как неудачно.

– Это как сказать, – буркнул Закред, форсируя раму вслед за ней и протягивая руку помощи сыну. – Интересный казус, кстати, можно ли убить труп? И можно ли обвинить кого-то в таком убийстве?

– Думаю, мы не станем этого выяснять, – Арделан поднялся и тоже шагнул к телу бывшей княгини. – Как там твой знакомец в крематории? На месте?

– Должен быть. Поехали?

– Поедем. Но не сразу. Давай-ка ее пока в гараж… Рыжая, да не смотри на меня так! Знала, за кого шла!

Та в ответ то ли вздрогнула, то ли просто встряхнулась, перевела взгляд на уже ненужный револьвер, что все еще держала в руках, и вдруг взвыла:

– Боги! Соседи же!

Вскочив, Селль перепрыгнула через упавшего Нара, заодно отпихнув с дороги Прати и возвращая ему подвижность, вылетела на ступени и захлопнула за собой дверь. А спустя минуту снаружи донесся ее преувеличенно бодрый голос:

– Нет-нет, госпожа Круди, все в порядке. Я просто чистила оружие и… слегка отвлеклась. Да-да, господин Рогент, это просто случайность. Я извиняюсь за беспокойство… Как вы говорите? Стекольщик? Нет, не нужен, я попрошу господина Ласнера, он все сделает – как раз обещался сегодня заглянуть. Но спасибо за заботу, и еще раз приношу всем свои извинения…

Вернувшись, она мрачным взглядом проводила завернутое в ковер тело, которое оба Закреда потащили к лестнице под чутким руководством темнейшества, перевела взгляд на деловито осматривающую свой револьвер Нупрев, потом на бледного до синевы Прати, все еще не сообразившего, куда пристроить верную деревяшку, на тело у него в ногах и обреченно выдохнула:

– Странно, с чего это я взяла, что война уже закончилась?

– Ну, не так уж все и страшно, рыжая, – криво усмехнулся Арделан. Но потом пригляделся к ней внимательнее, жестом велел Заку продолжать без него и шагнул ближе, бросив на ходу: – Лита, может, заберешь Прати и глянете, что там в кухне?

Та намек уловила с ходу, прихватив не только парня, но и Шернола:

– Да, нужно проверить…

– Селль, – начал темный, когда дверь за ними захлопнулась и шаги остальных застучали вниз по ступеням. – Все в порядке уже, слышишь? Все хорошо. И тебе даже убивать никого не пришлось. В этот раз…

От подобного «утешения» она вздрогнула, но в себя пришла мигом и уставилась на него в упор:

– Ты специально загонял Илейн под выстрел Нупрев? Почуял их с Закредами? Там, за окном? – и продолжила, поскольку отвечать тот не спешил: – И как тебе теперь? После такого?

– Рыжая, – Арделан смотрел на нее крайне серьезно. – Сейчас речь не о ее жизни. И даже не о наших. Ты сама прекрасно знаешь, что на кону.

– Знаю. Но все равно… Это люди. Человек. С которым ты жил.

Складка губ у него стала еще жестче:

– Если честно, мне сейчас на людей плевать. Ну, кроме пары-тройки конкретных. Игра уже вышла на тот уровень, когда речь идет обо всех. Всех жизнях, понимаешь?

– Темные, – дернула плечом Селль. – Игра… На кону… Сам-то себя слышишь?.

– А я предупреждал, что не надо придумывать обо мне сказок?

Она поежилась:

– Ты что, и в самом деле не чувствуешь сейчас ничего? После десяти лет с ней вместе?

