Он не был уверен, почему. Возможно, это произошло из-за прикосновения духа. Боль, нанесенная его телу, была огромной, но он чувствовал, что это прикосновение было еще более разрушительным для его души.

Или, может быть, отчасти это произошло просто потому, что он воспользовался столь многими дарами метаболизма и спал, парализованный, в течение нескольких часов после того, как пробежал сотни миль.

Я не думаю, что у вас хватило предусмотрительности взять с собой еду или питье? — спросил эмир Рианну, потому что вирмлинги украли их рюкзаки в темнице.

Еда для слабаков, — сказала Рианна, затем засмеялась, покачав головой.

Она оглянулась на дорогу позади них. Огромный вулкан поднялся, черный и доминирующий вдалеке.

Рианна обладала достаточным зрением, чтобы достаточно хорошо видеть дорогу при свете звезд.

Пока нет никаких признаков преследования, — сказала она через мгновение.

Это не продлится долго, — с уверенностью сказал Дейлан Хаммер. Мы украли приз Лорда Отчаяния, и он не пожалеет ничего, чтобы вернуть его.

Эмир посмотрел на Рианну, но сказал Талону: Она должна увести Фаллион в безопасное место. Она должна покинуть нас. Рыцари Вечных слишком скоро выйдут за нами по следу. У нее будет больше шансов сбежать, если мы не замедлим ее движение. .

Я удивлен, что Рыцари Вечных еще не преследуют меня, — сказал Дэйлан. Эмир прав. Рианна должна забрать Фаллиона и уйти.

Тэлон перевел для Рианны.

— Куда бы ты хотел, чтобы я его отвел? она спросила. Где мы встретимся?

Эмир не мог придумать ни о чем. Нигде в мире больше не было места, где можно было бы чувствовать себя в безопасности. Рианна упомянула сестер-лошадей Флидса, но у них было мало укреплений.

Мы должны вернуть его в преисподнюю, — сказал эмир. Если он собирается сражаться с Вулгнашем, ему понадобятся соответствующие способности, мощное оружие и время для тренировок.

Эмир обратился к остальным за комментариями. Рианна только пожала плечами, как будто пункт назначения не имел значения. Тэлон была готова признать этот аргумент, поскольку, похоже, у нее не было лучшего аргумента. Но Дейлан Хаммер знал народ преисподней лучше, чем кто-либо из них, поэтому эмир больше всего обращался к нему.

Я не знаю, сказал он. Светлые слишком хорошо понимают, какую опасность он принесет. Мы не можем прятаться там вечно.

И все же, — продолжал он, — Фаллион приносит с собой надежду, и народ Эррингейла может легко приветствовать его.

Полагаю, не помешало бы спросить его разрешения.

Это дало им пункт назначения. Эррингейл и волшебница Сизель отправились посмотреть на Единое Истинное Древо.

В этот самый момент в небе позади них на вершине вулкана сверкнула молния. Эмир оглянулся и увидел клубящуюся массу тьмы, закрывающую вершину вулкана. Из него как будто за считанные секунды выросли облака, и он забеспокоился, что вулкан вот-вот взорвется.

Но облака были странной формы — странно сплющенные сверху, так что они окружали крону вулкана, как огромное колесо, а внезапно поднявшийся туман быстро расширялся, закрывая звезды. Молнии сверкали снова и снова, посылая над землей ударные удары, и из этих облаков доносились странные звуки, раскаты злого смеха и ужасающие крики.

Неподалеку в лесу заревел медведь, а ночные птицы начали в ужасе пищать и кричать.

Что ж, я не думаю, что нам больше нужно беспокоиться о том, что за нами придут Рыцари Вечных, — сказал Дэйлан. Похоже, что Дарклинг Слава опередит их в выполнении этой задачи.

Группа бежала по покрытым деревьями холмам. Рианна подбежала к задней части тележки и начала толкать ее, подгоняя группу вперед. Эмир был вынужден бежать так быстро, как только мог, останавливаясь лишь для того, чтобы напиться из случайного ручья. Они много раз украдкой оглядывались назад и наблюдали, как буря вокруг конуса вулкана усиливалась, тучи сгущались, зловеще мерцали молнии, бушующие в ночи.

В течение десяти-двенадцати минут, как считают обычные люди, буря усиливалась, пока вершина вулкана не скрылась из виду.

За это время богатыри пробежали, преодолев еще десяток миль и более.

Эмир побежал рядом с повозкой. Он дернулся и перепрыгнул через разбитую дорогу, и всего через несколько миль колеса начали скрипеть. Он беспокоился, что машина слишком сильно ударится о камень и внезапно взорвется при ударе.

Но это была крепкая штука, сделанная для рабочих-змей, и она держалась вместе.

Каждый раз, когда он оглядывался назад, он всматривался в растущее облако и мог найти некоторое утешение в мысли, что Темная Слава не отправилась за ними, а просто собиралась, как огромная стая ворон.

Но, оглядываясь назад, он раз за разом замечал, что Фаллион вцепился в боковую тележку, как будто боясь, что тот может упасть. Лицо его было болезненно бледным, но теперь голова свесилась, и он, казалось, был едва в сознании.

