Белейших ты затмишь собой лилей,

Затмишь собой и белых лебедей;

Ты более бела, чем белый крем,

Иль лунный свет на глади, видный всем,

Чем прелести Юноны, жемчуга,

Плечо Пелопа, первые снега…

Всё ж белизною я не восхищён

И был бы рад вполне, как Иксион,

Когда б ты белым облаком, друг мой, —

Нежнейшим, тёплым – возлегла со мной.