– Чувствую, – темный вдруг длинно выдохнул и… словно сбросил маску. А Ленро только теперь поняла, что та у него была. – Чувствую, Селль. И первый раз – с той газетой, что ты принесла, и сегодня, когда это стало почти фарсом. Я ведь сам ее когда-то выбрал. Говорил же? И да, мы в самом деле были близки. До такой степени, что я и сейчас ее понимаю. Она ведь и правда верила – и в то, что я погиб, и в то, что я незаконнорожденный. И в то, что именно у нее теперь все права на звезду темных. Но когда оказалось, что это не так… Думаю, она уже слишком сжилась со своими мечтами, чтобы их отпустить. Я им просто проиграл.

– То есть, – Ленро подняла на него неверящий взгляд, – вы сейчас вполне могли и договориться?

– Н-ну, – уклончиво ответил тот, – Илейн же явно на это рассчитывала, когда сюда шла. А она не дура.

– Темный… – Селль начала вырываться, но ей не дали.

– Тс-с, рыжая, – Арделан прижал ее к себе и уткнулся носом в макушку, отчего та притихла. – Она только одно забыла – я предателей не прощаю. Так что нет. Не договорились бы. Но это не мешает мне… чувствовать, да. Я вообще очень ранимый, знаешь ли…

Ленро не удержалась от смешка и опять подняла на него глаза, чуть отстранившись:

– Слушай, темный, а ты ведь меня не жрешь? Так?

– Дошло наконец? Нет, рыжая. Просто успокаиваю.

– Почему? И как давно ты перестал это делать?

– Почти сразу и перестал, – тот опять прижал ее к себе.

– Почему? – повторила она уже настойчивей и снова отодвинулась.

– Говорил же, – отчетливо поморщился Арделан. – Я не привык выпрашивать или брать силой то, что мне и так охотно дают. С той первой нашей ночи… Ты давала достаточно, рыжая. Более чем. Иногда столько, что думал, как бы не захлебнуться, но разве тебя остановишь?

– А я думала, ты все время подправляешь мне настроение.

– Конечно, подправляю, – хмыкнул тот. – Потому что… очень хорошо на тебя влияю, да. Сам по себе, без «жрать».

– Успокаивающе.

– Ну… Иногда и так. Хотя обычно дамы воспринимают меня несколько иначе…

– Темный!

– Уймись, рыжая, нет у тебя конкуренток. И не будет уже, похоже.

– Похоже?! – снова попыталась она вывернуться.

– Ладно, точно. Точно не будет, – сдался Арделан, вздохнув. – Довольна?

– Довольна, – не стала та кокетничать. – Очень. Всегда любила паритет в отношениях – чтобы человек к тебе так же, как ты к нему.

– То есть ты со мной уже определилась?

– Давно. И знаешь, – она опять пристально глянула ему в глаза, – нам стоило вот так поговорить раньше. Просто поговорить.

– А тебе никогда не приходило в голову, что я могу бояться?

– Ты?! – потрясенно уставилась она на него, потому что да, не приходило. – Меня?

– Скорее себя.

– Не понимаю.

– И не поймешь. Ты… Ну, просто ты не темная. И не знаешь, как оно у нас бывает. Мы очень, очень редко привязываемся. И уж если такое происходит, никогда и никому не позволяем этого понять. Не только посторонним. Вообще. Это в крови, рыжая. Потому что иначе все может закончиться, как у Шернола с его женой.

Как раз в этот момент наставник и появился – словно специально. Будто стоял и подслушивал под дверью, что, конечно же, чушь – Арделан бы его почуял. Но совпадение и в самом деле вышло таким, что Селль аж передернуло.

– В кухне все в порядке, – как ни в чем не бывало заявил тот, открывая дверь со стороны лестницы. – И там семейка Отти явилась. Лан, думаю, тебе стоит присутствовать при нашем разговоре.

– Чуть позже, – отмахнулся тот, но когда бывший учитель, печально глянув на все еще засыпанный стеклом подоконник, начал подтаскивать к столу кресло, смирился: – Предлагаешь закончить разговор? О… серых судьях?

– Озвучить выводы, – кивнул Шернол. – А то они так и зависли в воздухе.

– Что ж, давай озвучим. И приземлим, раз зависли.