Дин Гиор, распушив свою чудесную, единственную в Волшебной стране бороду, шёл вперёд огромными шагами. За ним поспешали Лестар и Мин Кокус, а далее стройно отбивали шаг колонны Мигунов, обвешанных оружием. Но вот дорога разделилась надвое, и войско остановилось в нерешительности. И тут из рощицы выскользнул небольшой человек с бледным лицом и большими чёрными глазами, в оранжевой лакейской ливрее. Он приблизился к Дину Гиopy, протянув руки в знак того, что у него нет враждебных намерений, и сказал:

— Я — Фенелла! Меня послал к вам Страшила Мудрый, служить вам проводником.

Радостный ропот пронёсся по рядам, а фельдмаршал воскликнул:

— От всей души приветствуем вас, сударь! Вы уже оказали нам ряд серьёзных услуг, а теперь продолжаете их. Что с нашим другом Страшилой?

— Он жив и здоров, находится в литейной мастерской и через адъютантов держит связь с рабочими нашей страны.

Это известие быстро распространилось по всей армии и подействовало на людей, как подкрепляющий бальзам. Они бодро зашагали по дороге, указанной Фенеллой. У полуразвалившейся хижины Фенелла сделал знак остановиться.

— Господин фельдмаршал, — сказал он, — здесь склад факелов, заготовленных невольниками по приказу Страшилы Мудрого.

— Зачем они нам? — удивился Дин Гиор. — Мы и так всё видим.

— Они послужат вам боевым средством, — объяснил Фенелла. — Я не намерен хулить ваше войско, но солдаты семи королей неизмеримо лучше владеют оружием. Ведь в этом их ремесло, оно переходит от отца к сыну, они его усваивают с детства. И вам придётся сражаться в сумраке, где мы различаем предметы несравненно лучше, чем люди верхнего мира. Вас расстреляют из луков, забросают дротиками, поразят копьями. Вы можете победить лишь в том случае, если ослепите глаза противников светом факелов.

Простое и умное объяснение Фенеллы заставило всех прославить мудрость Страшилы, давшего соотечественникам средство к победе. Факелы разошлись по рукам, но зажигать их прежде времени не стали. Армия двинулась дальше.

Вот и невольничий посёлок. Он казался безлюдным, но у двери каждой хижины стоял надсмотрщик с мечом в руке. По приказу короля Ментахо пленников загнали в дома, чтобы они не могли присоединиться к наступающему неприятелю.

Но Ментахо слишком понадеялся на щиты, он не предполагал, что армии верхнего мира так скоро появятся в Пещере. Надсмотрщики бежали, и из хижин хлынули освобождённые невольники. Их лица преобразила радость, плечи распрямились. С суровой решимостью граждане Изумрудного города и Жевуны разобрали оружие — мечи, кинжалы и копья — и влились в ряды своих собратьев. У них, правда, не хватало воинского мастерства, но зато была неистребимая жажда свободы, жажда мести за те мучения, что им пришлось вытерпеть…

Отряд, увеличенный вдвое, продвигался к Городу Семи владык. И впереди показались ряды солдат, одетых в чёрное: передовой отряд воеводы Гарринчо. Ещё целая сотня шагов оставалась до сближения, как в воздухе запели стрелы.

— Ложись! — крикнул Фенелла.

Не все успели последовать его совету, и первые убитые и раненые упали на землю. С самого Дина Гиора стрела сбила шлем, и он остался с непокрытой головой.

Но тотчас в армии Гиора вспыхнули сотни факелов, и подземные воины были ослеплены. В их рядах наступило смятение. Они продолжали стрелять, но не могли целиться, и их стрелы уже не находили жертв.

Армия Мигунов наступала. И какую же великую услугу оказала им предусмотрительность Страшилы! Лучшим оружием Мигунов в рукопашной схватке оказались ярко горевшие факелы. Солдаты Гарринчо отворачивались, иные пытались закрыть глаза левой рукой, раздавали удары наугад, а противники разили их наверняка.

Разгромленный авангард семи подземных владык бежал, оставив на земле десятки трупов, а Мигуны и Жевуны потеряли всего несколько человек. Наступление продолжалось: главные силы врага были впереди.