Ещё столь хмурых не бывало дней,

Чтоб ливни шли без пауз, всё сильней;

И не было ночей, чтоб им вослед,

Сколь ни тянулись, не пришёл рассвет;

И не было тюрьмы, столь потайной,

Чтоб лучик не проник туда дневной.

И как на небе тёмная луна

Вся новым светом воссиять должна,

Так вы, милорд, хоть ныне в заключенье,

Своё переживёте заточенье:

Звездой, что освещает небосвод,

Взойдёте вновь, когда туман уйдёт;

Могущий Цезарь лишь отдаст приказ,

Падут оковы и замки тотчас;

Так в оны дни смогли освободиться

Апостолы: твердь сотрясла темницу.

Того же я желаю вам, не скрою,

Хоть и жестоки были вы со мною:

Вы в сердце рану мне лечить не стали,

Что нанесли, – она пройдёт едва ли;

Но пусть вы не смягчили скорбь мою,

На ваши раны я бальзам пролью.