Он получил какую-то ужасную рану, — подумал эмир.

На его тунике была кровь, спутанная и засохшая, и эмир задавался вопросом, не в этом ли причина страданий Фаллиона.

Эмир взглянул на Рианну. Она толкала тележку, ее лицо было лишено эмоций от усталости. Но она, похоже, не боялась Темной Славы. Объект ее страха находился прямо перед ней. Фаллион заболел.

В чем дело? она позвала его наконец.

Голос Фэллиона раздался мягко и медленно, и, как всегда, Талон предложил перевод. Мои посвященные вирмлинги их мучают.

Что? — спросила она, потому что его слова не имели смысла.

Эмир не мог не заметить тревогу в голосе Рианны. Она любила мальчика. Он мог слышать это в каждом ее слове. Он остановил тележку.

При этом Фаллион потянулся к своей тунике и расстегнул ее. На его груди были высечены странные руны, десятки из них, крупнее и сложнее тех, что эмир наносил на своих церемониях посвящения.

Что это такое? – умолял Тэлон.

Сострадание, — сказал Фэллион. Это руны сострадания. Я чувствую боль других — их одиночество, их любовь, их ужас. Я чувствую, когда отрубают ногу или выкалывают глаз. Вирмлинги сейчас наказывают меня через моих Посвященных. Лорд Отчаяние дает мне понять: я никогда не смогу выйти на свободу.

Эмир ошеломленно смотрел на руны.

Я могу вернуться, — сказала Рианна. Я могу найти этих Посвящённых, которые избавят тебя от боли.

Конечно, Лорд Отчаяние лично выбрал этих Посвященных, — вмешался Дэйлан. — Если ты попытаешься убить их, он будет готов к тебе.

Не пытайся, — взмолился Фэллион. Это невинные люди — женщины и дети. Вы не можете убить их, не потеряв при этом свою собственную душу. Даже если бы вам удалось освободить меня, как только вы вернетесь, вы не будете той женщиной, которую я полюбил.

Затем он взглянул на нее, умоляя. В его глазах были слезы боли — боли, от которой он не мог убежать, боли, которую он не мог вынести.

Сколько пожертвований они вам дали? — спросила Рианна, как будто она все равно могла ворваться в Ругассу и убить его Посвящённых.

Фаллион в отчаянии покачал головой. Десятки, — сказал он. Может быть, сотни, через тех, кто действует как вектор. Отчаяние сказало, что он даст мне их тысячи, миллионы, если придется: пока я не сломаюсь, пока я не стану им.

Эмир сразу же задумался в поисках решения, но очень быстро понял, что его нет. Что бы они ни пытались, Отчаяние победит. Фаллион не мог убежать от боли, и они не могли его освободить.

Что мы можем сделать? — спросил Тэлон.

— Никуда меня не вези, — сказал Фэллион. Это только подвергает риску тебя и других. Отправь меня обратно.

Я покончила с собой, чтобы спасти тебя, — сказала Рианна. Я иду мертвым. Я не отпущу тебя.

Фэллион взял ее руку, крепко сжал ее и просто посмотрел ей в глаза. Теперь она была Рунным Лордом, могущественной и красивой, быстрой и смертоносной, с таким количеством способностей скорости, что она никогда больше не сможет общаться с теми, кто живет в мире смертных.

Ты спасла меня, — прошептал он. Твоя любовь спасала меня снова и снова, и если ты захочешь, я останусь.

Вдалеке молнии стали сверкать ярче, а звук грома превратился в сплошной рев. Земля дрожала под подошвами сапог эмира. Это было похоже на конец света.

Налетел порыв ветра. Деревья, которые сидели молча, вдруг склонились под ветром, и листья зашипели, как далекое море.

Слава Дарклинга приближается, — сказал Фэллион. Эмир снова посмотрел на Ругассу; кольцо облаков и молний расширялось во всех направлениях, и он вдруг понял, что это было не одно огромное облако, закрывающее крону вулкана, а десятки или сотни облаков поменьше. Внутри каждого двигалась форма, один Дарклинг Слава. Теперь они разделялись, разбегаясь от вулкана во всех направлениях, хотя большая их часть направлялась на юг.

Тэлон прошептал эмиру: Во времена моего отца один Дарклинг Слава нанес огромный ущерб всему королевству. Его было невозможно остановить. Теперь нам придется столкнуться с их армией.

Это не армия, — сказал Дэйлан. Это называется убийством — убийством Дарклинга Славы.

Надо спрятаться, — предложил эмир. Нам следует спуститься под землю.

Они проверят каждое здание, каждый туннель, — сказал Дэйлан.

Волшебник Сизель может спрятать боевого коня за стеблем пшеницы, — предложил Тэлон.

Если ты сможешь добраться до него вовремя, — сказала Рианна.

Она посмотрела на Тэлон и остальных.

Мы должны взять наши силы, — сказала Рианна, — взять их с собой. Без них мы не сможем бороться с надвигающейся тьмой. Она говорила о силах, которые спрятала на юге. Это было недалеко. Но вернуть силы и затем добраться до Истинного Древа казалось почти невозможным.

