– Ничего себе, какой шик, – Зельда и Маркус находились в коридоре отеля «Ролленпик» с коврами на полу, светом, который загорался при их приближении, и ультрасовременными пластиковыми скульптурами, украшавшими интерьеры.

Зельда протянула брату бейджик на булавке. Надпись на нём гласила: «АССОЦИАЦИЯ „СЧАСТЛИВЫЕ ДЕТИШКИ“».

– Это ещё что?

– Ну, скажем так… это наш пропуск в номер семьсот девятнадцать, – ответила Зельда, прицепляя такой же бейджик себе на куртку.

– И что это за ассоциация такая?

– Которая делает детишек счастливыми, разве непонятно? – ухмыльнулась Зельда.

– Звучит как-то туманно…

– Маркус! Я не собираюсь на самом деле учреждать такую ассоциацию, это просто наше прикрытие, чтобы взглянуть на комнату!

– Да, но… всё равно расплывчато!

– Ааа!

– Что «ааа»?

– А то, что когда ты такой, то ты как мяч под ногой, пнуть так и хочется!

– Какой «такой», извини? Я все лишь сказал, что…

– Маркус, ты хочешь пойти со мной в семьсот девятнадцатый номер?

– Конечно, хочу.

– Тогда давай цепляй и пойдём уже!

Зельда прошла перед дверью семьсот двадцатого номера, предназначенного для профессора Гриффитса (он был расположен в углу, в конце коридора), повернула направо и остановилась у первой по счёту двери. На матовой латунной табличке было написано: «719».

Зельда обернулась к брату.

– Тупая улыбочка, готов? – сказала она тоном дирижёра, который объявляет оркестру название следующей композиции.

Маркус ещё возился с бейджиком, который никак не хотел цепляться на свитер. Он поднял на сестру рассеянный взгляд.

– Вот так! Идеально! – одобрила Зельда и тихонько постучала в дверь.

– Никого нет, – сказал Маркус спустя несколько мгновений.

– Погоди.

И действительно, через несколько секунд тёмную деревянную дверь приоткрыла громадная мужская ручища, вся в серебряных перстнях. Раздался жалобный скрип, словно ручка двери стонала под массивными пальцами.

– Да? – спросил из-за двери одетый в серый костюм хозяин ручищи.

– Здравствуйте! – затараторила Зельда, растянув губы в наивной детской улыбке. – Мы – волонтёры ассоциации «Счастливые детишки» и с разрешения администрации отеля работаем над сенсибилизацией клиентов!

Говоря это, Зельда воспользовалась своим Семейным Талантом Поступь Призрака, чтобы мягко юркнуть в щель, оставленную громилой. Сбитый с толку появлением улыбающихся детей, тот медлил с ответными действиями.

Зельда Интригио, понятное дело, воспользовалась этим, чтобы расширить просвет, слегка поддав дверь носком ботинка. Маркусу хватило этого, чтобы скользнуть следом за сестрой под рукой у громилы.

Номер семьсот девятнадцать был устроен в точности так же, как и их: коридорчик с дверью в туалет, крохотная прихожая и собственно спальня с двумя отдельными кроватями. Второй человек сидел в кресле и читал рекламный буклет отеля.

– Что это ещё за ассоциация «Счастливые детишки»? – спросил он с явным русским акцентом, оторвавшись от брошюры.

Маркус окинул их взглядом, вспоминая мамины уроки «Рентгеновского глаза»: быстро пробежаться взглядом сверху вниз и обратно, обращая внимание на детали, которые помогут тебе как можно больше узнать о человеке. Обычно Зельда справлялась с этой задачей лучше него, но сегодняшний случай был нетрудный: Маркусу достаточно было увидеть бритые головы обоих, бычьи шеи, татуировки на руках, выглядывавшие из-под манжет на рубашках и свежекупленный сотовый телефон на столе (с экрана ещё не была снята защитная плёнка), чтобы понять, что эти двое – бандиты в ожидании приказов.

В двух шагах от него Зельда продолжала свою роль:

– Задачей нашей ассоциации является… сделать счастливыми детишек во всем мире.

Бандит в кресле нахмурился.

– Звучит как-то туманно…

Маркус с упрёком посмотрел на сестру, однако та ни капельки не растерялась.

– А вот нет, уважаемый дяденька! Наша ассоциация очень конкретная… ой, мне пи́сать хочется, мы с утра уже восемьдесят номеров обошли. Можно?

Не дожидаясь ответа, Зельда нырнула в туалет и закрыла за собой дверь.

– Восемьдесят номеров? – спросил субъект в кресле. – И как успехи?

– Э-э… ну… Как обычно, – ответил Маркус, застыв истуканом посреди коридора и пытаясь использовать стратегию Сверхуклончивого Ответа, мастером которой был отец. Он изо всех сил постарался изобразить на лице улыбку, но вышла лишь странная мина, глядя на которую, можно было подумать, что ему плохо. Маркус задрал голову к потолку, чтобы не пересекаться взглядом с бандитами, и там вдруг заметил весьма любопытную вентиляционную решётку. Из-за двери туалета послышался шум сливного бачка, затем звук включаемого крана, и меньше чем через десять секунд Зельда была снова тут как тут.

– Ну ладно, мы пошли. До свидания! – переводя дух, выпалила она.

