Они лежали в спичечном коробке. Там было тесно и темно.

— Вот бы погулять! — мечтательно сказала одна спичка, самая тоненькая.

— Молчи уж! — проворчала другая. У нее была самая большая фосфорная головка, и поэтому она считала себя самой умной. — Знаем мы эти прогулки! Вспыхнула, две секунды потрещала, и готово! Один уголек остался!

— Ах! — вздохнула Тоненькая спичка. — Лучше уж так гореть несколько секунд, чем целые дни лежать в этой темной тесной коробке без всякого толка.

Не успела она это произнести, как коробка заскрипела, открылась, и туда влезла Обгорелая черная спичка.

Все спички брезглива посторонились, потому что никому не хотелось пачкаться.

— Ну вот тебе наглядный пример, к чему приводят такие прогулки! — заявила самая Большая фосфорная головка.

Обгорелая спичка страшно обиделась:

— Я разожгла плиту, и на ней сейчас готовят обед! А что ты сделала полезного, хоть ты и самая толстая? И вообще, что вы все понимаете! Вы знаете, например, что у нас сегодня юбилей?

— Неужели?.. Не может быть!.. — затрещали все.

— А ты откуда знаешь? — удивленно спросила Тоненькая спичка. Она была не только самая тоненькая, но и самая любопытная.

— А я прочла на коробке! — важно ответила Черная спичка. — Там написано:

«125 ЛЕТ СПИЧКЕ!»

— Ура! — закричали все Спички и наперебой стали поздравлять друг друга. Только Обгорелую спичку почему-то никто не поздравил, несмотря на то, что она первой принесла это известие.

— Как же мы его отметим? — совещались Спички. — Юбилей на то и существует, чтобы его отмечали!

— Давай устроим фейерверк! — предложила Тоненькая спичка.

— Даешь фейерверк! — закричали все.

Только самая Большая фосфорная головка презрительно фыркнула. Она явно не желала принимать участие в этом мероприятии.

А Обгорелая спичка, забившись в уголок, недовольно вздыхала:

— Подумаешь, фейерверк! Зажгли бы лучше плиту. — Но ее никто не послушал.

Пока все обсуждали, что им предпринять, кто-то схватил коробку и встряхнул ее так, что все Спички полетели вверх ногами.

— Эй, эй! — закричали Спички. — Нельзя ли потише!

Но в тот же момент они взлетели под самый потолок, а потом упали обратно на пол. Тут Тоненькая спичка осторожно выглянула из коробки, чтобы увидеть, кто это так непочтительно с ними обращается, да еще в день их юбилея. Она увидела маленького мальчика Мишу. Оказывается, что он схватил спичечную коробку и ловким ударом ноги подкинул ее под потолок.

— Да-а, — сказали Спички, — Мишина мама так с нами не обращается!

А Миша очень обрадовался тому, что мама ушла и оставила дома спички.

— Вот это здорово! — сказал мальчик. — Из коробки можно сделать отличный паровоз! А спички? Их десять! Почти футбольная команда. Вот эта толстая будет капитаном, а обгорелая — запасным игроком. Не хватает только вратаря! — И он добавил к спичкам пробку, считая, видимо, что она отлично будет стоять в воротах.

— Ничего себе, — обиделись Спички, — мы — и вдруг какая-то футбольная команда… И потом эта пробка? Кто она такая? Да умеет ли она стоять в воротах?

— По-моему, — сказала самая Большая фосфорная головка, — она из-под алкогольных напитков, от нее подозрительно пахнет!

Действительно, пробку изрядно покачивало, наверно, от алкоголя. Неожиданно ее так качнуло, что она покатилась и упала под стол. Миша поднял ее, понюхал, и так как запах ему не понравился, то он выбросил пробку в окно.

В футбол мальчик играть не стал, а решил построить из спичек домик. Причем Черная спичка должна была изображать закоптелую трубу.

— Безобразие! — возмущалась она. — Как он с нами обращается? Мы — благородные спички! Мы даем людям огонь! А он строит из нас какие-то домики!

Но Миша ничего не понял, так как он был очень необразованный мальчик и не знал спичечного языка.

Потом Мише надоело строить домики из спичек, и он сказал:

— А не зажечь ли мне одну спичку? Это будет интересно!

— Не валяй дурака! — сказала Обгорелая спичка. — Ты забыл, что тебе говорила мама? Чтобы ты ни в коем случае не смел баловаться со спичками!

— М-да! — сказал кот Василий, до этого молча сидевший в углу и спокойно взиравший на все Мишины проказы. — Так и пожар устроить недолго!

Но Миша ничего этого не слышал. Он схватил самую Большую фосфорную головку и попытался зажечь ее.

Спичка отчаянно сопротивлялась, она вырывалась из Мишиных рук и несколько раз падала на пол, но все-таки Миша зажег ее. Он был очень упорный мальчик. Миша посмотрел, как горела спичка, и ему это очень понравилось. Он зажег вторую спичку, затем третью и четвертую.

Спички трещали, вспыхивали и быстро сгорали, не успев даже ничего сказать. Наконец, дело дошло до последней. Это была как раз любительница прогулок Тоненькая спичка.

— Ура! — закричала она. — Наконец-то я буду гореть! — И она вспыхнула ярче всех. Но так как она была очень тонкая, то Миша выронил ее и не стал поднимать, думая, что спичка погасла. Но спичка не погасла. Нет! Она была не так уж проста. Она продолжала гореть и быстренько подожгла газету, лежавшую на полу. Вдвоем гореть было веселее.

Увидев горевшую газету, Миша очень испугался и заплакал. А огонь бежал по газете, он уже подбирался к занавеске, и дело могло бы окончиться совсем плохо, если бы не кот Василий. Правда, он давно уже вышел на пенсию и не ловил мышей, но при случае мог еще очень и очень пригодиться. Кот Василий прыгнул из угла на стул, а со стула на стол и опрокинул хвостом стоявший на столе графин с водой. Вода полилась из графина на пол и затушила огонь.

— Уф, — сказал Кот. — Дело, кажется, уладилось, пострадали только газета и мои усы, а ведь могло быть гораздо хуже! — И он обиженно погладил лапой свои опаленные усы.

А когда пришла домой мама, то Миша честно признался ей во всем и обещал ей больше никогда не трогать спички. И так как Миша сам во всем признался, то ему не очень попало.

А потом мама пошла в магазин и купила целую банку сметаны, поставила ее перед котом Василием и сказала, что он очень умный и смелый кот.

Кот промурлыкал в ответ, что вполне согласен с такой характеристикой. Потом он занялся сметаной и очень успешно справился с этим делом.

Вечером, перед сном, Кот гордо рассказывал Сверчку, жившему за печью, что если бы не он, кот Василий, то эта десятая спичке могла бы натворить в доме большие неприятности.

А спички, теперь уже обгорелые, валялись на полу. Сейчас уже никто на сторонился Черной спички, потому что все они были такие же черные и обгорелые.

Скоро явилась Метла. О, она не стала с ними церемониться. Из комнаты их вынесли на совке, с почетом.

Так закончился их юбилей. А мог бы он пройти гораздо лучше. Ведь каждая спичка действительна несла драгоценный огонь людям. Они могли по примеру Обгорелой спички зажечь плиту или духовку для пирога, а может быть, пионерский костер или даже топку паровоза… вообще они были вполне достойны того, чтобы для них устроили юбилей, но, конечно, не так, как это сделал маленький мальчик Миша.