Эмир посмотрел в глаза Тэлону и сразу понял, что им нужно попытаться.

Рианна тут же схватила ручку змеиной ручной тележки и помчалась прочь. Это было все, что эмир мог сделать, чтобы не отставать.

Ураган усиливался, и теперь деревья дрожали под натиском порывов ветра, их листья шипели, а ветви покачивались.

Тэлон помчался рядом с Рианной и оглянулся на темнеющее небо. Если они подойдут слишком близко, возьми Фаллиона и уходи.

Рианна ответила: Беги достаточно быстро, и они не подойдут слишком близко.

Рота продвинулась еще на несколько миль на юг и вошла в знакомый город, бесплодный и разрушенный.

Вздрогнув, Тэлон закричал: Девочка! Мы должны ее поймать.

Эмир почти забыл о ребенке. Он вслепую огляделся, ища среди развалин следы ребенка. У него не было многих даров зрения и обоняния, как у Когтя.

Тэлон помчался вперед, свернул вправо и нырнул в разрушенную лачугу. Она вышла с девочкой на руках, ребенок цеплялся за нее, как будто Коготь была ее давно потерянной матерью. Маленькая девочка плакала от облегчения.

Через несколько мгновений Тэлон усадила ее на кровать повозки, накинув на ребенка собственную тунику, как щит от ночи.

Что мы сохранили? — задавался вопросом эмир, глядя через плечо на надвигающуюся бурю. Слава Дарклинга завладеет нами всеми.

Теперь они шли по холмам и полям, бегая, казалось, час за часом, хотя луна на горизонте и звезды на небе почти не двигались.

Слава Дарклинга заполнила небеса. Эмир воображал, что с его способностями он бежит шестьдесят миль в час. Но даже на фланге Дарклинг Слава не могла идти за ним. Они отставали.

Сорок или пятьдесят миль в час, понял он. Это все, что они делают. Существа летели медленно, методично обыскивая землю.

Спустя, казалось бы, шесть часов, они пришли к месту убийства Рианны накануне и прогнали нескольких волков, которых они нашли, питающихся трупами змей.

Я приведу силы, — сказала Рианна. Оставайся здесь.

Она подпрыгнула в воздух и умчалась, направляясь на запад. Через несколько мгновений она потерялась из виду, промчавшись прямо над верхушками деревьев.

Все глаза в группе продолжали смотреть на север, на вспышки молний, ​​мерцавшие под звездным небом. Компания опередила Темную славу. Но вскоре эмир понял, что героям придется повернуть на восток, и тогда их догонит Темная Слава.

Тэлон расхаживал возле ручной тележки, наблюдая за заснувшим ребенком. Тэлон выглядел как нервный сломленный человек.

Она никогда не испытывалась в бою, понял эмир. Если бы она была одним из моих людей, я бы прошептал ей слова поддержки.

Он подошел к ней, взял ее за руку. Тэлон прекратила ходить, и ее глаза были прикованы к нему.

Теперь девочка в безопасности, — сказал эмир. Я думаю, она не спала несколько дней. С нами все будет в порядке. Твоя подруга Рианна скоро вернется. Она знает, как много на ней лежит.

Тэлон не ответил. Вместо этого она обняла его, обняла долго и крепко.

Эта война еще не окончена, не так ли? она сказала. Едва началось.

— Нет, — сказал он, не понимая, к чему она клонит. Это еще не конец.

Ты не можешь вернуть свои дары. Ты нужен своему народу. Ты в такой же ловушке, как и Фаллион.

Потом он понял, что она говорила. Она радовалась тому, что он жив, что ему придется еще какое-то время оставаться в живых.

Она поцеловала его, а он обнял ее и поцеловал в ответ. Он чувствовал себя виноватым за то, что забрал пожертвование дочери, за то, что его заставили сохранить его. Ему повезло, что он остался жив и завоевал любовь Тэлона.

На мгновение они разошлись, и эмир заметил, что Фаллион наблюдает за ними.

Что обо мне думает мальчик? он задавался вопросом. Я старик, обнимаю и целую свою младшую сестру.

Но в глазах Фаллиона не было неодобрения, только боль от перенесенных им мучений. Фэллион одарил его легкой улыбкой, словно в знак благодарности.

Он что-то говорил на своем языке. Немногочисленных уроков эмира на Рофехаванише было недостаточно, чтобы позволить ему переводить.

Тэлон перевел ему: Он сказал мне, я часто задавался вопросом, найдется ли когда-нибудь в мире мужчина, достойный тебя. Наконец-то ты нашла любовь, Маленькая Сестричка. Поздравляю.

Молния приблизилась, и масса тьмы под звездами стала неприятно приближаться к тому времени, когда Рианна вернулась, таща за собой четыре сундука, маленькие, но тяжелые. Ей пришлось яростно хлопать крыльями, и когда она приземлилась, по ее лицу текла пот. Она аккуратно уложила инструменты в заднюю часть ручной тележки.