Маркус только этого и ждал.

– Эй! – окликнул их человек из кресла. – Вы же нас не сенсибилизировали!

Ребята второй раз прошли под рукой громилы, на этот раз чтобы выскочить из номера.

– А вам не надо, дяденька! – крикнула Зельда из коридора. – Вы уже и так очень сенсибилизированные, это сразу видно. Спасибо и до свидания!

После чего она ухватила Маркуса под локоть и увлекла прочь. Ребята свернули за угол и побежали к свой двери.

– Вот видишь? – воскликнул Маркус. – Название было туманное!

– Может, хватит, а? – отрезала Зельда, открывая дверь магнитным ключом. – Лучше скажи: видал этих двоих?

– Неприятные типы.

– Можешь говорить громче.

Затворив за собой дверь, Зельда оперлась на неё.

– В ванне лежали две огромные спортивные сумки. Во-от такие. По-твоему, что это значит?

– Что это двое много занимаются спортом? – ответил брат, чтобы немного сбавить градус напряжения. Он прекрасно знал, что речь не об этом.

– Спорим, что эти двое вооружены до зубов, – прошептала Зельда, закусив губу.

Маркус хмуро кивнул.

– И что нам делать? – проговорила Зельда. – Звоним маме?

– Нет! – горячо возразил Маркус. – Наконец-то мы можем действовать, и ты хочешь упустить такую возможность?

– Извини, но что ты собираешься делать?

В глазах у Маркуса вспыхнула искра, он перекатился на свою половину кровати и достал из-под неё чёрный чемоданчик с семейным знаком «?» на крышке.

– Напомню, что, отправляясь на задание, настоящий Интригио берёт с собой не смену белья, а… дорожный набор Интрикейс!

– Маркус! – всплеснула руками Зельда. – Ты что, взял весь чемоданчик? А ты у родителей разрешение спрашивал?

– Нет. Но один из наших семейных девизов, который восходит к самому Жан-Жаку д’Интриго, гласит: «Отсутствие разрешенья – не повод для умалишенья».

– Но он бессмысленный!

– Знаю. Как многие другие наши семейные девизы… Но я уверен, что смогу использовать его в своё оправдание. Если потребуется, – с хитрым видом объяснил Маркус.

Зельда упёрлась кулаками в бока, как делала всякий раз, когда не знала, как реагировать на поведение брата. Он же тем временем, растянувшись на кровати, распахнул чемоданчик и сосредоточенно рассматривал его содержимое. Внутри во всевозможных отделениях и кармашках лежали некоторые из семейных инструментов – так называемые «Средства первой необходимости».

– Вот он! – наконец воскликнул Маркус, осторожно доставая из мягкого футляра пузырёк с зеленоватой жидкостью.

– Что это?

– Ты что, не помнишь урок, который у нас был прошлым летом в деревне?

– Только не говори мне, что это…

– Это он, Гнилосмердин! Каратель Ноздрей!

Убийственное обонятельное оружие, изобретённое двоюродным дядюшкой Интриговским.

Маркус потряс пузырёк в руках, любуясь им на просвет.

– Интересно, как ему удалось получить вещество с таким жутким запахом.

– Вроде бы ему далеко ходить не пришлось, – заметила Зельда. – Папа рассказывал, что он просто провёл химический анализ капустного супа тёти Аниты и воспроизвёл формулу в лаборатории. Ну и как ты намерен его использовать?

– Есть идея! – ответил Маркус. – Пока ты была в туалете, я заметил в потолке вентиляционную решётку.

Зельда посмотрела вверх.

– Такую же?

– Ага.

– И ты хотел?..

– Проще простого! Немного повозившись с твоим Интриг-падом, мы наверняка сможем найти в сети план вентиляции отеля. И тогда останется найти, где проходит вентиляционная труба семьсот девятнадцатого номера, засечь вход в неё, капнуть несколько капель Гнилосмердина и… пфф! В номере станет невозможно дышать!

Зельда внимательно смотрела на него.

– Выкурить их из номера, испортив воздух через вентиляционную трубу, – взвесила она, потирая подбородок.

– Именно. Никто не может долго выдерживать запах Гнилосмердина. Они выскочат оттуда, сверкая пятками!

Сестра принялась повторять один за другим этапы плана:

– Раздобыть в интернете, неизвестно где и как, схемы вентиляционной системы. Изучить их. Найти вход в нужный канал. Залезть в него. Заполнить Гнилосмердином семьсот девятнадцатый номер.

– Да! Да! Именно так! – с растущим воодушевлением кивал на каждую фразу Маркус. Это был идеальный план. Стратегия, достойная их гениального афинского предка Анаксименоса Интригопулоса, изобретателя плоской миски.

Когда Зельда закончила излагать алгоритм действий, последовала долгая пауза.

– Отличный план, братишка. Но я вот подумала… А что, если мы просто капнем несколько капель Гнилосмердина им под дверь? – спросила, наконец, Зельда.

Маркус поглядел на дверь их номера, из-под которой просачивался свет из коридора.

– Ну да, можно, – пробормотал он. – Звучит не так захватывающе, но, пожалуй…

Зельда вздохнула, подняв глаза к потолку, словно отправляя отчаянную молитву богам здравого смысла.

Затем протянула брату раскрытую ладонь и получила от него пузырёк со спецоружием.