Могучими ударами топора Железный Дровосек разломал ворота, в караулку вломились его воины, и закипела жестокая битва. Солдаты семи владык владели оружием искуснее Мигунов и, конечно, отбросили бы их, но сила и неуязвимость Железного Дровосека решили дело. Дровосек каждым ударом огромного топора укладывал вражеского бойца, и караульные бежали. Но начальник штаба Чарли Блек был прав, когда предполагал, что от ворот проведена сигнализация. Только она шла не в далёкий Город Семи владык, а просто через пещеры и коридоры были протянуты бечёвки. Начальник стражи, убегая, дёрнул шнур за один конец, и на другом конце раздался тревожный звон. И тотчас же дежурный передал сигнал дальше. Этот верёвочный телефон действовал исправно, и когда Железный Дровосек и Арриго, шедшие во главе отряда, миновали несколько подземных зал и коридоров, в одном узком месте они наткнулись на прочный железный щит, преградивший дорогу. Напрасно Дровосек колотил по щиту обухом топора, от этого получался только оглушительный грохот…

Армия Чарли Блека и Дина Гиора форсировала Заповедник, рассчитывая оказаться в Пещере одновременно с бойцами Железного Дровосека. Каждый солдат помимо своего оружия нёс меч или копьё для невольника. На плечах многих воинов сидели вороны, лязгая железными клювами. Элли и Тотошка поместились на спине Льва, позади шёл Топотун, радостно предвкушавший встречу с хозяином. Чарли Блек нагрузил на медведя бочонок с порохом, а сам шёл с заряженным пистолетом в каждой руке. Факелы, дымясь, освещали путь.

Сердце Элли сжималось от волнения. Скоро начнётся бой, и кому суждено уцелеть в нём, кто погибнет?

Извилистая дорога казалась бесконечной. В одной из пещер мелькнул Шестилапый и, напуганный шумом и светом, скрылся в боковом коридоре. Войско было предупреждено о необходимости соблюдать тишину, и всё же гул от движения людской массы уносился далеко вперёд, нарушая могильный покой подземелья.

Вдруг головная колонна остановилась, вызвав всеобщее замешательство. Вперёд побежали адъютанты и возвратились с донесением, что разведчики увидели за поворотом бледные огни. Эти огни могли быть только фосфорическими светильниками на шапках охотников. Вероятно, они ловили того Шестилапого, что недавно попался на дороге.

Какая роковая случайность! Охотники не могли оказать сколько-нибудь серьёзного сопротивления, но пропадал эффект неожиданности. Однако, делать нечего, следовало идти дальше, так как вряд ли приближение неприятеля могло ускользнуть от внимания охотников.

Войско двинулось. Скоро наткнулись на брошенные сети. Как видно, охотники очень торопились вернуться домой, чтобы предупредить о приближении врагов.

Фельдмаршал отдал приказ ускорить шаг. Теперь не было нужды скрываться, громкий топот ног и гул голосов заполонили всё вокруг.

— Раз-два, раз-два… Колонна, стой!

Армия оказалась в тупике!

Весь генералитет собрался впереди. Сразу появилось несколько планов, их рассматривали при свете факелов. Получалась странная вещь. По всем планам выходило, что двигались правильно, и уже недалеко выход в Пещеру. И однако…

Чарли Блек поколотил деревянной ногой в стену, и стена отозвалась звоном металла. Да, инженеры подземных королей знали своё дело. На случай неприятельского вторжения они устроили во всех коридорах, ведущих в страну, металлические щиты, которые спускались с потолка при простом повороте рукоятки.

Штаб начал совещаться. Что было делать? Искать другие пути, идти обходом, потратить на это, быть может, многие часы и дни, а кто может ручаться, что и там выход не будет преграждён таким же образом?..

Моряк Чарли сбросил с плеч рюкзак и начал рыться в его многочисленных карманах.

— Дядя Чарли, что ты делаешь? — спросила Элли.

— Ищу бурав.

— Зачем?

— Мы взорвём проклятый щит. Это единственная возможность попасть в Пещеру, не слишком задержавшись.

Чарли принялся за дело. Ему в своё время немало пришлось повозиться и с пушками, и с минами, и он знал в этом толк. Пока моряк сверлил отверстия для запалов и набивал их порохом, армия отошла назад за несколько сот шагов, в большую пещеру, стены которой казались надёжными.

Там люди стояли в тоскливом ожидании, минуты казались им часами…